Хороший, Плохой, Сверхъестественный (ЛП)

Сама дверь — перевертыш, была цельно металлической и должно быть, весила полтонны, но она легко вытащила её одной рукой, прежде чем позволить ей упасть обратно на каменный пол. Тяжёлый люк приземлился, но при этом даже отголоски удара были странно приглушены, как будто мрачная атмосфера впитывала звуки.
Я посмотрел на Полли и увидел только бледный отблеск во мраке. Женщина её роста не смогла бы так легко справиться с таким весом. Я подозревал, что она что-то скрывает от меня и теперь, похоже, собирался выяснить, что именно.
Под дырой в полу виднелись голые каменные ступени, ведущие всё ниже и ниже в темноту. Полли достала своё зеркало и начала спускаться вниз, даже не посмотрев, иду ли я за ней. Она знала, что я не задержусь, — не сейчас, когда я зашёл так далеко.
Я последовал за Полли и её фонариком вниз, в темноту и совсем не удивился, когда люк снова захлопнулся над нашими головами.
Ступеньки были грубыми и неровными. Голые каменные стены с обеих сторон были достаточно близко, чтобы дотронуться и достаточно горячи, чтобы обжечь пальцы и воздух был достаточно нагрет, чтобы вызвать блеск пота на моём лице. Оставалось только гадать, как далеко мы спускаемся.
Ноги ныли от напряжения непрерывного спуска, когда лестница наконец закончилась и Полли резко остановилась. Она подняла зеркало, но его свет не мог проникнуть дальше чем на несколько дюймов в темноту. Она легко рассмеялась, властно щёлкнула пальцами и заставила зеркало исчезнуть. Вспыхнул резкий свет, осветив огромную пещеру, прорубленную в скале далеко под Улицей Богов.
Это был не обычный свет — длинные потоки электрического огня с треском перескакивали вверх и вниз по каменным стенам и ползли по потолку, как живые молнии. Яростный свет резал мне глаза, но Полли, казалось, он совсем не беспокоил. Она снова посмотрела на меня и улыбнулась.
— Чего ты ждёшь, милый? Вот оно. Это то, ради чего ты пришёл сюда. Спускайся, Ларри Забвение и забирай свой приз.
Она одарила меня своей самой обаятельной улыбкой и захлопала ресницами, но теперь это выглядело нелепо, явно искусственно и практично. Всё влечение, которое я когда-то испытывал к ней, исчезло, возможно, потому, что я впервые ясно увидел её.
Но я всё равно спустился к ней. Потому что зашёл так далеко и хотел знать, ради чего.
Я хотел знать, что за сокровище было здесь зарыто, если это не Владычица Озера. Полли взяла меня за руку и у меня даже мурашки побежали по коже от её прикосновения. Я пошёл с ней вглубь пещеры, пока она наконец не остановилась, отпустила мою руку и с тёплой улыбкой показала на то, ради чего проделала весь этот путь.
Тело висело на стене перед нами, вскрытое и растянутое на двадцать футов, или больше. Я не мог сказать, был ли это мужчина, или женщина изначально, — внутренности и органы были изъяты и пришпилены к камню серебряными кинжалами.
Кожа была предельно натянута, но не порвана, — чтобы создать фон. Лицо было искусно отделено от черепа и вытянуто так далеко, что я не мог различить в нём никаких черт, кроме глаз, — широко раскрытых, блестящих и очень внимательных.
Всё это, было ещё живо, несмотря на своё состояние. В том — то и дело. Страдания служили топливом для магии, питая и поддерживая врата, которые пульсировали, как чужеродная рана глубоко в открытых внутренностях того, кто когда-то был мужчиной, или женщиной.
Это не пространственные врата. Это вовсе не пространственные врата. Врата Ада. Дверь в самый Ад.
Ужасные звуки на короткое время вырвались из врат, крики и вой и бесконечное разрушение.
— Что это такое? сказал я. — Это что, Ад?
— Нет, милый, — радостно ответила Полли. Это голос будущего, которое мы создадим на земле для всего человечества.
Мы стояли лицом друг к другу перед Адскими вратами. Её улыбка была широкой от предвкушения, её лицо оживилось от удовольствия, от тайны, которую она скрывала от меня, и которая теперь должна была открыться. Я должен был догадаться, что всё закончиться именно так. Мне всегда не везло с женщинами.
 
«И когда вы не видите в сделке козла отпущения — это почти наверняка вы».
— Итак, Полли, — сказал я настолько спокойно, насколько это было возможно. Никакой Леди в Озере и твоё красивое личико было просто приманкой. Так в чем же дело? Зачем тебе Адские Врата?
— Иногда живых можно сбросить в Ад, — сказала Полли. В проклятый Дом Боли, навсегда. Если только ты не пришлёшь достойную замену.
— Вот почему мы охотились за мусором, чтобы открыть Врата Ада, ничего из добытого не нужно. — Ты хотела проверить мою храбрость, проверить, достоин ли я.
— Именно. Я знала твою репутацию, но мне нужно было увидеть тебя в деле. В конце концов, репутация на Тёмной Стороне стоит десять пенни. А вещи, которые мы приобрели, станут прекрасной данью моей давно потерянной Госпоже.
— Кто это? Во рту у меня пересохло, хотя по лицу струился пот и мне пришлось сжать руки в кулаки, чтобы унять дрожь. — Кого ты собираешься поднять из Ада?
— А ты не догадываешься? — сказала она и в этот момент она уже не была похожа ни на Полли Перкинс, ни на человека.
Она была высокой и сверхъестественно стройной, её сияющая кожа была бледной, как тончайший фарфор. Уши у неё были длинные и заостренные, а глаза с узкими кошачьими зрачками. На ней была простая белая сорочка для благородных и ожерелье из человеческих пальцев.
Изысканные эльфы выжгли прямую линию на её лбу — поперёк лба. Один лишь взгляд на неё, сейчас вызывал во мне жуткую арахнофобию. Нет ничего хуже, чем то, что выглядит как человек, но не является им.
— Ты эльф, — сказал я и мой голос прозвучал глухо и подавлено, даже для меня. — «Никогда не доверяй эльфам».
— Вот именно, — сказала она и её голос был густым, сладким и приторным, как отравленный вересковый мёд. — Ты здесь, чтобы помочь мне вернуть нашу потерянную Госпожу, Королеву Мэб. Госпожа старейшая и величайшая из нашего рода, низвергнута в Ад предателями: Обероном и Титанией.
— Но любое живое существо, приговорённое к Аду, может быть спасено, может принять искупление на себя. Это одно из самых древних правил…
Она остановилась и задумчиво посмотрела на меня.
— Интересно, то же самое правило применимо и к небесам? Какое развлечение, какая радость извлечь благородного человека из Рая! Но об этом я подумаю в другой раз.
Пока — пока, милый. Передай привет Инферно. Было весело, но теперь всё кончено.
Она бросилась на меня, продолжая говорить, двигаясь нечеловечески быстро, ожидая, что я растеряюсь. Но я был готов к встрече с ней. У меня была волшебная палочка. Она была так поглощена своим триумфом, что забыла забрать её у меня.
Я произнёс слово и волшебная палочка остановила время. Полли зависла в воздухе передо мной, вытянутая инопланетная фигура висела между одним мгновением и другим. Некоторое время я молча смотрел на неё. Думая о том, что могло бы быть. Мы хорошо работали вместе и мне нравилось её общество.
Но я не козёл отпущения. Поэтому я осторожно взял эльфийку за руку, развернул в воздухе так, чтобы она оказалась лицом к вратам Ада и отпустил время.
Она вскрикнула, только один раз, когда увидела, что находиться перед ней, затем врата проглотили её и отправили вниз и она исчезла, а эхо её крика всё ещё висело в горячем воздухе.
Я посмотрел на Врата Ада, на страдающие человеческие глаза на том, что когда-то было человеческим лицом и подумал о том, чтобы убить его. Я знал, как это сделать. Я уже делал это раньше. Но разрушение Адских Врат во время переноса могло высвободить невообразимую энергию.
 
Я, конечно, не переживу этого. С палочкой, или без палочки. Я не хотел умирать, пока у меня было ещё столько лет жизни впереди… И хотя я знал, что произойдет, я ждал и смотрел, как Королева Фейри Мэб возвращается в мир живых. Один из древних монстров, погибель человечества.
Что-то поднималось из Ада. Я чувствовал это в самой глубинной части того, что делало меня человеком. Что-то древнее, могучее и огромное поднималось из тёмных широт, из Домов Боли, возвращалось в естественный мир, в мир который не хотел иметь с ней ничего общего.