Целительница для генерала-дракона (СИ)

Покои мне отвели просторные, в несколько помещений, с отдельной гардеробной. Будет где платья развесить, когда они у меня появятся.
Как оказалось, моя спальня не совсем моя. Этого следовало ожидать – главному «лекарству» генерала отвели смежные покои. Скорее всего, они предназначались королевской чете, но за неимением теперь их заняли мы.
У меня не осталось сил возмущаться. Главное, дверь есть, и она запирается.
Не сомневаюсь ни минуты, что Эмберскейл ее может вынести в момент, но вряд ли он прямо силой будет ко мне пробиваться. Не в его это характере. В чем бы я ни подозревала генерала, подлостью и склонностью к насилию над слабыми он не страдал.
Ко мне приставили личную горничную – девушку немногим старше меня. Айслин осиротела во время нападения на столицу, и была взята на попечение тетушкой – домоправительницей. Тогда она, правда, еще не работала на драконов, а заведовала небольшой семейной гостиницей.
Которая тоже была разрушена, чуть позже.
А драконы-благодетели дали крышу над головой и зарплату, причем приличную. Обеим. Да и прочим беженцам помогали. Кому материально, чтобы могли купить новый дом где-нибудь подальше, кому делом – вроде предоставления возможности заработать себе на жизнь честным трудом.
Все это я слушала, пока мне помогали выпутаться из моих нехитрых одежек и залезть в доверху наполненную ванну. Нежная пена взбилась в высокую шапку и приятно пахла цветами.
– Значит, ты родилась в столице. Повезло, – закинула я пробный шар. – А во дворце бывала?
– Ой, да кто ж туда ребенка-то пустит? – отмахнулась Айслин. – И родители простые пекари были, куда нам к благородным. Зато теперь вот драконам служу!
И девушка мечтательно вздохнула, выдав себя с головой.
Интересно, она в курсе что чешуйчатые на человеческих женщинах не женятся? Или ее устроят временные отношения?
Не мое дело. Последствий в виде детей все равно ждать не приходится, пусть развлекается как хочет.
– А есть кто-то в резиденции, раньше работавший у аристократов? – продолжила я настойчивые расспросы.
Горничная сноровисто намылила мне голову, после чего принялась массировать сильно и умело. Глаза начали закрываться сами собой. Долгая дорога, пусть и в карете, меня порядком уморила.
– Есть, как не быть, – донеслось до меня сквозь полудрему. – Фергус вот, он раньше дворецким служил у семейства Эшвин. Графья были, приближенные к трону, говорят, частенько с визитом во дворец наведывались. И не только по делу. Ну, его, естественно, с собой никто не брал… не того он полета птица. Теперь его драконшеству помогает, личный камердинер его и секретарь по совместительству.
Я сделала себе мысленную пометку поговорить с этим самым бывшим дворецким. Вряд ли он меня так уж сходу опознает, но может помочь составить список благородных родов со схожими чертами лица и общими параметрами. Айслин, например, куда шире в кости и волосы у нее темнее. Мне бы на портреты взглянуть, может, тут аристократы все на одно лицо? Как в Европе в свое время – близкородственные браки, полная идентичность генов и последующее вырождение. Тогда задачка…
До постели я добрела с трудом, при помощи горничной и автопилота.
– Как же это, у вас всего одна рубашка? – ахнула девушка, наконец-то оценив скудность моего гардероба. – А остальное потом прибудет?
– Остального нету, – сонно пробормотала я. – Потом сошьем.
– Я обязательно передам тетушке, она подыщет вам лучшую портниху! – с энтузиазмом пообещала Айслин.
Какое-то время она еще трещала, что-то про ужин и заботу, но информация в мой усталый мозг не поступала.
Кажется, я заснула раньше, чем горничная ушла.
А проснулась от острого чувства дежавю.
Кто-то властно сжимал мою ягодицу. Причем не просто держался – нет, пожмякивал, как кот любимую игрушку.
Долго гадать, кто бы это мог быть, мне не пришлось. Легкое похрапывание и пряный аромат чистого мужского тела говорили сами за себя.
Я потыкала вторженца под ребра.
Он хрюкнул, дернулся, но действий своих похабных не прекратил.
 
– Эй, вообще-то, это моя постель, – негромко сообщила я, на случай если Эмберскейл заблудился.
– Я в курсе! – буркнул он, не открывая глаз.
– И моя задница, – добавила после долгой паузы.
Вижу, сам не сообразит.
– Да? Прости!
Вины в голосе драконища не было ни на грамм. Он даже отодвинуться не соизволил. Руку только убрал, причем с явной неохотой.
– Может, ты все же вернешься к себе в спальню? – потеряв терпение, поинтересовалась я в полный голос.
– Шшш! – генерал имел наглость сунуть мне под нос палец, вроде как молчи.
– Нас атакуют? – сбавила я тон, приподнимаясь на локте и настороженно озираясь. Полумрак комнаты немного разгонял слабо светившийся полукруг ночника на прикроватном столике.
Полезный артефакт все-таки, хочешь – фонарь, хочешь едва заметная лампочка.
Удобно.
В усадьбе стояла полная тишина. Где-то вдалеке поскрипывала от мороза ставня, полоса лунного света пролегла между окном и шкафом. Часть полосы отливала рыжиной – по небу неподалеку проходила массивная маглиния, истончавшаяся и исчезавшая ближе к Инхейму.
– Нет. Спи! – лаконично отозвался Эмберскейл.
Если он думал, что я смирюсь с ролью плюшевого мишки, то глубоко заблуждался.
Генерал неосмотрительно устроился на краю постели, а потому немного поднапрягшись, я скинула его на пол.
Дракон шмякнулся с глухим кхеканием, сел и обиженно на меня воззрился.
Я демонстративно завернулась в одеяло, как в кокон.
– Если хочешь спать здесь, ставь отдельную кровать! – милостиво разрешила незваному гостю. – А то я пинаюсь, царапаюсь и храплю. Громко.
– Не заметил, – поморщившись, Эмберскейл потер ушибленные места и поднялся.
Нежная девица на моем месте, наверное, должна была зажмуриться и заверещать. Спал генерал в одних трусах, что явственно обрисовывали все его нескромные достоинства. Но поскольку я женщина с опытом и врач, вместо лишних телодвижений с интересом изучила полуприкрытую анатомию.
– Нравлюсь? – не без гордости поинтересовался дракон.
И довольно развернул и без того широченные плечи. Воображение тут же дорисовало за спиной крылья, да так явственно, что я аж зажмурилась и помотала головой.
– Проверяю, не осталось ли шрама. А то вчера я только со спины осмотрела, – честно (ну почти честно) ответила я.
Эмебрскейл сдулся и посмотрел обиженно, как щенок, получивший под хвост полотенцем.
– Я же говорил, у нас тела сильнее и лучше восстанавливаются, чем у обычных людей, – пробурчал он.
Огляделся, подходящего ложа не нашел и со вздохом вернулся к себе в спальню. Но дверь не закрыл.
– А почему у тебя магия осталась, если дракона больше нет? Я думала это взаимосвязано, – повысив голос, поинтересовалась я.
В проеме снова возник генерал. С натужным хеканием он продёрнул в узковатый ход небрежно свернутый рулоном матрас вместе с бельем и одеялом, и со вздохом облегчения уронил всю эту кучу на пол. Пинками распределил поровнее и рухнул без сил.
Меня куснула совесть. Все-таки он после боя уставший, зачем я его мучаю? Полежал бы рядом, кровать большая, на четверых бы хватило спокойно.
Потом вспомнилась уверенно лапающая меня рука, и сочувствие тут же улетучилось.
Мне в этом теле еще дальше жить. Возможно, замуж выходить. И репутация генеральской подстилки меня совершенно не устраивает. А так всем будет понятно – спим отдельно. Эмберскейл джентльмен, потому не заставляет целительницу ночевать на полу, но держится поближе к источнику излечения.
Во всех смыслах.
Все пристойно и целомудренно.
Ну, насколько это возможно в нашей ситуации.
– Сам не знаю, – признался дракон, устраиваясь на матрасе поудобнее и закидывая руки за голову.
Взгляд сам восторженно прикипел к отлично развитым грудным мышцам.
С чисто теоретическим восторгом, да.
– Единственное объяснение, что приходит в голову – что ипостась не зависит от магии во мне, – продолжал тем временем Эмберскейл, не замечая или мастерски делая вид что не замечает моего внимания. – В двенадцать у меня сначала проявился дар, и лишь потом постепенно тело подготовилось к обороту. Скорее всего, сейчас я снова на той же стадии. Но случится ли оборот снова…