Роман Суржиков. Сборник (СИ)
Как лучше поступить, чтобы не обжечься?
Лайт усмехнулся.
— Искусственный интеллект деградирует? Конечно, долить молоко! Кофе остынет на несколько градусов.
Элма тронула его за плечо.
— Есть нюансы. Кофе стынет тем быстрей, чем больше его температура отличается от воздуха. Если сразу долить молока, кофе остынет на пару градусов скачком, но потом будет остывать медленнее. Капля, правильный ответ: подождать 5 минут, затем долить молоко!
Мембрана шлюза втянулась в стенки. Капля раскрылась.
— К залу Таинства!
* * *— Я готов предложить одну версию, — сообщил Лидер Безопасности, вызывая статистику на общий монитор. — Это сделал роянин.
Скорее всего, это было правдой. Совершенная техника почти никогда не подводила роян — куда чаще они подводили себя сами. Навигационные компьютеры не допускали ошибок, однако сами рояне были способны ошибаться. «Роянский фактор» — так называли это статистические анализаторы.
— Но зачем? Аллиона-2?..
Нет, разумеется, Аллиона-2, планета, которую Рой посетил последней не могла быть целью или причиной. Небольшая планета с гелий-фтористой атмосферой, населенная скудной флорой и несколькими видами животных, умудрившихся приспособиться к дыханию смертоносно активным фтором. Единственной забавной особенностью планеты была телепатия, которой, похоже, владели все высшие виды живых организмов.
Богатых запасов металлов или минералов на Аллионе-2 не было обнаружено. Аллиона-1, другая планета системы, обращалась так близко к звезде, что превратилась в незастывающий шар лавы, схватившейся в обугленную корку на полюсах.
Ради эти двух планет никто не стал бы отставать от Роя.
— Нет, господа, я не имею в виду саму планету, — сказал Лидер Безопасности. — Я говорю о том событии, что произошло на ее орбите. Я говорю об отмене переселения Юнии.
При этих словах Хранитель Святыни, безмолвно присутствовавший на заседании Совета, зябко повел плечами. Его черная мантия издала хрустящий шорох, и Лидеры украдкой взглянули на Первого Мистика.
Именно он инициировал указ о переселении.
Рой никогда не знал политических баталий. В главных вопросах рояне были единодушны — само выживание приучило их к этому. Цель сплотила роян — все знали, куда двигаться и каким способом. Одним из немногих камней преткновения оставался вопрос переселений.
Древний закон, принятый 1300 лет назад, требовал, чтобы во время каждого Посещения не меньше трети жителей каждой из маток переселялись на другой корабль. Смысл этого очевиден: избежать разрозненности маток, не дать жителям какой-нибудь из них создать свой «Рой внутри Роя». Однако переселяться с корабля на корабль каждые пару лет — означало разрывать знакомства, дружеские связи, оставлять привычные места. В итоге закон о переселении являл собой извечный повод для споров. Противники переселения создали довольно сильное движение сепаратистов, одним из лидеров его был нынешний Командор Юнии. Другим — Его Мудрость Лидер Науки.
— Перед Посещением Аллионы-2, как мы знаем, Его Мудрость счел нужным лично присутствовать на Юнии, с которой отправлялась разведывательная группа. — Голос Лидера Безопасности стал многозначительно вкрадчивым. — Однако после Посещения Его Мудрость не вернулся на Ампалу и предпочел остаться на Юнии на время перелета. Кроме этого, мы знаем, что Его Светлость Первый Мистик, — Лидер Безопасности поклонился в сторону молчаливой черной фигуры, — …Его Светлость Первый Мистик лично побывал на Юнии и провел разговор с Командором Юнии, Прелатом Юнии и Лидером Науки. Все трое известны как лидеры движения сепаратистов. Видимо, им удалось привести аргументы, которые убедили Его Светлость. Вернувшись на Ампалу, Первый Мистик благословил издание указа об отмене переселения матки Юния. В качестве эксперимента на время этого перелета все население Юнии осталось на ее борту, ни один роянин не покинул матку. Затем Юния пропала. Стоит ли считать это совпадением?
Слова «отступники» не произнес никто. Со времен матки Сефира, целиком уничтоженной за отступничество, это слово звучало для роян слишком устрашающе. Однако все Лидеры вновь взглянули на Первого Мистика, и тот медленно кивнул.
И слово «еретики» не слетело ни с чьих уст. Оно было слишком громким для этого сумрачного зала. Однако спустя минуту на потолке зала советов уже сияла карта маршрута, и лазерной указкой Лидер Безопасности проводил возможные пути.
Белая звезда Колорма лежала в четырех световых годах в сторону от маршрута Роя. Если Юния действительно решила отступить от Пути — она должна была двигаться к Колорме и дозаправиться. Дальше перед юнийцами лежала выбор из трех звездных систем, но Колорму они должны были пройти обязательно.
Совет проголосовал.
Первый Мистик встал и молча покинул зал.
Он не сказал: «Благословенен Путь». Видимо, он был слишком расстроен.
* * *Молочно-белая капля-лифт скользила по одной из тысяч артерий Юнии. Сквозь полупрозрачные стенки нельзя было разглядеть окружающие помещенья, через которые проносилась капля, однако мелькание нечетких контуров в молочном тумане создавало умиротворяющее ощущение.
Полулежа в одном из четырех кресел, Элма эм Юния откровенно изучала спутника. В его внешности были интригующие черточки: мутные глаза, испещренные жилками, будто от гравитационной травмы; золотистые ниточки электритов, слишком ясно проглядывающие сквозь кожу рук и шеи — так бывает от долгого пребывания в невесомости. Чрезвычайно заостренные пушистые кончики ушей Лайта поминутно подрагивали — как от напряженных раздумий… или от нервного припадка. Опасение, которое внушал замкнутый сосед, и любопытство к нему соревновались в душе Элмы. Пока что побеждало второе.
Лайт эм Хальга тоже смотрел в сторону спутницы, но не столько на нее, сколько сквозь, словно на спинке ее кресла была начертана разгадка важнейшей тайны.
Элма в конце концов не выдержала тишины.
— Пользуетесь редкими минутами моего молчания, чтобы обдумать один из своих секретов?
— Что-то в этом роде… — Рассеянно обронил Лайт. — На самом деле, вам проще, чем мне.
— У меня нет острой потребности думать?
— Вы не понимаете вообще ничего, потому перед вами только один вопрос: «Что черт возьми происходит?». Причем и этот единственный вопрос, если вдуматься, риторический. А меня мучают целых три вопроса, на которые вряд ли мне кто-то вскоре ответит.
— Лучше ответы, чем вопросы, но лучше вопросы, чем ничего. Я жду ваших трех вопросов.
Элма решительно подалась вперед. Лайт отвел взгляд и утопил его в молочной ряби за стеной.
— Вопрос первый. Почему нас не атаковали?
— Кто?
— Те, кто поставили ловушку. Это была ловушка, импульсный генератор гравитации. Когда мы оказались примерно в миллиарде километров от нее, ловушка сработала. Импульс прошил Юнию. Вы не почувствовали его — он был слишком слабым. И почти никто не почувствовал… кроме сжимателя пространства. Элемент массы — струйка протонов, по нескольку мегатонн весом каждый, размазанная скоростью света в сплошное кольцо — качнулся под действием импульса и прикоснулся к внутренней стенке ускорителя. В следующую миллисекунду сжиматель превратился в пыль. Юния утратила направленную массу и вывалилась в ординарное пространство. В этот момент нас должны были атаковать.
— Почему?
— В гиперпространстве мы неуязвимы. В ординарном пространстве, в первые минуты после выхода, когда идем по идеальной прямой, гася инерцию — уязвимы, и даже очень. Ловушку ставили, чтобы уничтожить или захватить матку — но не сделали ни того, ни другого.
Лайт помолчал немного.
— Импульс гравитации был таким слабым, что никто не ощутил его. Откуда тогда вы знаете, что он вообще был?