Наследие Эксплара (СИ)
Для анимагенов эта прихожая была явно мала. Хотя сам дом переделали из бревенчатого в бетонный, внутреннее он всё ещё оставался деревянным, включая двери. По коньком покатой крыши вовсю свистели синицы, проверяя приколоченную к дереву во дворе кормушку.
— Хара! — укоризненно всплеснула руками Кари, обнимая рассмеявшуюся Эри. — До встречи, моя хорошая. Может, сегодня ещё приеду, привезу тебе миксер.
— Хорошо бы, — вздохнула та, поправляя высунувшийся из эластичного чёрного пакета прозрачный мешочек, — забыла уже, как пироги печь. Всё одно не хватает прежних бытовых приборов.
— Ничего, мы ещё заживём, — ободрительно протянула Хара, почувствовав, как завибрировал её видеофон в кармане, — кого там Спирус несёт? — она поднесла устройство к уху.
— Что? — Кари совсем не понравилось её выражение лица, когда та медленно опустила трубку. — Что случилось?
— Хиру… — губы зайчихи задрожали. Эри впервые увидела такое отчаяние и растеряность в глазах своей самой смелой подруги. — И Харси… и остальные… упали в пропасть…
Пакет почти бесшумно шлёпнулся на каменный пол.
Глава VIII. Юмена
Урси впервые проснулся от боли. Жуткой головной боли, словно его процессор проломили тяжёлым предметом. Каждый звук усиливался стократно и гулким эхом отражался в ушах. Скривившись от этих неприятных ощущений, он с трудом разлепил глаза, фокусируя изображение.
— Вставай, принцесса косолапая, — знакомый голос рыся сейчас казался ему раскатом грома, — воскрешающего поцелуя не будет — мы всё потеряли.
— Лункс… — он поднял голову, пытаясь определить местоположение.
Зеленоглазый беот сидел на стуле рядом с одноместной кроватью, ложкой размешивая в прозрачном фигурном стакане мутную зелёную жидкость. На рысьем лице играла насмешливая улыбка, но взгляд выдавал его беспокойство.
— Ты рано начал, — заметил он, помогая Урси принять сидячее положение, — мы ещё не заключали никаких договорённостей с Кайлити.
— Я не хотел, — виновато ответил медведь, почувствовав неожиданный рвотный позыв. Он резко дёрнул рукой, поднося её ко рту, но возобновившееся головокружение сказалось на координации. В результате он лишь хлопнул себя ладонью по лбу, болезненно застонав.
— Да уж понятное дело — само в рот попало, — кивнул рысь, — на, — он протянул ему стакан, — выпей. Это противоядие.
— Кто готовил? — тут же спросил тот, с подозрением взглянув на белый осадок, всё ещё вращающийся в маленьком водовороте странной жидкости без запаха. Он осмотрелся. Вместо покоев Прокуратора он оказался в одной из комнат жилых апартаментов, где их разместили. Темнота комнаты освещалась стеклянной безделушкой на прикроватном столике, да двумя светильниками у входа.
— Рэтси. Под присмотром Лупо, — быстро ответил Лункс, — уж он-то в алкоголе понимает толк. Да пей, не бойся, — раздражённо проворчал он, видя, что его друг колеблется, — хуже, чем сейчас, тебе уже не будет.
Всё ещё с сомнением хмурясь, Урси взял стакан, чувствуя, как дрожат его руки. «Ну, в этом ты прав, — посмотрев на дёргающуюся кисть, подумал он, залпом проглотив зелёную жижу, — как извёстка по вкусу…» И тут же почувствовал, что ему срочно нужно в туалет. Соскочив с кровати, он стремглав бросился к двери в уборную, под весёлый смешок рыся.
— Как закончишь приводить себя в порядок, иди в гостиную. У нас большие проблемы, — крикнул он ему вдогонку, пинком отправив стул к стене у выхода и покидая комнату.
«Что за проблемы?» — обеспокоенно спросил медведь, на ощупь пытаясь найти выключатель кабинке туалетной комнаты. Однако вспомнив, что в Шпиле практически везде стоят сенсоры, он торопливо два раза хлопнул в ладоши, предварительно зажмурившись.
— Неужели, я что-то натворил, пока был без сознания? — озабоченно пробормотал он, взглянув на отражение. — М-да, видок…
Растрёпанные тёмные волосы выглядели как копна сена, а смятая шерсть измазана слюной в области пасти. Стыдливо потерев щёки, Урси, сделав мокрое дело, вышел в купальную. В отличие от уборной, тут всегда горел свет, отражаясь от блестящего мини-бассейна и большого зеркала рядом с раковинами рядом с дверью. Переключив регулятор напора из блестящих кранов на полную, Урси наполнил сложенные ладони и начал торопливо умываться. Искусственная шерсть беотов требовала много ухода и её необходимо часто мыть, чтобы не зарасти грязью и пылью. Обычно, у него не случалось с этим проблем, но сейчас бурый беот чувствовал себя невероятно грязным. «Рерар и Лаури основали «Рассвет» будучи могучими новусами, — отрывки вчерашнего разговора хорошо отпечатались в гудящем процессоре. К радостному удивлению Урси, головная боль и головокружение и правда исчезли вместе с остатками алкоголя, только что спущенных в унитаз, — это действительно странно и интересно. Мы никогда не задумывались о происхождении семьи Хонти и новусов в целом. Однозначно ясно только одно — они существуют уже как минимум полвека». Только анализируя разговор с Альвеном, он начал понимать, что они ничего не знают о происхождении тех способностей, что связывали его и остальных нотов с «истинным» миром. Откуда взялись новусы? Знают ли о них обычные люди? Кто научил их так мастерски владеть телепатией, телекинезом и ноосенсорикой? Все эти вопросы один за другим всплывали в усталом процессоре беота, быстрыми движениями рук приглаживающий мокрые волосы. Взглянув на свой комбинезон, Урси брезгливо сморщился и, закрыв поток воды, пошёл обратно в комнату, мысленно радуясь, что догадался взять ещё один комплект одежды.
В коридоре слышались голоса и шаги, приглушённые звукоизоляцией комнаты. Судя по их темпу, они никуда не спешили, но слова Лункса о «больших проблемах», заставляли беота переодеваться в быстром темпе, не желая злить Лупо или, что ещё хуже, Совет, который наверняка уже связался с ними. «Если я и правда что-то натворил в пьяном виде… — ему даже думать об этом не хотелось. — Может, Альвен что-то скажет?» Он хотел применить телепатическую связь, но острое предчувствие, болезненно уколовшее само сознание, заставило его ойкнуть. Он и забыл о Конвентуме, окружающим всё пространство Шпиля. Единственный раз, когда он общался с Прокуратором посредством телепатии, была их первая встреча в аудитории Консилиума.
— Урси? — за дверью послышалась знакомая верещащая речь. — Ты там? Ты жив? Можно войти?
— Можно, — пропыхтел он, натягивая левесы обратно. К своему неудовольствию, медведь заметил, что они покрыты уличной пылью. Раскрыв шкаф, он извлёк из сумки дугообразное чёрное устройство с миниатюрными щёточками и генератором, и, включив его, начал быстро очищать носы и подошву обуви.
— Ура! Ты жив! — словно огненный ветер в комнату, опрокинув хвостом стул, ворвался Вульпи, сверкая жёлтыми радостными глазами. — Мы когда узнали, что ты напился, так смеялись! Ты же сам был против всякого алкоголя! Как так?
— Я и сейчас против, — хладнокровно возразил Урси, чувствуя, как вода стекает по его шее на спину, — просто так получилось…
— Ну да, ну да! — расхохотался лис, поднимая стул и, оступившись, с размаху упав на него. — Ты бы видел лицо Лупо, когда Прокуратор сообщил ей об этом! Он и сам-то на ногах еле держался!
— Это она меня сюда перенесла?
— Я и Кано. Едва она узнала о том, что тот хочет оставить тебя спать у себя в комнате… хотя какая там комната — целый дворец! Ну так я говорю: когда Лупо об этом узнала, я думал, она его прямо там придушит. Прокуратора в смысле. Тебе-то она просто пару раз врезала по лицу, — Урси подозревал, что голова у него болит не только от алкоголя.
— Надеюсь, она не сделала ничего противозаконного? — осторожно спросил он, натягивая вычищенные левесы на ноги.
— Кроме того, что обматерила Альвена, как последнего мутота? — Вульпи вновь залился смехом, вспоминая события недавнего утра. — Мне кажется, он немного оскорбился на выражении с «алкососом». Но ты же знаешь Лупо — она терпеть не может нотов, а тут такое…
— Это из-за этого случились «большие проблемы»? — он взволнованно посмотрел на часы на столике. — Прокуратор зол?