Наследие Эксплара (СИ)

— Хочу домой… — грустно сказал его младший брат, взглянув на Эметул над ними.
Он вздохнул. Харси лишь озвучил то, что они желали сейчас больше всего, но в словах зайчонка слышалась такая тоска, что невольно становилось его жаль. После криков Лунги, лес вновь ожил наполнился звуками. Где-то внизу зашуршали палой листвой мыши, снуя между корнями. Тявкнула, возмущённая их бесцеремонностью лисица, отправляясь из уютной норы на охоту. Вдалеке заревел, лениво обдирая кору дерева, большой бурый медведь, размышляя на зверином языке о своей медвежьей доле. Слушая эти звуки, Хиру умиротворённо вздохнул и взял сидящую рядом Капи за руку.
— Мы выберемся отсюда, — твёрдо сказал он так, чтобы услышали и остальные, — несмотря ни на что.
— Я пойду к Кири, — поцеловала его в щёку жёлтая беот, ласково прижавшись лбом к виску, — ей совсем плохо…
— Да сидите уж, — притворно-сердито пробурчал Харси, поднимаясь с насиженного места и начиная спускаться вниз, — тоже мне, влюблённая парочка…
Они тихо рассмеялись его ворчанию. Холодало. Орошённое россыпью звёзд небо пульсировало в странном космическом танце, освещая колышущиеся листья Талтийского леса. И никто не мог увидеть прижавшихся друг к другу юных беотов, спасающихся от ночного холода и страха.
***
Ещё не успел кончиться день, а Арги уже чувствовала, что ей не хватает своего супруга. Они почти поссорились перед его отлётом, но сейчас вся злость от бессилия прошла, уступив место тревоге. В Архивах Аполотона не нашлось точной информации об аномалии, и даже Лиззи, сидевшая рядом с ней за столом в гостиной, не смогла помочь. «Они используют не целостную базу данных, — рассудила ящерица, вынимая из разъёма Сети свой хвост, — то, что есть в Аполотоне, нет в других городах. Это очень удобно, когда нужно спрятать какую-то информацию, хоть и затратно. Хотя, полагаю, у Прокуратора нет проблем с ресурсами».
Совет решил оставить их в Технократии до возвращения Урси и Лункса, чтобы окончательно удостовериться в безопасности. Как рассказала Лупо, «Лог-Ос» Ассур передаст лично, и ради этого поднял часть подразделений «Зелёных Повязок» и механизированного спецназа. «Прайм в чём-то прав, — Арги коротко усмехнулась, вспоминая этот разговор, — такую вещь как «Лог-Ос» нельзя использовать в политике. Это уже вопрос выживания нашей расы, а не прихоти власть имущих».
— Лиззи, — позвала она. Горящие немигающие глаза рептилии на лице-экране не выражали эмоций, и без её системы сигналов никто не мог знать о настроении ящерицы.
— Да, Старший Советник? — вопросительно мигнула та, подняв голову.
— Я слышала, ты изучала хивирский язык? — увлечение языками народов людей показалось Арги непривычным для такой помешанной на электронике беот. И теперь, когда у неё появилась такая возможность, она решила расспросить Лиззи поподробнее о её интересах.
— Да, — снова мигнула глазами ящерица, дополнив фразу короткой прямой линией, — Хивир, государство в центральной части Сарохара между нынешним Союзом Княжеств Лимнерия и Западной Федерацией Ахакорта, пережило немало войн и военных переворотов за относительно недолгую историю. Многие их знания были утрачены, но единственное, что сохранилось практически в первозданном виде, это их язык. Послушайте: «Ле ислен мо кол, умэс эл гилэс. Ле касэл аэл». Дословно на нелианский переводится как: «Рассвет всегда неизбежен, бесшумен и нежен. Время пришло». Последнее слово иногда переводится как «окончить», но у хивирцев ещё многое зависит от положения рук, тела и ног. Это очень подвижный народ, у них много танцевальных техник и плавных движений. По сути, их язык — это олицетворение их движений, плавный, элегантный и точный. По-крайней мере, был.
— Был? А сейчас?
— Сейчас не знаю. У нас нет доступа к прямым трансляциям жизни в тех странах.
— Но телевизионные передачи…
— При всём уважении, Старший Советник, я могу отличить сфабрикованные записи от настоящих, — на её лице сверкнула ломаная линия, — то, что нам показывают, имеет как минимум пятидесятилетнюю давность. Что происходит сейчас на Сарохаре или других материках, мы знать не можем, поскольку доступ в океан закрывает Армада Эххи.
 
— А я уж разочаровалась, что никто не заметит, — добродушно рассмеялась лисица, — идея Елемы мне изначально не понравилась, но это всё лучше, чем ничего.
— Это помогло Совету удержать анротов и беотов в рамках, — кивнула Лиззи, — но рано или поздно, обман раскроется.
— Это не станет проблемой.
— Вот как?
— Полагаю, анимагены не настолько глупы, чтобы не заподозрить подвох. Но эти записи транслировали не для того, чтобы показать жизнь людей. Это было сделано для формирования собственной культуры анимагенов. По факту, после Исхода у нас не осталось ничего, кроме безрадостных дней в лабораториях, заводах и полигонах. Творческий и научный потенциал наших сограждан требовал раскрытия, и мы лишь могли показать им примеры человеческой культуры. Теперь же мы начинаем собственную историю, основанную на человеческой. Ведь, как говорил Вестник: все мы — часть ноосферы, часть Аревира. Это наша планета и наша родина, кто бы там что ни говорил.
— Что ж… об этом я не подумала, — неохотно призналась Лиззи, опустив голову, — мне в последнее время тяжело сосредоточиться.
— А зачем ты интегрировала себе «Лог-Ос»? — хитро улыбнулась Арги, увидев на её лице две волнистые линии.
— Я… — та судорожно сжала кулаки и смущённо опустила уши. — Полагаю, я на какое-то время поддалась общему влиянию и потеряла контроль над своими действиями. После, я осознала ошибку, но теперь уже поздно…
— Поздно? — искренне удивилась белая лиса. — А ты куда-то спешишь?
— Я не в том смысле…
— Я отлично поняла, что ты имела в виду, — перебила её она, — я спросила: почему ты сделала такой преждевременный вывод? Ведь ты даже не пыталась создать семью.
— Но…
— Мужчины, Лиззи, на самом деле очень прямолинейные существа. Они в большей части не понимают намёков, постоянно думают о себе, и чтобы привлечь их внимание требуется немного больше, чем тихое ожидание «того самого» в кабине своего турболёта.
— Но кому нужна безмордая хакер, которая говорит непонятные длинные фразы…
— Это дело вкуса. Некоторые, — она многозначительно посмотрела на прошедшего мимо Кано, направляющегося вместе с Вульпи и Рэтси к выходу, — скажем так: их предпочтения очень специфичны. С твоими интеллектом и прагматичностью, у тебя есть все шансы. Если, конечно, ты сама этого хочешь. Дерзай, Взломщик, твоя жизнь — твои правила.
Арги поднялась и вышла вслед за тремя разгильдяями, небезосновательно полагая, что они могут, как обычно, вляпаться в неприятности. В темноте гостиной осталась только неприметная худощавая беот с экраном вместо лица, размышляющая над словами подруги. «Моя жизнь… — она посмотрела на затупленные серые коготки на пальцах, всё ещё ощущая запах мяты и лилий. — Мои правила… полагаю, данная информация послужит потенциалом для дальнейшего развития… меня…»
***
Ольмир взошёл уже достаточно высоко, чтобы палящий летний зной проник под тень раскидистого дуба. Сморщившись от падающих ему на лицо лучей, Хиру вздохнул и раскрыл глаза. Механизм совершенно не отдохнул, всё ещё находясь на стадии перегрузки, но хотя бы боль в теле утихла, оставив после себя ноющую ломоту. Ощущая под комбинезоном застрявшие ветки, он пошевелился, стараясь устроиться поудобнее, но опасаясь разбудить лежавшую у него на груди Капи, так ничего и не изменил. Канарейка спала как убитая, слишком утомлённая долгой дорогой, ведь её птичьи ноги не предназначались для длительного перехода. Да и сидячее положение не предполагало хорошего отдыха — две большие ветки, где они устроились, постоянно покачивались от ветра, не позволяя телу закрепиться.
Где-то снизу виднелась чёрная шерсть Луно, свернувшегося калачиком в противоположной стороне от Лунги. Белая рысь опустила голову себе на грудь, тревожно дёргая ушами во сне. Было видно, что её всё ещё мучают боли в груди и позвоночнике, и Хиру невольно содрогнулся, представив её состояние. Чёрный кончик уха Харси, торчащий из-за толстой ветки, исчез, а за листвой сверкнули голубые глаза его обладателя.