Сирена и Оракул (СИ)

Сирена шла чуть впереди, ее каблуки уверенно цокали по грязному бетону. На ней был все тот же строгий костюм, но сейчас она казалась еще более собранной, хищной кошкой, готовой к прыжку. Ее урок, ее приказ и мое подчинение оставили странный осадок — смесь унижения, возбуждения и какой-то новой, холодной решимости. Я чувствовал себя взведенным курком, нервы натянуты до предела. Я сканировал окружающее пространство, вглядываясь в темные углы, в проемы между этажами, прислушиваясь к малейшему шороху. Это была не просто паранойя, вызванная местом и целью встречи. Это было что-то другое, глубинное, инстинктивное ощущение опасности. Как будто за нами наблюдали.
  
— Расслабься, Арти — бросила Сирена через плечо, не оборачиваясь. Ее голос был спокоен, но я уловил в нем нотку насмешки — твоя новообретенная бдительность похвальна, но не стоит видеть призраков в каждой тени. Наша пташка боится собственной тени, а не нас.
Мы остановились у одной из опор на предпоследнем уровне. Вскоре из-за соседней колонны появилась женская фигура. Она двигалась быстро, почти семенила, постоянно оглядываясь. Нервная, затравленная. Когда она подошла ближе, свет упал на ее лицо — бледное, с темными кругами под глазами, но с вызывающе яркой помадой, словно последняя отчаянная попытка сохранить лицо. В глазах плескались страх и плохо скрываемая злоба. Бывшая любовница Прайса. Имя ей было, кажется, Эмили, или что-то вроде того. Сирена не удосужилась уточнить, да и мне было все равно. Она была лишь средством.
— Вы…вы одни? — прошептала она, ее голос дрожал. Она вцепилась в свою сумочку так, будто это был спасательный круг.
— А ты ожидала увидеть оркестр? — фыркнула Сирена, скрестив руки на груди. Ее цинизм был как холодный душ в этой затхлой атмосфере — давай к делу. У тебя есть то, что обещала? Время — деньги, а мое время стоит особенно дорого. Особенно когда приходится тратить его в таких очаровательных местах.
Женщина вздрогнула от ее тона, но злость на мгновение пересилила страх.
— Он заплатит за все! — прошипела она — за то, как он меня использовал и выбросил! Вы его уничтожите? Обещаете?
— О, не сомневайся, дорогуша, — Сирена чуть наклонила голову, ее улыбка была острой, как бритва. — Мистер Прайс получит по заслугам. А уж что считать заслугами — решать буду я. Теперь — флешка.
Женщина суетливо достала из сумочки маленькую флешку и протянула ее Сирене дрожащей рукой.
— Здесь все…его счета, переводы, записи разговоров…он шантажировал людей, Сирена! Высокопоставленных! Он думал, я ничего не знаю, дурочка…но я видела. Я все скопировала.
Сирена взяла флешку, повертела ее в пальцах с видом эксперта, оценивающего дешевую безделушку.
— Мило. Финансовые махинации, шантаж… Стандартный набор джентльмена, строящего империю на костях. Что ж, месть — блюдо, которое лучше подавать с неопровержимыми доказательствами. Можешь идти. И советую исчезнуть на какое-то время. Прайс не из тех, кто прощает. Особенно преданных любовниц.
Женщина кивнула, испуганно озираясь, и почти бегом скрылась в тенях, ее шаги быстро затихли в бетонном лабиринте.
Сирена повернулась ко мне, блеск победы в глазах.
— Ну что, Арти? Кажется, наш улов стоит того риска, чтобы порыбачить в мутной воде.
Она протянула мне флешку.
— Спрячь. И проверь, как только доберемся до безопасного места.
Я взял накопитель, холодный пластик обжег пальцы. Но ощущение неправильности, опасности, не исчезло. Оно стало только сильнее. Это было не связано с этой напуганной, мстительной женщиной. Она была лишь пешкой. Дело было в другом. Это было ощущение прицела на спине. Холодное, настойчивое внимание. Я снова медленно обвел взглядом парковку. Пустые пролеты, темные окна припаркованных тут и там ржавых машин, гулкие перекрытия над головой. Ничего конкретного. Но чувство не проходило.
— Сирена, — тихо сказал я — что-то не так.
Она подняла бровь.
— Не так? Что именно? Боишься, что наша мстительная фурия передумает и вернется с подкреплением? Или что флешка окажется пустой?
— Нет. Не она. Не флешка. Здесь…здесь кто-то есть, — я говорил тихо, почти шепотом — я чувствую. За нами следят.
Сирена на мгновение посерьезнела, ее взгляд стал острым, проницательным. Она тоже обвела парковку взглядом, но ее лицо не выражало тревоги, скорее — аналитическую оценку.
— Твои новые инстинкты обострились после нашего…урока? — в ее голосе снова проскользнула легкая ирония — или это просто паранойя, вызванная адреналином? Я ничего не вижу. И не слышу. Кроме твоего учащенного дыхания.
— Это не паранойя, Сирена, — настойчиво повторил я. — Я уверен. Мы здесь не одни.
Она посмотрела на меня долгим, изучающим взглядом, словно взвешивая мои слова, мою уверенность. Потом едва заметно кивнула.
— Хорошо. Допустим. Тогда у нас нет причин здесь задерживаться. Пошли отсюда. Быстро. И держи ухо востро, мой новоиспеченный цербер. Возможно, твой нюх нас и спасет.
Мы быстро пошли к машине, эхо наших шагов казалось оглушительным в напряженной тишине. Ощущение слежки не отпускало до тех пор, пока мы не выехали с парковки на освещенную улицу. Но даже тогда холодное предчувствие беды не покинуло меня. Что-то определенно было не так. И я боялся, что скоро мы узнаем, что именно.
Мое предчувствие оправдалось быстрее, чем я ожидал. Едва мы вывернули с территории парковки на плохо освещенную улицу, как из бокового переулка резко вылетели два черных седана без опознавательных знаков. Один мгновенно перекрыл нам дорогу спереди, второй пристроился сзади, отрезая путь к отступлению. Фары ударили по глазам. Люди Прайса. Они явно ждали. Возможно, та мстительная Эмили была не просто напуганной пешкой, а приманкой. Или ее просто «вели» так же, как и нас.
— Твою мать! — выдохнула Сирена, ее обычная невозмутимость на секунду дала трещину. Она вцепилась в ручку двери, глаза сверкнули холодной яростью — оперативно работают, сволочи. Похоже, Прайс очень не хочет, чтобы содержимое этой флешки увидело свет. Твой нюх не подвел, Арти. Жми на газ!
Я уже вдавил педаль в пол еще до того, как она закончила фразу. Двигатель взревел, шины взвизгнули по асфальту. Я резко вывернул руль влево, заскакивая на тротуар и объезжая блокирующий седан по узкой кромке между ним и стеной какого-то склада. В зеркале заднего вида я видел, как из машин выскакивают люди в темном — служба безопасности Прайса, никаких сомнений. Не полиция. Эти пришли не арестовывать. Они пришли зачищать. И флешка у меня в кармане была их главной целью.
— Мило — бросила Сирена, когда мы снова выскочили на проезжую часть, оставляя позади замешкавшихся преследователей — немного грубовато, но эффективно. Куда теперь, гений тактических маневров?
— Подальше отсюда! — рявкнул я, выжимая из машины все, на что она была способна. — В центр, в толпу!
Седаны быстро нагоняли. Они были мощнее, и водители явно не боялись повредить казенное имущество. Улицы промзоны были почти пустынны, идеальный полигон для охоты. Пули защелкали по кузову. Одна разбила заднее стекло, осколки посыпались в салон.
— Очаровательно! — голос Сирены сочился сарказмом, хотя она инстинктивно пригнулась — фейерверк в нашу честь? Прайс превзошел сам себя в гостеприимстве. Арти, если ты сейчас поцарапаешь мою обивку пулями, вычту из жалования!
— Постараюсь! — прорычал я, резко сворачивая в очередной узкий переулок, едва не чиркнув боком по кирпичной стене. Запах горелой резины смешивался с пороховой гарью. Адреналин бил в голову, обостряя чувства до предела. Страха почти не было, только ледяная концентрация и понимание — нужно уйти. Нужно защитить ее и то, что у меня в кармане. Урок Сирены, как ни странно, работал — колебаний не было, только действия.
  
Мы неслись по лабиринту улиц, петляя, пытаясь оторваться. Но преследователи были опытны и настойчивы, они пред угадывали мои маневры, отсекая пути к отступлению, загоняя нас все глубже в промышленные кварталы, где спрятаться было почти негде. Впереди показался тупик — высокая сетчатая ограда какого-то завода. Сзади неумолимо приближались фары. Попались.