Бастард рода Неллеров. Книга 8 (СИ)
Конечно же, никто не собирается устраивать контроль выполнения его преподобием Степом обещаний или моего чувства времени. Сам решил засекать, сколько на какое плетение у меня уходит минут, и ставить это число внизу рисунка. Так буду точно рассчитывать свои возможности, а заодно смогу оценить прогресс скорости создания плетений.
Всё, больше не отвлекаюсь, даже на откуда-то взявшуюся муху, тварь гадкую. Надо было Нику или Ивану сказать, чтобы отгоняли. Основу сложил в виде правильного квадрата. Заклинание ударит такой же формой, только размер этой фигуры в месте поражения будет сто пятьдесят ярдов каждая сторона.
Покрывало ужаса — это, своего рода, квинтэссенция боевой некромантии, так-то обычно этот вид магии редко используется в атаках на дальние расстояния. В плетении задействовано аж четыре оттенка фиолетового, и очень сомневаюсь, что в Кранце или соседних королевствах найдётся ещё хотя бы один одарённый, кто сможет такое создать. Очередной повод гордиться собой. Попавшие под действие этого заклинания моментально потеряют рассудок и начнут гнить, да ещё и набрасываясь на любого живого человека или животное, кто окажется рядом. И длится нападение зомби до тех пор, пока процесс гниения окончательно не превратит их тела в лужи слизи. Это где-то четверть часа. Ну, так написано в пояснениях.
Лесополоса, где скрывается засада, длиной — сейчас оценил — ярдов триста-четыреста. Нацелю атаку в центр, и больше половины наёмников убью одномоментно, остальным же обеспечу не просто панику, а её нарастание от нападения бывших коллег и товарищей, превратившихся в жутких мертвяков. Что ж, мне наёмников нисколько не жалко, за что боролись, на то и напоролись.
— Сколько там, Ник? — спрашиваю, завершив создание покрывала ужаса.
— Тридцать две минуты. — докладывает тот.
— Эх, не уложился. Ну, ничего, в следующий раз будет быстрее. — я уже активировал некромантию и отправил плетение вперёд.
— По коням! — отдаёт приказ Карл.
Однако, спешить мы не собираемся, сначала посмотрим на последствия удара. Может, придётся применить ещё одно или два заклинания. Только ждать результата мы собираемся уже в сёдлах.
Покрывало ужаса убивает не только животных, хотя на растения она действует не так сильно. Через десяток секунд после начала полёта заклинания оно достигает цели, и в считанные мгновения половина лесополосы в центре, часть убранного кукурузного поля перед ней и за нею теряют зелёный с редкими вкраплениями пятен жёлтого цвет, превращаясь в светло-серую полосу. Бабочки что ли туда ещё огромным роем налетели? А нет, это изменённые до пепельного оттенка листья начали опадать, кружась в воздухе.
— Вот это да. — произнёс Иван.
— Чайка, ты будто первый раз при милорде Степе во время боя присутствуешь. Чему удивляешься? — недовольно одёрнул его лейтенант Ромм. — Капитан, наверное, надо уже выдвигаться в атаку?
— Да, пора. — кивает он. — Торел, — окликает сержанта. — Ты с десятком окружаешь милорда.
Отлично. Понимаю, что буду не только охраняемым лицом, а по совместительству и арестантом, чтобы не убежал никуда в атаку. Возражать не стану. Действительно, есть кому мечами махать, вернее, в данном случае, копьями колоть. Парни приготовили пики. Сабель или палашей в этом мире мне ещё не встречалось, поэтому догоняют и убивают паникующего врага здесь копьями.
Покрывало ужаса имеет ещё одну замечательную особенность — оно не портит имущество противника, а значит ротные стреломёты вместе с их боекомплектами достанутся мне в целости и сохранности. Довольно внушительный трофей, не сахар или золото, но тоже неплохо весьма. Как говорится, копеечка к копеечке или, правильней к здешним реалиям, зольд к зольду. Интересно, сколько эти мини-баллисты стоят? Узнаю в Рансбуре, когда устрою их распродажу оптом и в розницу. Наверняка Эдгару про эту мою коммерцию донесут. Представляю, как морда у этого козла скривится.
Не успеваю ещё послать коня к склону, как успеваю заметить несколько человеческих фигур спешащих покинуть оказавшийся очень опасным местом лесок. Пусть бегут. Даже если кого-то не поймаем, не велика беда.
Выехав на тракт мои парни резко пришпоривают коней. Тоже хотят поучаствовать в битве, которую я уже, считай, выиграл. Нет, справедливо будет сказать, мы выиграли, я и дрянь Люська. Хм, какая же она дрянь? Настоящая разведчица, моя личная Мата Хари.
Милорд Монский, прежде чем возглавить атаку, скачет рядом со мной.
— Может возьмём несколько пленных, попытаем сами, а потом сдадим королевским дознавателям. — предлагает.
Не хочу устраивать бессмысленные пытки, которые, к тому же, ещё больше нас задержат. Так мы и до столичных предместий засветло не успеем добраться. Опять как у Олска придётся в темноте на постой в трактир устраиваться. Зачем? Ничего интересного, главное, нового не узнаем, и так всё ясно и понятно. Свидетели из наёмников тоже никакие.
— Какая разница, кто их убьёт? — отказываюсь от его идеи. — Казнить их всё равно не станут. Придушат в камере по тихому, и на этом всё. И это, не смотри на меня так выразительно, не помчусь в атаку.
Карл рассмеялся, пришпорил коня и помчался в голову отряда. Я приготовился конструировать простые атакующие заклинания, хотя вряд ли они пригодятся.
Так и есть, боевая магия мне сегодня уже не требуется. Не видевшие, что мост перекрыт тремя десятками моих бойцов, наёмники — их выжило меньше пятнадцати — именно в том направлении и попытались найти спасение. Четверо хотели умчатся на конях, остальные вынуждены были просто бежать. Похоже, моя некромантия, увы, уничтожила и лошадей. Вот их жаль. Реально.
Верховые наёмники, увидев, что путь через переправу им закрыт, попытались уйти вдоль берега на запад, но их там перехватил Карл.
— Кажется, у нас даже ни одного поцарапанного. — заметила Алиса.
— Такое случается. — жму плечами. — Надеюсь, ты не расстроилась?
Глава 18
В постоялом дворе «Весёлый мельник», где мы разместились этой ночью, постоянные шум и гам. А чего я ещё ждал от места, в котором постоянно формируются отправляемые и принимаются прибывшие караваны? Здесь хоть нашлось место для всей нашей большой компании, пусть парням предстоит ещё ночь провести в тесноте, да, как говорилась в моём родном мире, не в обиде. Я, их начальник, и то в однокомнатном номере с Карлом и Эриком устроился. Зато здесь кормят весьма неплохо, если конечно не обращать внимания на качество помывки посуды — на мыльных растворах шельмецы экономят — а я давно привык. Общепит здесь такой общепит.
Никогда не думал, что во мне погибает графоман. В прошлой жизни никогда не думал стать автором книг, даже желания такого не возникало, а тут, чувствую, заскучал по своему творчеству, пока добирался до Рансбура. Руки сами за пером потянулись, едва я пришёл с обеда и осознал, что пока заниматься мне нечем. Задачу соратникам поставил, осталось ждать результата.
Два раза переехать, как один раз погореть — ещё одна мудрость из прошлой жизни — так что, не вижу смысла съезжать из Мельника, тем более, Весёлого, и вселяться в «Золото Кранца» или его аналог, такую же престижную столичную гостиницу, раз уж я всё равно собрался поселиться в особняке, который сниму сразу на пару месяцев с возможностью продления аренды.
— Туго что-то идёт. — жалуюсь заглянувшему ко мне за указаниями Сергию, показывая глазами на лист, исписанный едва наполовину, и это за целый час работы. — Распорядись, чтобы Юлька чай принесла.
Действительно оказалось тяжело, если создаёшь что-то своё, а не вспоминаешь и излагаешь чужое. Сейчас, пожалуй, моя первая попытка донести до людей собственные мысли. Решил написать философскую главу на тему «быть или казаться?», пришедшую мне в голову во время знакомства с графом Олским. Неодарённый, а форсу как у комиссара. Правда, повезло ему, сын и обе дочери инициировались, хоть и весьма слабыми магами.
Задумать-то главу задумал, а вот, не успев начать, уже упёрся в стену. О чём писать знаю, но каким образом изложить, чтобы читалось интересно и доступно здравому смыслу, пока не понимаю. И нет, это не выгорание, о котором так любили говорить в моём прошлом всякие творческие личности. Считаю, что мне это не грозит даже в сто лет, если доживу. И вообще, уверен, термин надуманный, вернее, специально выдуманный для самооправдания, когда исчезает мотивация для творчества. Одно дело сказать: я ленивая задница, а совсем другое — я выгорел. Суть та же, но второе звучит как-то благородней.