Препод 4 (СИ)

— Заходите.
Столы и стулья внутри тоже пахли свежим деревом, а из щелей в деревянных ставнях чуть тянуло прохладой. Кафедры пока не было, поэтому я взял пару стульев, поставив перед столами, для себя и Алисы. Присев сам, дождался, когда все займут свободные места, после чего произнёс:
— Вижу, что у вас немало вопросов. Задавайте, постараюсь ответить на все.
Те переглянулись, между собой, а затем Брорн, на правах старшего, с недоверием спросил:
— Эм, профессор, э-э, то есть, господин ректор, это правда, что у нас божественный дар?
Похоже, этот вопрос больше всего волновал их всех, и я, улыбнувшись, кивнул:
— Абсолютная правда. Я и сам недавно узнал. А помогли мне в этом Айна и её друг Бари.
Девушка, когда взгляды окружающих скрестились на ней, слегка покраснела, но затем гордо вскинула подбородок.
— Да, — кивнул я, — у меня было время всё внимательно изучить. Такой странный дар, как у вас. Но тем, кто считал вас недомагами, просто не пришло в голову, что вы вообще не маги, хотя структура вашего дара немного похожа на магический. Это и ввело всех в заблуждение. Но теперь мне понятно, что все эти столетия вас учили неправильно. И с этого дня всё будет по-другому.
Я смотрел на сидящих перед собой юношей и девушек и видел, как загораются их глаза, как наполняются надеждой и толикой радости. Они всю жизнь считали, что они порченные, недоделанные, что называется, ни рыба, ни мясо. А теперь, наконец, им сказали, что это не так. Что они просто особенные, уникальные, со своим уникальным даром. Я практически видел, как у них расправляются крылья, а спины распрямляются. У них появился повод для гордости за себя. И это было хорошо.
— Занятия по теоретической магии мы с вами продолжим, — добавил я, — но акцент в обучении сместим на изучение возможностей магов и выработку противодействия им с помощью вашего дара. Госпожа Ботлер не устаёт нахваливать ваши успехи в ОБМ, и я склонен считать, что именно это и природная устойчивость к магии являются самым оптимальным для вас путём развития. Я видел в действии кирианского мастера, владевшего ОБМ, и хочу сказать, что, достигнув такого уровня, вы станете страшным противником для обычного мага, не говоря уже о неодарённых.
— Они будут куда сильнее, — произнесла Алиса, внимательно разглядывая группу, — ты даже не представляешь насколько.
* * *
Богиня, создавшая этих детей, а заодно и ледяных тварей, вот кто точно знал, как и почему Катаклизм произошёл так, как произошёл.
Я сидел в кабинете один в давно опустевшем корпусе, ещё раз просматривая восстановленные записи. Давно ушла Алиса, с час назад как заглядывала Ланика, пожелав спокойной ночи и сообщив, что детки Полкана подросли за сутки на два сантиметра, а я всё сидел, вспоминая женский образ, стоявший за спиной Айны.
Взяв карандаш и выдернув из стопки чистый лист, принялся рисовать, то и дело зажмуриваясь, чтобы как можно точнее воспроизвести в памяти её лицо. Художник из меня был так себе, но постоянно стирая и поправляя рисунок, я, наконец, смог добиться определённого сходства и теперь сидел, вглядываясь в набросок, пытаясь понять, что ею движет. Могла ли она быть богиней некромантов, или всё-таки я ошибался, и она была создана иначе?
Я никак не мог отделаться от мысли, что магия и боги на Яоле чересчур искусственны. Эти созвездия сразу за границами планетарной системы явно были не природного происхождения, и если боги тоже были частью этой системы, значит был ещё кто-то, кто создал систему. Некий высший разум, создавший на Яоле уникальную среду обитания магической направленности.
И тут меня снова заклинило, как бывает всегда, стоит прийти в голову очередному озарению. А что если эта десятая богиня вовсе не человеческого бессознательного продукт, как остальные девять? Что если она была создана теми, кто создал систему, для восстановления общего баланса?
Действительно, почему я мыслю рамками одной системы, когда вполне реален внешний фактор воздействия. Что если некроманты, решив уничтожить всё живое, вмешались в план высшего разума, для чего-то создавшего на Яоле магию? Может даже это был эксперимент, который Катаклизм мог поставить под угрозу?
 
Но почему тогда высший разум просто не убрал их, как лишнюю фигуру с шахматной доски? Зачем создавать для этих целей ещё одно секретное божество?
«Потому, что он не может, — ответил я сам себе, — напрямую не может, только опосредованно, через прокладку, в лице вот такой богини.»
Логично? Вполне.
Интересно, а ещё такие прокладки есть? Эксперимент явно нужно как-то корректировать, мало ли, какие неожиданности произойдут. Но использовать каждый раз целое божество расточительно. Да и божество, как я понял, тоже не может действовать напрямую, только через своих земных последователей, как через Айну или как через меня, в случае с Воином…
И тут я подумал про самого себя. А ведь я тоже, по сути, чужеродный элемент, который неведомая сила поместила в тело Локариса. И тоже наворотил делов, будь здоров. Будь на моём месте настоящий Вольдемар, такого бы с ним точно не случилось, по крайней мере, точно было бы всё совсем не так.
Я почувствовал, как лёгкие мурашки начинают бегать по телу, а в груди возникает ком. Неужели и правда, я тоже корректирующий фактор, направленный сюда не дать эксперименту закончиться?
Не выдержав, я подскочил с места, принялся расхаживать по кабинету, нервно сминая в руках бумажный лист.
Всего лишь фактор. Хотя… Тут я невесело усмехнулся, по крайней мере, уже есть какой-то смысл в моём существовании. Даже можно немножко возгордиться, что целый высший разум выбрал достойным. Осталось понять, достойным для чего? Хотя, если оценивать все мои приключения, то боролся я исключительно с оставленным некромантами наследием. Хотя… это наследие проснулось-то не без моей помощи, а если совсем начистоту, то в появлении орд нежити и личе в академии виноват был
только я сам. И к сфере на тайной базе некромантов добрался я, без меня бы фиг. Может я не бороться с наследием некромантов должен, а наоборот, сохранить?
Я замер на этой свежей мысли, затем затряс головой, убеждая сам себя
«Нет, точно нет». Иначе зачем было некромантов уничтожать, чтобы потом сохранять их наследие? Или…
Тут я снова завис. Было чертовски мало данных и слишком много предположений. Нельзя, нельзя делать пока какие-то выводы.
Не спалось совершенно и я, выйдя из корпуса на улицу, остановился подле башни с монументом, подставляя распухшую от раздумий голову прохладному ветру. А ведь всего лишь хотел учить студентов, изучать магию, расти в мастерстве самому. Думал, вот, в новом мире с чистого листа. А теперь оказывается, что я здесь не просто так, не сам по себе. Вот только никто что-то не стремится сообщить, а в чём же моя конкретная цель. Неужели весь тот бардак, что я невольно устроил, и есть цель незримого кукловода? Впрочем, кто знает, что в голове у разума выше меня на пару порядков?
— Ну здравствуй, Вольдемар.
Мгновенно вспыхнувший в моей руке огненный шар высветил из темноты закутанный в плащ с капюшоном силуэт.
— Кто ты? — с подозрением спросил я.
Самая середина ночи, тьма хоть глаз выколи. В такое время нормальные люди по домам спят, а не шастают непонятно где. Честно сказать, я даже немного струхнул, больно уверенно ко мне обратились.
Голос у существа был женский, но я пока поостерёгся называть её человеком. На Яоле каких только двуногих не бегает, каждой твари далеко не по паре.
Пальцы неизвестной коснулись капюшона, откидывая его назад.
«Всё-таки человек, — подумал я, разглядывая лицо незнакомки: тонкие губы, острый подбородок, неопределённого цвета внимательно следящие за мной глаза и уши, не прикрытые волосами, — по крайней мере, по внешним признакам».
Была незнакомка излишне бледновата, словно никогда не видела солнца, но в желтоватом свете огненного шара было не особо понятно.
— Что тебе нужно? — ещё раз спросил я, не дождавшись ответа на первый вопрос.