Мой сводный грех (СИ)

— Как я соскучился, родная! — шепчет он, целуя меня в макушку, а я быстренько высвобождаюсь из его хватки и улыбаюсь. — Ты уже посмотрела подарки?
— Не было времени, я сейчас на учёбу опаздываю… Как вернусь, обязательно посмотрю! Спасибо большое!
— А ну-ка, скажи мне, что с тобой приключилось? Ты раньше подарки в первую очередь открывала, а теперь вдруг откладываешь это дело до вечера. У-у-у! Да у тебя же глаза заплаканные! Максим обидел? Я же ему голову оторву, шею сверну за то, что причинил тебе боль!
— Пап, не надо, ладно? Мы с Максимом уже всё решили… И сегодня мы будем обсуждать с ним дату свадьбы.
Сама не понимаю, зачем я ляпнула это. Какая дата свадьбы? Вот только в данную секунду я вижу в этом своё спасение. Я ведь могу выйти замуж. За Максима. И избавиться от любви к своему брату, которая студит кровь в венах. Это будет единственным верным решением, которое я смогу принять. Я не стану изменять своему мужу, несмотря на те чувства, что разрывают изнутри.
— Дата свадьбы? Уже? Я думал, что ты сначала окончишь университет и… Да тебе ведь только через две недели восемнадцать стукнет…
Отец явно шокирован моими словами.
Да, папа! Мне только через две недели исполнится восемнадцать, а я уже сотворила непоправимое. Я целовалась со своим братом. Я опускаю голову, чтобы не смотреть ему в глаза, потому что он отлично чувствует каждую ложь.
— Мы любим друг друга и хотим быть вместе… Университет могу закончить и уже замужней женщиной.
— Вы главное с детьми не спешите…
Слова отца действуют, как разряд в двести двадцать.
Детей… С Максимом… Я не хочу детей… Уж не с ним точно, да и не готова я пока стать матерью. А может, не буду готова никогда, потому что моё сердце всегда будет с тем, о ком я не имею права думать.
Удар сердца…
Второй…
Третий…
— Мы с Максимом пока хотим насладиться друг другом, а там видно будет, — улыбаюсь я. — Пап, я, правда, опаздываю.
— Да, беги. Водитель уже ждёт тебя.
Я киваю и, пользуясь моментом, сбегаю от отца и от разговора, который никому из нас сейчас не нужен.
Сажусь в машину на заднее сиденье и снова вспоминаю ту скорость… Драйв… Удары сердец в такт друг другу… Одно желание на двоих… Запретное, сладострастное… Сводящее с ума…
Достаю телефон и набираю номер парня, чтобы для него не стал неожиданностью вопрос отца о дате свадьбы, если они вдруг встретятся сегодня. А они встретятся на работе, ведь Максим активно вливается в «дела фирмы».
— Привет, детка! — отвечает он, и я чувствую, он улыбается.
Но меня корёжит всю от его «детка»…
— Привет! Максим, ты говорил о свадьбе… Я готова назначить дату. Давай встретимся вечером? Или… Завтра…
А лучше никогда…
Сама же прошу о встрече, которая мне противна.
Пользуюсь человеком, которого когда-то представляла своим мужем и мечтала об отношениях с ним, хоть поначалу была против договорного брака с сыном папиного партнёра по бизнесу.
— Свадьба? Неожиданно и очень приятно! Давай встретимся сегодня, малыш! Я заеду за тобой и заберу с учёбы. Ладно? Во сколько у тебя заканчиваются занятия?
Занятия…
Я даже не помню, что за пару у меня будут сегодня…
— Кажется, около трёх, — отвечаю ему, думая, что если даже мимо, то посижу в библиотеке и подготовлюсь к этой встрече, а если позднее, то просто уйду пораньше и скажу, что у меня разболелась голова…
— Договорились, — отвечает Максим. — До встречи, малыш!
Я отключаю телефон и просто смотрю в окно. Мне начинает казаться, что меня просто выпотрошили и вытрясли внутренности, вырвали душу с корнем и оставили просто сосуд, в котором нет места для чувств и эмоций.
Выхожу из машины и медленно бреду к зданию универа, даже не поблагодарив водителя — об этом я успеваю вспомнить слишком поздно. Наташка почти сбивает меня с ног, заключая в свои цепкие объятия. Её рыжие локоны падают на глаза, и она поправляет волосы, смахивая назад.
— Алёнка, ты чего в последнее время с радаров пропадаешь? Если бы не учёба, то мы бы с тобой вообще не виделись! — обиженно дует губы подруга.
 
— Прости… Я просто сама не своя.
— Это я уже заметила. Что стряслось?
Я влюбилась в брата.
Но я не скажу об этом, даже, если разговор по душам поможет мне выплеснуть эту боль наружу.
— Мы с Максимом решили назначить дату свадьбы.
— Мать! И ты скрывала? Мне же надо платье подготовить! Ура! Поздравляю! — Наташка хлопает в ладоши и прыгает от радости так, словно это она замуж вот-вот выйдет. А я не разделяю её радости.
Я иду на занятия и даже не замечаю, как они заканчиваются. Умудряюсь даже отвечать на автопилоте и получать хорошие отметки… Но мне наплевать на них… Совершенно. Теперь уже без разницы, получу я красный диплом или синий… Или вообще не получу…
А когда я выхожу из здания, то, кажется, чувствую присутствие Дэна где-то рядом. И все эмоции вмиг возвращаются, накатывают на меня, начинают трепетать внутри.
Я смотрю по сторонам, но не вижу знакомое лицо. Мне просто показалось. Дениса здесь нет. Он не придёт, чтобы снова не сорваться… Он попрощался со мной навсегда.
Замечаю машину Максима и ускоряю шаг, а он выходит из салона и идёт мне навстречу. Я просто заполню пустоту, образовавшуюся в груди, другим… Тем, с кем быть правильно…
Позволяю Максиму обнять и поцеловать меня, пусть этот поцелуй никогда не сравнится с тем, который сотрясал всё моё тело и выворачивал мозг наизнанку вчера.
  
Глава 10
 
POV Дэн
— Хей, бро! — слышу за спиной голос Костяна. — Что за кадры с утра?
Я ухмыляюсь и неспешно поворачиваюсь к нему лицом, не выпуская из рук миску с тестом.
— Что не так?
— Фууу! — кривится лохматый Костя. — Ты эксгибиционист?
— Даже близко нет, — поведя плечом, отзываюсь. В кухне светло, даже слишком – квартира Кости нарочито холостяцкая, жалюзи есть только в одной комнате – той, в которой он спит сам, а потому дневной свет хозяйничает здесь в каждом уголке.
— Девчонку вчера отбрил, — медленно рассуждает сам с собой друг, открывая холодильник, ныряя в него за спасительной водой – совсем как я буквально час назад. — Так решил подкатить ко мне свои…хм…
— Если я тебе так сильно нравлюсь, так и скажи, — шучу я, хоть и мрачновато.
Костя не откликается: жадно пьёт, присосавшись к бутылке – вчерашняя ночь оставила на нём все следы, какие только можно прочесть на лице мажора после пьянки.
— Ой, мальчики! — из недр квартиры выплывает вчерашняя подружка Кости. Она такая же всклокоченная, как и он, за одним исключением – облачена не в трусы, а в трикотажную мужскую футболку, которая на её теле болтается как платье оверсайз. — Не думала, что у вас так весело с утра!
Она хихикает, прислонившись к косяку двери и во все глаза рассматривает моё обнаженное тело. Я не делаю ни малейшего движения в сторону стола, и даже не думаю опустить руку с миской, в которой взбиваю тесто, чтобы прикрыть свое мужское достоинство. 
— Ты делаешь оладушки? Как мииило! — тоненьким голоском пищит она и продолжает пялиться без зазрения совести, зрачок расширяется, а губы сами собой распахиваются – видимо, зрелище пришлось по вкусу.
Костян отмирает у холодильника, и тут же бежит к своей спутнице на ночь, и, как оказалось, на сутки. Он прикрывает ей глаза рукой, поворачивает спиной ко мне, легонько толкает под попу, придавая ускорение в сторону спальной комнаты. А после поворачивается ко мне. В глазах веселятся черти, но говорит он строго:
— ХорОш моих девчонок отбивать! И это… Не тряси больше тут своими фаберже. Понял?
 
В ответ только фыркаю.
Костян на выходе из комнаты поворачивается и спрашивает с надеждой:
— Ты правда делаешь блинчики?
— Панкейки, брат. Панкейки! — хмыкаю, не прерывая своего занятия, которое сегодня утром приносит мне удовлетворение и медитативную лёгкость.
— Да хоть панкейки! Побольше давай, и я разрешу тебе жить здесь столько, сколько захочешь. Отвечаю, бро!