В постели с ненавистным боссом (ЛП)

Мои руки двигались сами по себе, запутываясь в её волосах и запрокидывая её голову назад. Притягивая её тело ближе к моему, так что её упругие груди коснулись моей груди, а бёдра уперлись в мой член.
Который был твёрдым, как железо, в моих костюмных брюках.
Тори стонала и посасывала мой язык, и это было так, словно кто-то наполнил мою кровь огнём. Жар разлился по моим венам, прокладывая обжигающий путь от моего рта к члену. Боже, я хотел её. Нуждался в ней.
Больше всего на свете мне нужно было загладить свою вину перед ней.
Я углубил поцелуй, и она задрожала в моих объятиях, её хрупкое, соблазнительное тело прильнуло к моему. Прикосновения её грудей было достаточно, чтобы заставить мой член ныть.
И именно в этот момент мне нужно было увидеть её всю. Я прервал поцелуй и прижался лбом к её лбу.
— Я хочу тебя.
— Это взаимно, — сказала она, и от отсутствия колебаний в её голосе меня обдало жаром. — Моя спальня наверху.
Она бросила на меня тот же взгляд, что и тогда, когда спросила, поеду ли я к ней. Наполовину приглашение, наполовину вызов: «Ты идешь или нет?»
Да, блядь, я в деле. Желательно не один раз.
Поднимаясь по лестнице, мы, наверное, установили мировой рекорд скорости, но я замедлил темп, как только мы вошли в её комнату. Я так долго ждал, чтобы заполучить её. Теперь я хотел насладиться ею.
И я начал с того, что снял с Виктории объёмную толстовку с капюшоном и мокрые джинсы, оставив её в подходящем к ней бюстгальтере и трусиках из нежного белого кружева. Её полные, сливочного цвета груди возвышались над чашечками двумя аппетитными холмиками, соблазнительная плоть подрагивала, когда её грудь быстро поднималась и опускалась.
— Ты великолепна, — пробормотал я, скользя пальцами по декадентским выпуклостям, которые грозили выплеснуться через кружево.
Она опустила голову.
— Я не знаю… Мои бёдра…
Я взял её за подбородок и нежно поцеловал в губы.
— Великолепна. Каждый твой соблазнительный дюйм, Тори. Ты хочешь доказательств? — я нашёл её руку и поднёс к своей эрекции. Когда её глаза расширились, я усмехнулся. — Теперь ты мне веришь?
Она неуверенно кивнула.
— Хорошо.
Я повёл её спиной вперёд, пока её ноги не коснулись кровати. Перед тем как опустить её, я расстегнул лифчик и отбросил его в сторону. Затем я обхватил её груди обеими руками и погладил большими пальцами твёрдые розовые соски. Тори была чертовски прекрасна в одних кружевных трусиках, её грудь переполняла мои ладони, а дыхание сбивалось, когда я ласкал её. С её огненными волосами и изящными формами она была просто роскошным десертом. Так и хотелось съесть.
Её густые ресницы затрепетали, и она застонала.
— Логан…
— Скажи ещё раз, — прохрипел я, поглаживая тугие бутоны. Разминая её идеальные круглые сиськи.
— Логан, — сказала она, и в её голосе было больше дыхания, чем звука.
Малейшее усилие заставило её опуститься на кровать и растянуться на спине. Желание стучало в моих венах, как барабан, когда я стянул с неё трусики, а затем с трудом сглотнул при виде её киски с крошечными рыжими завитками. Остальное было обнажено, что позволяло полностью рассмотреть её пухлые губки, влажные от желания. В этом она была такой же хорошенькой, как и во всём остальном, и я воспользовался моментом, чтобы насладиться щедростью, которую она дарила. Полные груди. Сморщенные соски, твёрдые, как кончики розовых стрелок. Мягкий живот и блестящие половые органы. Округлые бёдра и длинные ноги.
Соблазнительная.
Но я ещё не мог прикоснуться к ней. Если я это сделаю, то не остановлюсь.
Стоя над ней, я не торопился раздеваться, позволяя ей осмотреть меня дюйм за дюймом. Я расстегнул рубашку и отбросил её в сторону. Затем майку. Мои кожаные туфли, вероятно, были испорчены, но кого это волновало? Я стащил свои брюки вниз по бёдрам и переступил через них. Быстро расправился с носками, так как мало было более комичного зрелища, чем почти голый мужчина в носках.
Когда я засунул большие пальцы за пояс своих боксеров, Тори приподнялась на локтях, и её золотистые глаза заблестели от предвкушения.
  
Я закончил раздеваться, позволив своему члену выпрыгнуть наружу, тяжелому и возбужденному, с потемневшим кончиком, усеянным предэякулятом.
Она облизнула губы.
— Господи Иисусе, — пробормотал я. Эта женщина убьёт меня. Её влажные вьющиеся волосы были похожи на огненное облако. Её глаза цвета виски горели желанием.
И её губы…
Я снова выругался. Красные и припухшие от моих поцелуев, они были такие же соблазнительные, как и её лоно, и такие же влажные. Удерживая взгляд Тори, я поглаживал свой член, сильно сжимая его, двигаясь вверх и вниз.
Её взгляд опустился на мои бёдра, и пульс на шее затрепетал, как у пойманной птицы, когда она проследила за моими движениями. Вверх и вниз. Вверх и вниз. На головке появилось ещё больше влаги, пока я дрочил себе, доставляя ей удовольствие.
— Я хочу поцеловать тебя, — сказал я ей.
Тори снова подняла глаза, и её розовый язычок высунулся наружу, увлажняя губы.
— Не там, — я забрался на кровать и вытянулся рядом с ней, нежно обхватив её холмик одной рукой. — Тут, милая, — я скользнул двумя пальцами между её половых губ, легко скользя по ним. Прижимаясь к её влажному жару. — Я бы хотел поцеловать тебя здесь.
Её охватила дрожь, и она откинулась назад со стоном, который, казалось, отдался вибрацией прямо в мой член.
Продолжая играть с её киской, я начал с плеча и спустился ниже, целуя россыпи золотистых веснушек, покрывавших её кожу. Я задержался на упругой груди, обводя языком один невероятно твёрдый сосок. Когда она задрожала, вцепившись руками в мои волосы, а её слова превратились в отчаянные стоны, я провёл языком вниз по её животу к верхушке влагалища, целуя щелку прямо над клитором.
— О… мой, — она повела бёдрами, прижимаясь к моему рту.
Одно быстрое движение, и я оказался между её бедер, широко прижимая её к себе плечами. Это зрелище почти сразило меня наповал. Она была розовым совершенством, её набухший клитор выглядывал между набухших складок. Желание пронзило меня так же горячо и сильно, как молния, которая загнала нас в дом, и я подался вперёд и лизнул её прямо в центр.
В ответ Тори ахнула и раскрылась шире.
Я пробормотал что-то одобрительное между облизываниями и покусываниями.
— Так… чертовски… сладко.
Она заёрзала, и я обхватил руками её бёдра, держа её раскрытой, чтобы я мог проникнуть глубже. Я провёл языком по её входу, прежде чем подняться и пососать клитор.
Послышался тихий стон.
— Логан.
Звук моего имени, сорвавшийся с её губ, вызвал во мне прилив наслаждения, и я старался заставить её повторять снова и снова. Я долго дразнил её клитор, прежде чем лизнуть его и провести языком по её входу.
Тело Виктории сотрясалось, и воздух оглашали её сдавленные крики. Она схватила меня за голову и прижала к себе.
Как будто была какая-то опасность, что я уйду куда-то ещё. Ее киска была опьяняющей. Я был пьян от её вкуса.
— Ещё, — выдохнула она, бесстыдно приподнимаясь подо мной. — Боже, да, прямо здесь.
Я дразнил и гладил, посасывая её набухший, жаждущий клитор. Я вонзался в неё языком, пока не стал таким твёрдым, что не мог больше ждать. Когда я забрался на её тело, она положила руки мне на плечи и потянула, заставив меня рассмеяться.
— Подожди, детка, — сказал я, стараясь не застонать. — Мне нужно надеть презерватив.
— Поторопись.
Я ухмыльнулся, поднимая с пола свои брюки.
— Да, мэм, — ответил я, доставая из бумажника презерватив и возвращаясь в исходное положение. Когда жар её киски согрел мой член, весь мой юмор улетучился. Каждая секунда, когда я не был внутри неё, была мучительной. Я разорвал фольгу зубами и облачил себя, затем направил свой член к её отверстию и вошёл одним быстрым толчком.
Спина Тори оторвалась от кровати, и мы застонали вместе. Идеальный жар окутал мой член, ощущение было таким сильным, что я уронил голову на изгиб её шеи, борясь с желанием достичь быстрого оргазма.