Мелкая река (ЛП)

Без слов. Я совершенно потеряла дар речи. Я уже винила себя за то, что попала в такую ситуацию, но я, конечно, не просила об этом. И уж точно я этого не заслужила.
— Ты также отказалась от проверки на изнасилование. И знаешь, что это мне говорит, Ривер? - он не дает мне времени на ответ. — Это говорит о том, что ты с кем-то трахалась и не хочешь, чтобы тебя застукали.
Я покраснела, мои глаза расширились от недоверия.
— Ты в это веришь, Райан? Ты думаешь, что я пошла и попросила обо всем этом?
— Значит, ты признаешь, что трахалась с кем-то? - кричит он, его позвоночник выпрямляется.
— Нет! - гневно протестую я.
— Тогда почему бы не сделать анализ на изнасилование?
— Потому что меня не насиловали!
— Откуда ты знаешь? Ты же сказала, что не помнишь.
— Потому что я, блядь, смогу понять, причинил ли мне кто-то боль там, внизу!
— Гребаная лгунья! - кричит он, перед тем как его рука с размаху бьет меня по лицу. Боль сначала не ощущается. Я слишком сильно потрясена.
Нет, мой парень не мог просто так ударить меня, когда я уже была избита до полусмерти. Нет, только не тогда, когда он меня любит.
Но боль все же приходит, и это больно. Болит все, включая чертову мышцу в груди, из-за которой я постоянно попадаю в такие ситуации.
Как он мог так со мной поступить? Как он мог причинить мне боль? И почему я не могу сказать правду своему парню и быть спокойной и уверенной в том, что он не будет меня винить? Что он не ударит меня?
Я понятия не имела, что Билли вообще будет там. Как бы он ни любил называть меня призраком, он появляется в этом доме не чаще нескольких раз в год. Обычно к нему ходит Барби. Он застал нас обеих врасплох.
— Я тебе не верю, - прошипел он, и в его потемневших глазах не отразилось ни малейшего раскаяния.
— Почему? - жалобно спрашиваю я.
— Потому что ты лгунья. Это Мако нашел тебя и привел сюда. Как это произошло, Ривер? Это с ним ты трахалась? Может, ты вообще не ездила в Шэллоу Хилл. Может, ты позволила этому куску дерьма трахнуть себя, и он решил избить и тебя. Я бы, блядь, не удивился.
Лицемер.
Но вот и обвинение, которого я ждала. Я знала, что он каким-то образом вовлечет в это Мако. Я знала, что он решит, что я изменяю ему с его братом. Я знала, что это произойдет, но обвинение все равно взбесило меня до предела.
— Я просто ехала на машине и остановилась. Я понятия не имела, что это его дом. Это было... совпадение.
Из его горла вырывается безумный смех.
— Совпадение? - пронзительно повторил он. — Я в этом сомневаюсь. Я понял, что ты неравнодушна к нему, как только встретила его. Ты чертова шлюха, Ривер.
— Я не шлюха! - кричу я. Я просто... я просто чертовски устала от того, что меня называют шлюхой!
— Ты шлюха, - рычит он. —Он любит называть себя моим братом, но это не так. Он мошенник, притворяющийся, что играет эту роль.
Его слова не имеют смысла.
— Если я узнаю, что ты с ним трахалась, я убью тебя, Ривер. Ты слышишь меня? Я, блядь, перережу тебе глотку. - у него дикие глаза, волосы в беспорядке, как будто он их дергал, и одежда на нем измята. Он выглядит невменяемым.
Прежде чем я успеваю что-то ответить, он бросается к входной двери. Его ключи лежат на столе у двери, и через секунду он уже захлопывает ее за собой.
— Не оставляй меня так! - кричу я. Я кричу, и кричу, и кричу. А он не возвращается. Не прошло и часа, а я все еще лежу на диване.
Я мокрая, моя кожа очень раздражена, мои сломанные ребра, вероятно, треснули еще больше, судя по тому, как слабо я могу дышать, моя губа кровоточит, и я чертовски несчастна. Вот на что похожа смерть.
Я медленно сползаю с дивана, стиснув зубы, и подползаю к торцевому столику, где лежит мой телефон. Это занимает несколько попыток, но когда он оказывается у меня в руках, я просто смотрю на него.
Кому, черт возьми, я собираюсь звонить?
Есть Амелия... но я не хочу, чтобы она видела меня в таком состоянии. Я не хочу рассказывать ей о том, что сделал Райан. Я не могу позвонить родителям Райана - не тогда, когда их собственный сын бросил меня вот так.
  
У меня никого нет. Если только я не сделаю какую-нибудь глупость и не позвоню кому-нибудь, кому я действительно не хочу звонить.
Я поднесла телефон к уху. В этот момент мне уже все равно.
— Офицер Брэди.
— Привет, это Ривер. Я... Вы не могли бы дать мне номер детектива Фитцджеральда? Я бы хотела поговорить с ним о том, что произошло.
— Мэм, я могу взять отчет...
— Я бы хотела поговорить с детективом Фитцджеральдом, пожалуйста.
 Девять 
 Ривер 
  ПРОШЛОЕ  
 10 ЛЕТ НАЗАД 
 Мое любимое плюшевое животное Рокки засунуто мне в рот. Грязный мех прокис на языке от того, что он побывал в стольких грязных местах. Но он мне нужен. Мне нужно прикусить что-нибудь, чтобы не зарыдать. Я плачу, и мне больно. Кажется, Билли снова сломал мне ребра. Он сказал, что если легкие не пробиты, то со мной все будет в порядке.  
 Откуда ему знать, что это не так?  
 У меня вывихнута лодыжка, когда я пыталась убежать от него. Она подвернулась, потому что Билли схватил меня за волосы и неожиданно потянул назад. Моя лодыжка отказала вместе с остальными частями меня. Мое тело, душа и разум... все они отказали мне.  
 Билли сказал, что если я выйду из комнаты, то меня снова накажут.  
 Моя мама находится в соседней комнате, ее стоны и крики - смесь удовольствия и боли. Билли делает со мной то же самое, что и с ней, но у меня никогда не было желания издавать такие звуки, как она. Это не очень приятно. Билли говорит, что так и должно быть, но мне только больно. Это всегда больно.  
 И с ним, и с другими мужчинами, которых мама приводит домой. Когда они заканчивают с ней, они приходят ночью в мою комнату. Они делают мне больно. Они оставляют синяки, царапины и даже следы укусов. Последний парень оставил шрам от того, что сильно укусил меня за бедро.  
— Билли, пожалуйста! - кричит мама, тонкие стены не могут скрыть ее ужаса. В ответ на ее отчаянные мольбы раздаются удары плоти о плоть и громкое хрюканье. Билли всегда издает этот звук, когда кончает. Я с нетерпением жду этого звука, потому что тогда он оставляет меня в покое. 
 Через несколько минут Билли появляется в дверях без рубашки и с расстегнутыми брюками. Сигарета торчит у него изо рта, едкий запах проникает в мою комнату. Стены желтые от дыма. Кажется, я никогда в жизни не видела белого цвета. В Шэллоу Хилл все чистое запятнано.  
— Ты все еще плачешь? - спрашивает он, приподнимая бровь и затягиваясь сигаретой. Рокки все еще у меня во рту, но у меня больше нет желания плакать. Сейчас мне просто хочется свернуться в клубок и спрятаться. 
 Я вытаскиваю Рокки изо рта и отбрасываю его в сторону, и некогда голубой динозавр катится по грязному полу.  
— Нет, - бормочу я. Слезы еще не высохли на моих щеках. Билли не любит, когда я лгу, но еще больше он ненавидит, когда я проявляю слабость. 
— Лучше бы тебе этого не делать, - предупреждает он. — У твоей матери киска шире, чем Большой Каньон. Но с тобой у меня таких проблем нет. 
 Я узнала, что значит это выражение, пару лет назад. Билли любит произносить это слово, когда делает меня грязной. Он говорит, что это лучшее, что у него было, но я не хочу быть лучшей. Я хочу быть хуже мамы. Если бы я была больше океана, может быть, он бы меня не захотел.  
— Я не плачу, - говорю я снова. Его угроза была ясна. Если я буду плакать, он опять придет и вымажет меня грязью. Он всегда говорит, что даст мне повод поплакать, когда я проявлю слабость. И когда он это делает, я хочу умереть. 
 Билли входит в комнату, приседает на уровень моих глаз и протягивает мне сигарету. Я беру ее. Если я не возьму, он затушит ее о мою кожу. Гордость светится в его холодных, мертвых глазах, когда я подношу сигарету ко рту и вдыхаю дым. Раньше я постоянно кашляла, когда Билли заставлял меня курить эти сигареты, но теперь уже нет. Я стала лучше справляться с этим.