Стратагемы заговорщика (СИ)

Тукуур и Дарга расположились за свободным столиком и заказали риса с овощами, ожидая, когда трактирщик объявит об их выступлении. Тот довольно долго возился с заказами, позволив путникам спокойно поесть, а потом ударил в небольшой гонг в виде рыбы, привлекая общее внимание.
— Уважаемые сограждане и гости! — высоким голосом провозгласил хозяин таверны. — Небо в сезон дождей навевает тоску, но сегодня знаменитый странствующий предсказатель Унэг и его друг силач Арслан порадуют Вас пантомимой о борьбе стоящей перед трудным выбором души с сомнением и невежеством! И если в главном герое пьесы Вы узнаете себя, господин Унэг поможет Вам обрести ясность видения!
Посетители отозвались вялыми хлопками. Тукуур поклонился и стал спиной к Дарге, наморщив лоб. Старый воин разминался с мечом, время от времени делая ложные выпады в сторону шамана, но тот делал вид, что не замечает его, погружённый в тяжёлые мысли. Наконец, разбойник ударил его плашмя по плечу, и знаток церемоний развернулся, изобразив на лице ужас. Танец начался. Тукуур уклонялся неуклюже, но уверенно, краем глаза отмечая, что военные оторвались от битвы камней, и даже богатый юноша смотрит на актеров широко открытыми глазами. Время от времени посетители одобрительно гудели, отмечая особо удачный выпад. Когда шаман ловким движением выхватил у Дарги платок неведения и набросил его на голову самому воину, они захлопали куда энергичнее, чем в начале. Путники снова поклонились. Они оказались рядом со столиком солдат.
— Чтоб мне лопнуть! — с улыбкой воскликнул один из них. — Это же Аман Дарга! Где же твой корабль, дружище?
— Здравствуй, Бугуш! — проворчал разбойник. — Давно не виделись!
— Садитесь, выпейте с нами, да расскажите, как докатились до такой жизни! — весело сказал второй солдат.
— Я не откажусь, — хмыкнул Дарга и выразительно посмотрел на Тукуура, — а тебе ещё работать.
Шаман понимающе кивнул и вернулся за свой столик. Как он и ожидал, юноша в шёлковом халате порывисто встал и занял место напротив. Знаток церемоний заметил, что его волосы подвязаны белой траурной лентой.
— Я хочу спросить духов о благополучном исходе дела, — напряжённо сказал он.
Тукуур молча достал гадательные пластины и разложил их на три стопки — начало, путь и цель. Существовало множество способов гадания, но все они требовали подготовки и информации, которой люди не спешили делиться с бродячим прорицателем. Оставался один, в котором главную роль играл сам вопрошающий.
— Я ничего не знаю, — тихо произнёс шаман ритуальную фразу. — Духи ничего не знают. Ты знаешь всё. Спрашивай, и они помогут тебе увидеть глубины собственного сердца.
Юноша вздохнул, прикрыл глаза и наугад вытащил пластину из первой стопки. Тукуур нахмурился, читая вырезанный на кости символ.
— Знак "крепостных ворот". В начале пути Вас ждёт препятствие, достаточно серьёзное, но не непреодолимое.
Молодой человек кивнул собственным мыслям и вытащил вторую пластину. Шаман помрачнел ещё сильнее.
— "Топи". Путь будет изнуряюще трудным и смертельно опасным.
Стиснув побелевшие губы, юноша вытащил третью. На ней легко взмывал в небо Лазурный Дракон. Тукуур вздохнул.
— "Суд". Если Ваш замысел справедлив, он окончится успехом.
Его собеседник решительно сжал кулаки и встал.
— Благодарю Вас, мастер Унэг, — с поклоном произнёс он.
Положив перед Тукууром несколько крупных васанговых дощечек и небольшую жемчужину, странный клиент быстрым шагом вышел из таверны. Ожидая, пока кто-нибудь ещё решится прибегнуть к его услугам, шаман приоткрыл заклеенное матовой бумагой окно и выглянул на улицу. Так он увидел первую часть своего предсказания. Трое ожидали юношу на противоположной стороне улицы. Похожий на хорька человек с узким лицом и жидкими усами в коричневой одежде приказчика и двое дюжих охранников "Медовой лозы" с длинными бамбуковыми дубинами. Они быстро обступили свою жертву, отрезая ей пути отступления.
— Это ты, пёсья башка, распускал слухи про господина управляющего?! — зло спросил приказчик.
 
Молодой человек бросил на него полный ненависти взгляд. Не дожидаясь ответа, один из охранников с силой ударил его в лицо. Юноша упал в грязь, и все трое принялись избивать его, осыпая грязной бранью. Тукуур почувствовал, как закипает. Это был не его город и не его дело, но уже второй раз на его глазах люди, облечённые властью, пытались без суда убить человека. Недолго поколебавшись, он решительным жестом прицепил на грудь пластину со Скальным Лисом и выскочил на улицу.
— Отставить! — гаркнул шаман, приблизившись к охранникам.
Те удивлённо обернулись. Сердце Тукуура бешено колотилось, но он заставил себя окинуть людей "Медовой лозы" холодным взглядом.
— По какому праву вы избиваете человека среди бела дня?
— Он вор и клеветник! — прошипел приказчик. — А тебе что за дело? Кто ты такой?
— А на кого я похож, баранья задница?! — прорычал шаман. — Забыл цвета армии Прозорливого?!
Охранники угрожающе подняли дубинки, но приказчик замялся, поглядывая за спину Тукуура.
— Это гражданское дело, нохор, — проскрипел он. — Военных оно не касается!
— Тогда где ленивые свиньи, называющие себя добдобами? — не уступал знаток церемоний. — Если этот человек преступник, он должен предстать перед судом, а не умереть в грязи!
— Мудрейший наставник сейчас не в городе…
— И что?! Кот из дома — мыши в пляс? Или вас кто-то назначил стражниками в его отсутствие?
— Нохор, Вы здесь — человек новый, — процедил приказчик. — Я уверяю, Вы не хотите участвовать в этой грязной истории.
— Это мне решать! — бросил Тукуур.
Приказчик недовольно дёрнул плечами и махнул своим людям.
— Уходим! Успеем ещё раздавить этого клопа!
Шаман проводил их взглядом, и только тогда разрешил себе обернуться. У дверей таверны в свободных позах стояли Дарга и два его товарища. Тот, которого звали Бугуш, одобрительно кивнул.
— Хороший спектакль, — тихо сказал он. — Даже лучше предыдущего.
Тукуур подошёл к пострадавшему. Тот был жив, но без сознания. Осторожно ощупав его в поисках переломов, шаман снова посмотрел на товарищей. За их спинами из дверей таверны несмело выглядывали горожане.
— Кто этот человек и где он живёт? — строго спросил знаток церемоний. — Его следует немедленно отнести домой и вызвать врача.
— Это молодой господин Вакиш Бадма, торговец шёлком с улицы Прядильщиков, — отозвался один из мастеровых. — Но если он в ссоре с господином управляющим…
— То никто из вас не хочет ему помогать, — хмуро закончил Бугуш. — Ладно, отвезём купца сами, а то с добрых горожан станется бросить раненого в канаве!
Погрузив купца в тележку для овощей, оставленную кем-то возле таверны, Тукуур и его спутники двинулись прочь от пристаней. Прохожие боязливо косились на них и спешили перейти на другую сторону улицы. Один раз, недалеко от святилища, им повстречалась двойка добдобов. Знаток церемоний внутренне напрягся, ожидая вопросов, но стражники решили не связываться с военными и свернули в ближайший проулок. Похоже, Могойтин жил между молотом гарнизона Речных Врат и наковальней компании "Медовая лоза". Тукуур вздохнул. Совсем иной он представлял свою страну под мудрым правлением Смотрящего-в-ночь.
Миновав святилище и рыночную площадь, путники свернули на широкую, но короткую улицу, где стояло несколько обветшалых домов с лавками в передней части. На одной из них висела вывеска с изображением бабочки и попугая. Подпись гласила "Шёлковые плантации семьи Вакиш". Лавка выглядела заброшенной, но, когда Тукуур и его товарищи приблизились, из неё тут же выскочил слуга в потёртой шёлковой куртке с эмблемой дома Вакиш на груди и спине.
— Молодой господин! — вскричал он. — Ох, беда-то какая! Что же теперь с нами будет?
— Успокойся! — строго приказал Тукуур. — Твой хозяин жив. Помоги нам занести его внутрь и позови управляющего!