Цифры (СИ)

- Ты это что же вытворяешь! Дрянь такая! Совсем меня в могилу свести хочешь! – кричала женщина на Ольгу, не стесняясь при нас повышать на нее голос. – Ты посмотри на кого ты похожа! Выглядишь как продажная девка! Тебе нельзя здесь больше оставаться! Мы завтра же уезжаем!
- Отстань от меня, - возразила Ольга, сдерживая эмоции. - Я взрослый человек. Я останусь здесь, а вот ты можешь ехать куда угодно.
- Мы не для этого делали тебе финское гражданство, чтобы ты осталась жить на этой помойке!
- А вы меня спросили! Ты всегда делаешь все что тебе вздумается! Ты всегда считаешь себя правой! Тебе плевать на всех кроме себя! Не смей мне указывать что делать!
- Ты нарочно подговорила этих головорезов, чтобы они убрали представителей посольства! – выкрикнула мать Ольги указывая на нас. – Ты тварь такая хочешь, чтобы я сдохла в этой поганой стране!
- Мне плевать где ты сдохнешь! – еле слышно прошипела Ольга. – Последние пять лет ты только и делала что хлестала винище и закрывала глаза на выходки своего чухонца! Сдохните оба! Мне плевать!
Раскрасневшись от ярости, Ольга прошла мимо нас и уверенно вошла в бывший кабинет полковника, видимо, надеясь, что ее мамаша не решится проследовать за ней. Но мать Ольги была настроена решительно и прошла бы следом, если бы не вмешалась Аня, которая встала у нее на пути.
- Мне послышалось, или кто-то действительно назвал нас с тобой головорезами? – наигранно обратилась Аня ко мне.
- Нет, не послышалось, - спокойно подтвердил я. - И мне это тоже очень не понравилось.
- Уйдите с дороги, хамы! – взвизгнула дамочка, сделав единственный нерешительный шаг в нашу сторону.
- Это когда мы вам хамили, гражданка! – наигранно возмутилась напарница. – Единственное что мы только что видели, это агрессивные высказывания в сторону бойца отряда быстрого реагирования при чрезвычайном комитете Ольги Лариной! У вас есть ровно десять секунд чтобы убраться отсюда, или мы расценим это как нападение на сотрудников ЧК.
- Она не шутит, - подыграл я Ане, - у нас есть полномочия, самостоятельно принимать решение о физической ликвидации угрозы любыми доступными способами.
- А способов у нас много! – подхватила Аня.
- Психопаты! – выкрикнула женщина и тут же попятилась к лестнице.
Конечно, вмешательство в личные дела с нашей стороны свинство и даже неуважение. Но с другой стороны Ольга еще час назад в буквальном смысле этого слова прикрывала нам спину, как и мы ей, что говорит только о том, что мы на одной стороне. Вот и сейчас, явно видя, что Ольга не желает продолжения такого эмоционального разговора, мы ее просто прикрыли, хоть и выставили себя при этом не в лучшем свете.
Когда мать Ольги ушла, Аня тут же юркнула в кабинет вслед за графиней. Я остался стоять в коридоре подпирая стенку. Пусть пошепчутся без меня.
Судя по тому, что я слышал от Ольги прежде, и по ее отношениям с мамой, жизнь у нее не сахар. Как раз те самые семейные проблемы, которые она прячет под яркой внешностью и уверенным поведением. В любом случае, это не мое дело.
На этажах этого управления имелись просторные холлы, с мягкими креслами и диванами, с какими-то разлапистыми «фикусами» в больших кадках. Я устал стоять и направился в холл. Девчонки могут болтать еще долго, а вот мой организм привык в это время спать. Думал просто прилягу на диван, но как-то само собой получилось, что почти сразу вырубился. Даже сон какой-то приснился. Несколько сумбурный, серый, невзрачный, как раз из категории снов, в которых все вывернуто наизнанку, но ты как бы не видишь противоречий и воспринимаешь все происходящее естественно, как должное. Хоть ничего толком из содержания сна я так и не запомнил, но точно знаю, что это первый мой сон в этом новом мире, который хоть как-то отложился в голове.
Когда проснулся, заметил, что за окнами уже светает. Я все так же валялся на диване свесив ноги на пол, а под боком у меня скрутилась калачиком спала Аня, укрывшись полой моего плаща.
Что интересно, и в самом холе людно, и мимо проходило много народу, но, странно, видя спящую сладкую парочку, присутствующие переходили на шепот и старались смягчить шаг.
  
Чуть размяв затекшую руку, я вновь прикрыл глаза, стараясь отстраниться от происходящего. Анька тоже зашевелилась.
- Рота подъем! – услышал я хорошо поставленный командный голос.
Приоткрыв один глаз увидел генерала, отца Ани, нависшего над нами.
- Ну па! – пробурчала Аня, возясь у меня под плащом.
Я открыл глаза и посмотрел на часы. Нормально мы так на массу надавили, проспали почти семь часов.
- Ты бы хоть домой заехала, три дня тебя нет, мать переживает.
- Я ей вчера звонила, - ответила Анюта, высовывая взъерошенную пепельную голову из-под плаща.
- Ну все, ударники труда, хорошо вчера поработали, мне уже доложили, а сейчас, собирайтесь и домой! – добродушно приказал генерал.
- Не, у нас еще дела, я обещала, - пробубнила напарница, принимая вертикальное положение.
- Господи! Сочувствую тебе Артур, - пробасил генерал почти шепотом, - и как тебе только сил хватает ее терпеть?
- Да она просто ангелочек, - ухмыльнулся я пытаясь разлепить заспанные глаза.
- Ну да, - с улыбкой согласился отец Ани, - коль уж тебя князем тьмы кличут, то этот бесенок, стало быть, на твоем фоне и точно ангелочек. Ну все детки, давайте, мотайте там куда вам надо по делам, по домам, а то народ смущаете. Скоро новая смена заступает.
Умываться и приводить себя в порядок пришлось в туалете конторы. Анька только намекнула, что она обо всем договорилась. Но я так и не понял, что она имела ввиду. Встретились уже на парковке. Помимо напарницы там еще ждали Ольга и Наташа.
- Всем привет. Доброго утра, приветствовал я девчонок.
- Где ты ходишь, вашество! Только тебя и ждем, - возмутилась напарница.
- А чего за маневр, куда едем?
- Мы едем к Моте! Завтра большой прорыв, а нам надеть нечего! Так что все быстро в машину и погнали. Наташу только на два часа отпустили! Дотянули до самого последнего момента.
Наташа и Оля пробрались на заднее сиденье, Аня села за руль.
- Может без меня? - вдруг решил я дать заднюю.
- Нет! – резко ответила баронесса. – Нам нужен мужской взгляд, да и тебе Мотя обещала новый доспех, забыл?
- Ладно, поехали, - соглашаюсь я. - Только не гони, что-то я никак не проснусь.
- Вот, за одно и проснешься! Не беси княжич! Знаешь же, что, когда я голодная, я злая!
  
Глава 17
 
Надо ли говорить, что Мотя был просто в восторге от нашего визита. Я конечно понимаю, что звучит странно, сам никак не привыкну к этой мысли, но по факту, к нему, в его альтернативный «дом моды», заявились сразу четыре аристократа.
Игровой титул или нет, но о значении аристократов в новых реалиях говорили уже и по радио и писали в газетах. Как я смог понять по довольно туманным объяснениям Натальи, за титул отвечала та самая сумма стартовых баллов, которые в самом начале игры распределяла система. И даже если игрок был статистом, то есть с самыми минимальными игровыми показателями, он при этом вполне мог быть так называемым новым аристократом. Титулы присваивала сама игра, и игнорировать этот параметр было просто невозможно. Обычные игроки получали ранг, то есть профессию, которых было больше сотни, как оказалось. Но их возможности были урезаны. То есть, игрок-маг, получал готовую магическую печать в свой арсенал, мог пользоваться, но понятия не имел как она устроена и как работает. Активный игрок, в любом случае аристократ, от рыцаря до графа, получал уже набор печатей с расширенным списком и не обязательно своей стихии или соответствующую рангу. А вот мне, как продвинутому игроку, давались не печати, а учебники по составлению печатей, с основами магии как искусства. То есть выходило, что по завершению какого-то из этапов обучения, я смогу сам составлять печати, какие пожелаю. Все то же самое относилось и к рангам Великий воин, Верховный жрец и Адепт стихии. Великий воин имел собственные техники, владел всеми видами оружия, обладал невероятной силой. Верховный жрец. С ним все немного сложней. Изначально ранг духовного лидера так же с собственными техниками и навыками. Ну а Адепт стихии, какой-то одной, полностью владел навыками на грани духовного слияния с той самой стихией которую представлял.