Непокорная жена

– Почему ты не сказала мне об этом раньше? – спросила она. – Я не стала бы тратить полдня, сидя здесь без дела.
– Потому что Хенли предупредил, что нам нельзя ходить туда, – обиженно проворчала Селина. – Разве я не говорила тебе об этом? Он вообще не хотел ничего сообщать, это случайно вырвалось у него, – пробормотала она, глядя на свое шитье. – И он заставил меня пообещать, что я ничего не скажу тебе. Не понимаю, почему это надо скрывать.
Интересно, почему Хенли взял такое обещание у своей жены? Что за игру затеяли Хенли и Фредерик? Похоже, Фредерик что-то скрывал от нее.
– Я должна побывать там. О, не беспокойся. Я скажу Хенли, что сама нашла этот адрес, и не подведу тебя. Ты пойдешь со мной?
Элинор быстро пересекла комнату и умоляюще посмотрела на подругу.
– Я не могу пойти туда одна, без надлежащего сопровождения, хотя мы с Фредериком помолвлены. – Элинор очень хотелось увидеть Фредерика, но она не хотела подвергать риску свою репутацию.
Селина оторвалась от своего шитья; глаза ее выражали сомнение.
– Мне кажется, нам следует дождаться возвращения Хенли. Разве он не говорил, что найдет Фредерика и привезет его сюда сегодня?
– Зачем нам ждать? Сейчас вполне подходящее время для визита. Кроме того, кто знает, когда Хенли вернется? Кажется, он говорил, что намеревается посетить контору своего адвоката? – Возможно, Хенли будет отсутствовать еще несколько часов.
Путешествие из Девоншира длилось мучительно долго, говорить уже было не о чем, и Элинор часто погружалась в свои мысли, глядя в окно, но ничего не видя, кроме густого тумана. Спать приходилось урывками в грязных придорожных гостиницах, отчего она чрезвычайно устала и нервы ее были на пределе.
По окончании путешествия они провели целых два дня в Лондоне, в небольшом фешенебельном доме Хенли на Ганновер-сквер, не имея никаких известий от Фредерика. Правда, он не знал, что они находятся здесь.
Если бы Элинор было известно, где он живет в Лондоне, она немедленно послала бы ему письмо по прибытии. Но она не позаботилась спросить у него адрес, а потом понадеялась, что Хенли знает его местопребывание. Так оно и оказалось. Значит, Джермин-стрит, номер двенадцать. Она не могла понять, почему Хенли скрывал эту информацию.
– Ну пожалуйста, Селина, – умоляюще сказала Элинор. – Я не могу сидеть здесь просто так и ждать. Ни одного часа. Ты ведь понимаешь меня?
Селина встала с дивана, разгладила свои юбки и покорно вздохнула:
– Что ж, сейчас пошлю за каретой.
Полчаса спустя Элинор сидела рядом с Селиной на потертом кожаном сиденье, взволнованно сжимая руки в предвкушении встречи, в то время как экипаж с грохотом катил по Бонд-стрит к Пиккадилли.
Будет ли Фредерик рад видеть ее? И дома ли он, в чем она не была уверена. «Может быть, все-таки следовало дождаться Хенли?» – подумала Элинор, и ей вдруг стало нехорошо.
– Ты уверена, что хочешь пойти туда? – спросила Селина, словно прочитав ее мысли. – Еще не поздно повернуть назад.
– Нет, я должна встретиться с ним. – Элинор сняла перчатки и посмотрела на кольцо на пальце. Сможет ли она признаться в своих чувствах к нему? Все это было так ново, так необычно для нее. Ей необходимо увидеть его, прикоснуться к нему, узнать, что он думает о ней. Она не могла ждать ни минуты.
Остальную часть пути подруги проделали молча. Наконец карета замедлила ход и остановилась перед серым зданием, которое почти ничем не отличалось от соседних домов, за исключением номера двенадцать на медной дощечке рядом с входной дверью.
Дверца кареты распахнулась, и Элинор вздрогнула, сидя у окошка и удивляясь, почему наследник пэра Англии выбрал себе местожительство в таком невзрачном доме и в таком непрезентабельном районе города.
Заставив себя улыбнуться, она приняла предложенную руку лакея и ступила на тротуар.
– Странно, не так ли, что он живет здесь, – сказала Селина, как бы откликаясь на мысли Элинор. – Надеюсь, Хенли сообщил правильный адрес. Я лично не знаю никого, кто проживает в этом районе.
– Я тоже не знаю. – Элинор поправила свою шляпку, внезапно испытав желание выкроить время, чтобы привести себя в порядок. – Однако я привыкла к тому, что Фредерик часто совершает неожиданные поступки. В этом тоже есть особая прелесть. – Искусственная веселость в ее голосе звучала фальшиво. – Постучись, – попросила она Селину, когда они поднялись по ступенькам крыльца. – Я слишком волнуюсь.
  
– Не вижу причины, почему ты должна волноваться. Ты помолвлена с ним, и мы здесь только для того, чтобы нанести надлежащий визит. В этом нет ничего предосудительного. Давай же, действуй, – сказала Селина, кивнув на дверь. – Ты сама говорила, что не можешь ждать.
– О Боже! – воскликнула Элинор, собираясь с духом, чтобы постучать в дверь. – Я оставила свои перчатки в карете.
В этот момент дверь открылась, и обе подруги удивленно отступили назад. В дверном проеме появилась пожилая женщина в сером платье и белом переднике, которая окинула визитерш строгим взглядом с головы до ног. Это, несомненно, была экономка.
– Вы намерены стоять здесь весь день? – грубо спросила она. – Или, может быть, вам нужна моя помощь?
– Да, нужна, – ответила Селина, поспешно входя в прихожую. Элинор последовала за ней.
Селина достала из своей сумочки визитную карточку и протянула ее экономке.
– Я леди Хенли, а это леди Элинор Эштон. Можем ли мы узнать, дома ли сейчас мистер Стоунем?
– Ха, мистер Стоунем! – гаркнула женщина, и щеки ее густо покраснели. – Я не знаю, где он шляется, оставив госпожу в таком состоянии.
– Г-госпожу? – заикаясь переспросила Элинор в полном замешательстве. – Боюсь, вы ошибаетесь.
– Благодарю вас, миссис Уордли, – раздался женский голос, и Элинор устремила свой взгляд на лестницу, где стояла изящная женщина со светлыми, ниспадающими на плечи волосами, одетая в красный шелковый халат. – Я сама приму гостей Фредерика, – сказала она.
Экономка сделала реверанс и исчезла в коридоре.
Элинор смотрела на женщину, почти не дыша. Казалось, в ее легких не осталось воздуха. Не надо делать поспешных заключений, мысленно предупредила она себя. Возможно, это какая-то ужасная ошибка. Недоразумение. Ну конечно. Так оно и есть.
– Простите наше удивление, – сказала Селина. – Мы не предполагали, что здесь проживает леди… то есть женщина, – поправилась она.
– Разумеется, – согласилась та, медленно спускаясь по ступенькам и не отрывая глаз от гостей. – Иначе вы не пришли бы сюда, не так ли?
– Вероятно, нам следует уйти, мисс… – Голос Селины понизился. – Извините, но, кажется, мы не знакомы.
– Делакорт, – представилась женщина. – Мисс Молли Делакорт. Фредерик и я… близкие друзья, можно сказать. Очень близкие.
Она была красивой, конечно. Невысокая и изящная, почти как куколка, с круглыми голубыми глазами и прекрасной формы губами. Она говорила как леди, хотя явно не являлась таковой. Ни одна благовоспитанная леди не стала бы встречать гостей в халате.
Это, несомненно, любовница Фредерика. Другого объяснения нет. Элинор испугалась, что ее сейчас стошнит, и громко откашлялась, надеясь, что тошнота пройдет и ей не придется испытать дальнейшее унижение. Хотя разве не достаточно унизительно уже то, что она вторглась в дом любовницы Фредерика? Неудивительно, что Хенли не хотел, чтобы она приходила сюда. Он все знал.
– Мы должны идти, – произнесла Элинор хрипловатым шепотом. Возникшая резь в глазах предвещала слезы, но она не позволит им пролиться. Она не доставит мисс Делакорт такого удовольствия.
– Так скоро? – спросила женщина с недовольной гримасой. – Вы могли бы присесть и выпить чашечку чая. Фредерик скоро вернется. Вероятно, он в своем клубе. Вы знаете, как мужчины любят посещать свои клубы, – добавила она с улыбкой.
Это была улыбка гадюки.
Элинор отступила на два шага назад и наткнулась на стойку шляпной вешалки, которая угрожала упасть на нее. Она быстро вытянула руку, чтобы удержать ее, проклиная себя за свою неловкость.