Газлайтер. Том 25 (СИ)
— Конечно, можно, — отвечаю, сам уже обняв её за плечи. Айра прижимается, тёплая, довольная. — Кстати, сегодня у нас запланирован вечер. Камила, помоги выбрать Айре наряд для банкета Паскевичей, — говорю через плечо, и отпустив Айру, направлюсь к дивану. Вижу, как Камила уже оживляется. С её вкусом не поспоришь.
На диване на мне тут же виснет Светка. Она что-то мурлычет, а я, улыбнувшись Лакомке и Насте в креслах, бросаю еще одной избраннице:
— Гепара, можем поговорить наедине?
— Конечно, господин.
Когда мы уходим вдвоем, замечаю, как Айра хмурится, глядя на нас с лёгким, но отчётливо заметным ревнивым блеском в глазах.
Подслушиваю мыслеречь ликанки:
«А кто это такая?» — мысленно спрашивает она у Светки.
«Гепарочка. Наложница как и ты.» — отвечает бывшая Соколова.
«Как и я, значит?» — хмурое.
Внутренний голос не ошибся: конкуренция уже назревает. Мягким контролем тут не удержишь. Надеюсь, Лакомка справится и удержит иерархию. Жёны-то дружные, но вот избранницы — слишком разные.
Иду с Гепарой к её новой комнате. Наконец-то она перебралась из флигеля. Теперь её комната на втором этаже, с видом на сад, где у цветёт посаженная Лакомкой энергетическая роза — та самая, с лепестками, светящимися по ночам.
— Гепара, — говорю, доставая из внутреннего кармана коробочку, — у меня для тебя подарок. Гумалин, наконец, доделал.
Она аж подпрыгивает от радости.
— Ой, спасибо! — сияет, протягивает руку.
Я аккуратно надеваю кольцо из мидасия. И тут же она вешается мне на шею. Горячие руки на затылке, пухлые губы приближаются — ещё миг, и мы бы переключились на взрослый режим… если бы не Светка.
— Даня! — без стука, как ураган блондинка врывается в комнату. — Я ж забыла сказать! Я освоила новую технику! Теперь умею делать Огненные грабли!
— Это Огненные вилы, вообще-то, — вздыхаю, скосив взгляд на неё.
— Ну да-да, эти вилы! — отмахивается, сияя, будто ей щенка подарили.
Гепара, не сдержавшись и тихо рыкнув, отлипает от меня. Ну а я, похвалив Светку, удаляюсь в медитативный зал. С меня на сегодня хватит женского общения.
К банкету лично готовиться не нужно — за это отвечает Камила. Мой вечерний костюм давно в её ведении. Старый, к слову, уже не налезает. Массы поднабрал — чисто по необходимости. Если ты здоровый — меньше суется всякой низкоранговой шушеры. Им лавное, чтобы кулак влезал в их лицо. После всех последних заварушек просто решил не сдуваться. Кто знает, когда снова придётся решать вопросы кулаком.
Захожу в свой ментальный Бастион. В зале на скамейке сидит Егор-кровник. Вид у него унылый, как у лягушки без болота. Уминает куриную ногу, держа её двумя руками
— Что грустишь, легионер? — спрашиваю.
— Шеф? Да так… Савельич не разрешил девушек забирать на выходной, — бурчит он с набитым ртом. — Хотя Воронов дал добро… Ну а какой выходной без девчуль, сам понимаешь, шеф…
— Ясно, но все равно рожу-то попроще сделай. Сейчас решим вопрос.
Направляюсь к Савельичу. Его кабинет — в дальнем крыле цитадели. Мог бы телепортнуться — всё-таки это моя ментальная крепость, моя голова, груба говоря. Но не хочу. Хочу пройтись и рассмотреть, что построил. Широкие коридоры, просторные колоннады. Всё это я. Мой разум. Прикольно.
— Савельич, а чего не даёшь нпсишкам выходной? — спрашиваю, заходя к дворецкому в кабинет. — Парням ведь тоже надо развлекаться хотя бы раз в неделю.
Он отрывается от выбора щеток, вздыхает.
— Да я-то не против, господин. Только… как определить, какой сейчас день недели? У нас тут вечный полдень. Светло всегда. Ориентируемся по часам, но это не то…
Хм. Справедливо. Я задумываюсь. Башенные часы-то я поставил, но у нас тут вечный день — как в дурном раю. Савельич прав: без смены суток всё кажется фальшивым, как бутафорский театр.
— Ну, это мы мигом решим, — киваю, не раздумывая.
Выбираюсь во двор Бастиона, оглядываю пространство — и настраиваю ментальный пейзаж, недолго думая. Все ж я бог в своей голове.
Сначала — настоящее солнце. Затем — его движение. День переходит в вечер, появляется мягкое сияние луны, звёзды зажигаются на небе, как лампочки в театре перед началом представления.
Добавляю вокруг Бастиона луга, поля, и наконец лес. И не просто лес: в нём поселяются NPC-звери. Не только же девушек тут делать, верно?
Легионеры высыпают на стены, разглядывают новенькое.
— В принципе, вы можете меня просить, если что-то ещё захотите, — замечаю я невозмутимо.
— Тогда я хочу стриптиз-бар… — тут же вскидывается Егор-кровник, но не успевает договорить.
— Все запросы — через легата, — обрубаю, не глядя.
Поворачиваюсь к Воронову:
— Легат, теперь можешь устраивать тренировочные походы с охотой.
— А кто живет в лесу-то, шеф?
— Узнаете, когда пойдёте, — улыбаюсь. Я туда сюрпризов накидал. Пусть будет весело.
На этом заканчиваю и возвращаюсь в тело. Медитация продолжается, перелистываю память Странника, вхожу в поток. Заодно провожу и дежурные коммуникации. Группа «Тибет» сейчас в Антарктиде, ведёт разведку у Южной Обители. Фирсов готовит плацдарм для штурма. Недавно взяли парочку монахов. Эти начали вылезать наружу чаще, суетятся. Видимо, у них там тоже кипит подготовка. Нервничают.
А вечером мы с моими женщинам выезжаем на приём к Паскевичу. Всю семью уж тащить не стал — Катя и Алира остались дома. Всё-таки Димка Паскевич — не друг рода, а даже наоборот. Да и честно говоря, весело там будет только мне. А вот девушкам сомневаюсь.
Кортеж подкатывает к дому Паскевичей. Ожидал классический банкетный зал с оркестром— но нет. Всё устроили снаружи, в саду. И, надо сказать, весьма недурно.
Ранняя весна — а тепло. Магические жаровни по периметру создают купол уюта. Гости гуляют, болтают, рассредоточились по аллеям, но ближе к центру выстроены длинные столы. Накрыто так, что столовое серебро и блюда бликуют в свете подвешенных ламп. Главный экспонат в центре.
— Какой здоровый, — приподнимает брови Светка.
— Да не такой уж, — отмахивается Настя. — Даже ликанский Пес больше раз в два.
— Потому что Пес багрового уровня, дроттнинг Анастасия, — замечает Айра. — А этот зверь явно не дотягивает.
— Говорят, он красного, — вспоминает Лена.
Ну да, краб где-то в два человеческих роста. Распластан, как трофей на охотничьем стенде, царит над главным столом. Вокруг него — целая свита: омары, моллюски, крабы помельче. Птицы, разумеется, уже приметили пир — воробьи, голуби, даже речные чайки подтянулись. Но воздушники-гвардейцы сдувают их порывами ветра, как надоедливых мух.
Ко мне подходит князь Морозов. Радостная усмешка прорезает бороду.
— Даня, смотри-ка… Ты прям со свитой явился. И жёны, и наложницы. Видно, род Вещих-Филиновых крепчает.
Он сам пришёл только с Ненеей. Альва-ирабиска — всего одна, но для князя и этого с лихвой хватает.
— Юрий Михайлович, — киваю я. — А где Маша?
Морозов сразу становится серьёзнее. Понижает голос:
— Кстати, да, сходи к Машеньке. Она за теплицей. Там Дима Паскевич привязался. Обхаживает её. Мне это не нравится. Не хочу, чтобы он… ну ты понял.
— Да, понял. Уже спешу, — отвечаю и разворачиваюсь.
Женщин оставляю при Морозове — пусть развлекаются в хорошей компании. Сам иду мимо любопытной теплицы. Прозрачные стеклянные стены, с потолка рядами свисают лианы. Две открытые двери — через них, оказывается, кто-то устроил соревнование: Раздевшиеся по пояс гости-аристо по очереди проходят сквозь «тепличный коридор», а публика наблюдает и, кажется, ставки делает. Интересно, что там за аттракцион?
Но сейчас мне не до него.
Я выхожу за теплицу и нахожу Паскевича с Машей.
* * *Банный комплекс «Пар», Невинск
Казид, морхал и дроу сидят в бане. Нет, это не начало анекдота. Это суровая действительность рода Вещих-Филиновых.
Ледзор развалился на полке, как белый медведь, выдохнул пар и хлопнул по поленнице: