Товарищ "Чума" 10 (СИ)

Защита затрещала, выгнулась пузырём, но вновь устояла каким-то чудом, что весьма разозлило крылатого терминатора. Хотя, он уже давно утратил спокойствие, пару раз «разбив лоб» о наш защитный купол. Однако, в магическом зрении я видел, что устойчивость магического сооружения уже не та, что была в самом начале. И Пескоройка уже не успевает восстанавливать разрушенные ангелом конструкты.
  
— Эту защиту ставили не простые смертные, Михаил, — раздался спокойный, но твёрдый голос дедули. Он шагнул вперёд, к самой светящейся границе. Его маленькая и сухонькая фигурка казалась ещё меньше на фоне исполинского архангела, но в глазах мертвеца горела непоколебимая уверенность в своих словах. — Здесь трудились те, кто знал цену настоящим врагам!
Михаил медленно повернул голову в его сторону, и его ледяной взгляд задержался на мертвеце. Его клинок сверкнул, описывая в воздухе смертельный полукруг. Я представил, как удар этого клинка в прошлом стирал целые города с лица земли. Но на этот раз так не прокатило — клинок остановился и отскочил, ударившись о защитный купол с резким звоном, от которого заломило уши.
В воздухе резко запахло озоном и перегаром эфира от массово сгорающих рун. Купол затрещал, а защитные руны усадьбы взрывались, оставляя после себя тлеющие угли магии. Казалось, ещё немного — и купол рухнет или взорвётся, смешав нас с пылью… Но он в очередной раз выдержал!
— Ты не первый и не последний, кто пытался сломать эту защиту, — прохрипел Вольга Богданович, в глазах которого горел упрямый огонь. — Тут и погань пострашнее тебя ломала зубы.
Архангел медленно опустил меч, и в его глазах вдруг мелькнуло что-то… почти человеческое недоумение.
— Эта защита… сильна… — наконец признал он. — Здесь очень древние руны. Заключённая в них мощь намного старше вас…
— А чего ты вообще к нам привязался? — Неожиданно выступил вперёд коротышка Черномор, а его борода нервно извивалась, словно копируя его поганое настроение после затянувшейся попойки.
— Действительно, прилип, сука, словно банный лист к жопе! — поддержал своего вчерашнего собутыльника дед Маркей. — Чего надо, винтокрылый ты наш?
— Отдайте мне секрет Гнева Господня, и я уйду! — неожиданно заявил архангел, вновь опустившись на землю.
— Чего⁈ — Я даже рот распахнул от удивления, потому что даже не рассматривал такой вариант. — И не будет никаких «покайтесь, грешники» и прочей левой лабуды на эту тему?
— Нет! — громыхнул архангел, подойдя вплотную к энергетической стене и едва не уткнувшись в неё носом. — Просто отдай его, и вы меня больше не увидите!
Все собравшиеся перед «границей» на мгновение замерли. И будто даже ветер притих, ожидая моего ответа. Вольга Богданович обменялся взглядом со мной, с дедом Маркеем, с Ваней, Глорией и Черномором, что невозмутимо стоялскрестив руки на груди, и оценивая сложившуюся ситуацию.
И каждый из моих боевых товарищей едва заметно качнул головой (все, кроме отца Евлампия, в очередной раз впавшего в «божественный ступор») — отдавать секрет столь убийственного оружие в руки архангела было никак нельзя. Я не мог читать мысли в голове Михаила, но тоже понимал, что он обязательно обрушит всю мощь «Гнева» на Пескоройку, а такого удара она уже точно не переживёт, как и все мы.
— Секрет «Гнева Господня»? — наконец процедил старый мертвец. — Ты серьёзно?
Михаил не ответил, только его крылья напряглись, а взгляд стал ещё тяжелее.
— А чего сам папка с тобой секретом не поделился? — ехидно процедил коротышка, демонстративно сплюнув себе под ноги. — Али не достоин?
— Отдайте! «Гнев Господень» нельзя оставлять в руках смертных! — наконец произнес вестник.
— Михаил? — внезапно раздался хриплый, но твёрдый голос отца Евлампия.
Все обернулись к нему. Боевой священник-инквизитор стоял неподвижно, но его глаза, еще недавно остекленевшие в божественном ступоре, теперь горели яростным пониманием. — Ты кто угодно, но только не архангел Михаил! — обвиняюще выкрикнул он.
Тишина натянулась, как струна перед разрывом.
— Как это «не архангел»? — недоверчиво буркнул Черномор, его борода тоже тревожно дернулась. — Я же отлично чую его благостный дух… Да и Смерть в прошлый раз его Михаилом наз…
— Я знаю! — резко перебил коротышку отец Евлампий, не отрывая взгляда от крылатой фигуры. — Михаил не стал бы требовать «Гнев Господень» — он и так им владеет! Настоящий архангел не стал бы анализировать магию — он сокрушил бы её Божественной Силой! — продолжал бросать обвинения в Михаила священник. С некоторыми из которых я бы не согласился, но пусть. — Архангел, к тому же целый архистратиг, не стал бы терпеть оскорблений — он бы просто испепелил наглеца! И самое главное! — Припечатал напоследок батюшка, вцепившись трясущимися руками в распятие. — Ты слишком много говоришь. Архангелы не спорят с проклятыми грешниками! Они их казнят, отправляя прямиком в ад!
Архангел… (или кто?) замер. Его сверкающие доспехи вдруг показались тусклее, а в глазах мелькнуло что-то тёмное, хищное и явно не очень-то ангельское. Может быть, отец Евлампий прав? Просто все мы чего-то не доглядели? И даже Смерть… А вот монах-инквизитор сумел каким-то образом почуять подвох. Причем, я читал в его заполошных мыслях, что он и сам жутко боялся облажаться, обвинив настоящего Божьего вестника в его несуществующих грехах.
— И еще… — Отец Евлампий решительно шагнул вперёд, к самой границе магического раздела, подняв перед собой наперстный крест в трясущихся руках. — Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа!
И от него отошла такая чудовищная волна Благодати, что нас с дедулей натурально едва не размазало, как жалких насекомых! Но, так как я всё еще пребывал в мыслях святого отца, то буквально на какие-то доли секунды сумел опередить убийственную волну Благодати, уловив намерения инквизитора.
Влив в мышцы добрую порцию силы, я откинул мертвеца в сторону словно легкую тряпичную куклу. А следом ударом направленной воздушной волны сбил с ног Ваню, Глорию и Черномора — протащив их по пыльной земле до самого соснового бора, чтобы реально вывести их из-под удара священника. А вот деда Маркея я не трогал, ему только на пользу пойдет такой мощный поток Благодати.
Крылатая фигура содрогнулась, будто её ударили тараном. И… рассмеялась. Этот смех был невыносим. Он не звучал, а впивался, как ржавые гвозди в барабанные перепонки. Ветер внезапно завыл, подхватывая этот демонический смех, и я вдруг понял — да как же мы не заметили раньше такой подставы?
Его облик затрещал и покрылся трещинами, как на разбитом зеркале. Крылья почернели и обвисли, перья рассыпались в пепел, превратившись в изодранные перепонки тьмы. Прекрасное прежде лицо вытянулось, кожа покрылась чешуйчатыми пятнами, а глаза… глаза стали огромными, пустыми и выпуклыми, как у глубоководной рыбы.
В один миг ослепительное сияние Божьего посланника сменилось черным, переливающимся дымом. Его доспехи рассыпались в прах, обнажая под ними совершенно другую фигуру — уродливо изломанную и отвратительную, с когтистыми перепончатыми ладонями и ступнями.
— Вот те на! — подал голос мой мертвый дедуля. — Похоже, я тебя знаю… Ты — Раав, а никакой не архангел Михаил! Одно из чудовищ глубин Хаоса!
— Это ничего не изменит! — прошипел Раав, облизывая длинным языком тонкие, как нитки, губы. — Вы всё равно отдадите мне «Гнев»!
— Раав, — сказал я, шагнув вперёд, — ты хочешь «Гнев Господень»? Так давай, я тебе его покажу…
[1] Прохо́дческий щит — подвижная сборная металлическая конструкция, обеспечивающая безопасное проведение горной выработки и сооружение в ней постоянной крепи (обделки). Проходческий щит применяется при сооружении тоннелей различного назначения, при разработке месторождений полезных ископаемых подземным способом. Проходческий щит является элементом конструкции некоторых видов тоннелепроходческих комплексов (ТПК).
    
Глава 2