Раздевайся, красавец! Будешь моим трофеем (СИ)

- Она пытается погубить мой народ. Она же понимает, что второго мирного договора не будет, побежденных перебьют! Или обратят в рабство. Потому что, пусть меня считают предателем, но у нас нет каких-то резервов, которые помогут победить сейчас, если они не помогли нам раньше. Я пожил здесь, у вас, и - демоны всей преисподней! - я понял, что мне лгали дома. Оборотни - не дикие животные. Простите меня, королева, за эти слова, и можете наказать, - он невесело усмехнулся, и продолжил: - И вы не нападали первыми.
- Я держу свое слово, - просто ответила я. - Но, Мар, если случится то, о чем я не хочу думать, если победят нас...
- Вот и не нужно думать об этом! - прервал Мар. - Это плохие мысли. Даже если бы я желал победы нашим, то не в союзе с волками. О чем думала тетя! Она нападает на один клан, чтобы стать зависимой от другого?
- Возможно, она хочет отдать мой трон вместе со мною Волару, - теперь недобро усмехнулась я. - Или это он пообещал ей союз, когда с ее помощью захватит мою страну. Видишь, как я ошиблась в женихе? - закончила я.
Странно, что я открыто говорю такое врагу. Врагу по крови... но я абсолютно доверяю Мару. Неужели так действует магия притяжения настоящих истинных пар? Забавно надо мною подшутили высшие силы, сделав истинным эльфа. Хотя, будь истинной парой тот же Волар... меня аж передёрнуло от этой мысли, шерсть встала дыбом.
 Глава 24 
 Глава 24
Альмира
И еще один оборотень в моем окружении сделал выбор. Мой наг осторожно заглянул в дверь, хотя я разрешала ему приходить с любыми вопросами, потому что чувствовала себя немного виноватой за прошлое пренебрежение. В то время, когда он мог действительно помешать, я бы просто отдала распоряжение никого не впускать.
- Ваше величество… - начал он.
- Да, Кас? – улыбнулась я. – Ты живой, подлечил ноги?
А потом моя рука невольно потянулась погладить темные шелковистые кудри:
- Тебя не обидели?
Прикосновение было невинным, словно красивый экзотический парень был моим братом. Впрочем, это почти правда. Воспитанником я его назвать не могу, потому что мы почти ровесники, заложником считать не хочу. Может, в юности мы могли бы стать друзьями, но Кас, привезенный и отданный нам своей родней, был слишком запуган, а я не умела первая предлагать дружбу. Вот и забыла о нем, положилась на слуг, которые давали ему все необходимое; забыла, что он тоже живой, хочет радоваться, дружить, и, возможно, любить. Раз он не пленник и не раб, не вижу в этом препятствий.
Я «отдала» его Хелене, потому что на мгновение показалось, будто она неравнодушно смотрит на моего нага. Кас был слишком… нет, не робким, но осторожным с женщинами. Он мог бы с полным правом «портить» кого-нибудь из сговорчивых служанок, но я ни разу о таком не слышала. Либо был слишком деликатным, либо действительно побаивался волчиц. Возможно, была какая-то другая причина, иногда казалось, что я упустила что-то очевидное у себя под носом, но спрашивать его напрямую не хотела.
Хелена не показалась мне той, которая любит развлекаться за счет слабых, она, наоборот, защищала моего змеенка. А если я ошиблась, то заберу его так же легко, как отдала.
- Нет, моя королева, не обижали, - и Кас зарделся, смуглая кожа полыхнула румянцем. Но страха или обиды я не увидела, неужели все-таки угадала со своим «подарком»?
- Я сам пришел спросить, чтобы, если наказывали, то только меня! – вдруг открыто улыбнулся он.
- За что тебя наказывать? – искренне удивилась я. – За прошлые проступки? За них ты рассчитался.
- Нет, за новое, - решительно сказал он. – Я хотел спросить, могу ли принести пользу сейчас. Я знаю, что в открытом бою воин из меня никудышный. Но я могу быть разведчиком. Змея в траве – это ведь никого не насторожит!
- Только если кто-нибудь испугается и тебя убьет! – охладила я его пыл. – Я не хочу тебя обидеть, Кас, но в прошлый раз ты ушел недалеко. Не твоя вина, что выживать и драться тебя никто не научил.
 
- Да уж, - поежился он, явно что-то вспомнив. – Я дурак был, совсем дурак. Но сейчас, если меня возьмет с собой Хелена, или даст сопровождающих до того места, которое еще не видят эльфы, то дальше я пойду… или поползу, сам. Либо погибну, либо пользу принесу. Не отказывайте, пожалуйста! Я уже спросил Хелену, и она сказала: «Как решит королева!».
- Ага, все-таки поперек моего разрешения хотел влезть! – беззлобно заметила я.
Не время выговаривать, он действительно хотел сделать полезное дело. Может быть, это хорошая идея, а я хочу использовать все, что возможно. Если сравнивать волка и змею – тут и говорить нечего, кто из них незаметнее.
- А ведь сразу можно было шпиона из тебя растить, а мы как-то не додумались! – заметила я, приняв решение. – Я разрешу, а ты постарайся выжить. Если поймешь, что все слишком опасно – просто спасай себя. Учти, если погибнешь – я подниму тебя умертвием, и выпорю от души!
- Хорошо, я буду об этом помнить, - улыбнулся он. – А про местность… могу я попросить Маритэля рассказать, как пробраться на его земли?
- Приказывать я ему не могу, точнее, не хочу, - ответила я. – Но спросить ты можешь. А я буду знать, какой выбор он все же сделал.
 Глава 25 
 Глава 25
Маритэль
- Ну, здравствуй, длинноухая подстилка!
На меня смотрели глаза, горевшие на дне зеленым огнем. И голос с издевательской интонацией казался смутно знакомым.
Голова раскалывалась, словно я проехался затылком по камням. Возможно, так оно и было. Но я сам себе лгал: еще не видя говорившего, уже догадывался, кто это мог быть. Хотелось ошибаться, но вряд ли мне повезло.
Волар, несостоявшийся жених королевы Альмиры. Предатель, сговорившийся с моей тетей, предавший и бывших союзников-волков, и, уверен, что-то задумавший против моих сородичей – эльфов.
- Вот и встретились! – продолжил он с веселым изумлением. – Сам пришел ко мне в руки!
- Я не прятался от боя, - выговорил я, радуясь, что смог выдавить из пересохшего горла нормальные слова, а не жалкий хрип.
- Прятался за женскими юбками! – продолжал развлекаться волк.
- Это тебе привычнее женские юбки – ты же сговорился с моей тетей. И, уверен, ее ты тоже предашь.
За эти слова я получил тычок в зубы, и почувствовал, как рот онемел от боли, а потом наполнился соленым вкусом – прикусил щеку или язык. Никакой выдержки у драного волка, а я ведь долго могу играть словами и дергать его за шерсть.
- Если ты думаешь, что я тебя убью сразу – не надейся! – пояснил он. – Слишком это просто. Помучаешься. А потом я покажу то, что останется, Альмире, когда она тоже попадет в плен. Пусть полюбуется на своего избранника!
Я бы соврал, если бы не признал, что внутри обдало холодным ужасом – этот ревнивец вполне может такое сделать. Впрочем, не ревнивец – просто подлый и трусливый. Конечно, Альмиру ему никогда не захватить, но со мною сделает, что захочет. Лучше бы королеве не видеть потом эти останки…
- Один на один попробуй сразиться, решим, кто достойнее, - усмехнулся я, собрав всю выдержку, и почувствовав, что кровь запузырилась в уголках губ.
Я бы подрался с волком, особенно вспомнив, что именно он пытался втоптать меня в грязь, похитив и отдав на потеху и поругание тем волчицам. Впрочем, будучи в своей животной форме, Волар легко разорвал бы безоружного противника. Возможно, это был бы как раз лучший исход для меня.
- Размечтался! – усмехнулся тот.
«Потому что ты трус!», - хотел ответить я, но меня грубо дернули за руки, и слова оборвались. Конечно, они не оставили меня свободным: я лежал на какой-то лавке, руки растянуты в стороны, и ногами тоже не мог пошевелить – похоже, меня успели полностью обездвижить.
- Вставай, раз очухался!
Я получил толчок под ребра, а потом дернули вверх перекладину, к которой были привязаны мои руки. Начал подниматься, и чуть не свалился, встретившись носом с полом, потому что ноги действительно были связаны, а тяжелая перекладина перевешивала и тянула вниз.