Товарищ "Чума" 10 (СИ)

— Как думаешь, Вань, справится?
— Так точно, товарищ Контролер! — живо отозвался Чумаков. — Не было еще такой задачки, к которой Бажен Вячеславович не смог бы подобрать ключ. Я надеюсь, что он этим ключом закроет дьявольскую дверь навсегда…
«Либо откроет её ещё шире», — подумал я, но не стал произносить этого вслух.
[1] Темная энергия и темная материя — это два загадочных компонента Вселенной, которые составляют большую часть ее массы-энергии, но при этом невидимы и не взаимодействуют с обычным веществом, как мы его знаем. Темная материя проявляется только через гравитационные взаимодействия, в то время как темная энергия отвечает за ускоренное расширение Вселенной.
  
[2] Темная материя и темная энергия были обнаружены в конце 20 века. Темная материя была теоретически обоснована еще в 1930-х годах, но современные расчеты, подтверждающие ее существование, были сделаны в 1960-х и 70-х годах. Темная энергия, заставляющая Вселенную расширяться с ускорением, была открыта в 1998 году.
  
Глава 13 
 
Октябрь 1942 г.
Третий рейх
Земля Анхальт
г. Вернигероде
Гул стих так же внезапно, как и появился, оставив после себя глухую, звенящую тишину. Профессор Грейс стоял, прислонясь к старым камням полуразрушенной древней стены, дрожащими пальцами сжимая холодный камень. Его разум отчаянно пытался отрицать происходящее, но каждый взгляд в сторону замка подтверждал — мир менялся. Причём менялся прямо на его глазах.
— Мастер… — голос Матиаса был едва слышен. — Что… что нам со всем этим делать?
Каин ответил не сразу. Его зрачки сузились до тонких вертикальных щелочек, а пальцы медленно сжимались в кулаки. Он чувствовал это — древнюю магию, проклятую, забытую, переплетённую с чем-то чужеродным этому миру.
— Ты всё ещё хочешь стать одним из нас, Матиас? — спросил он, наконец повернувшись к Грейсу.
Профессор замер. Вопрос был прямой, жестокий, как удар кинжала между рёбер. Он мечтал о бессмертии, о силе, но теперь перед ним разворачивалась картина, которую он даже не мог себе представить.
— Да, Мастер, хочу! — решительно произнёс он. — Это большая честь для меня!
Каин усмехнулся:
— А еще этой твой шанс выжить в приближающейся мясорубке.
Холодный пронзительный ветер поднялся внезапно, он летел со стороны замка, пропитанный запахом гнили и серы. Матиас задержал дыхание и закрыл лицо рукой, а вот Каин не дрогнул.
— Она призвала существо из-за Грани, — продолжил упырь. — Древнего демона из самых глубин Первородного Хаоса, существующего еще до появления нашего упорядоченного мира. Эту тварь нельзя убить… но можно остановить, а после — изгнать… — В словах первого упыря сквозила настоящая неизбежность и отсутствие выбора — только констатация фактов.
— Как? Как это сделать, Мастер?
— Верховная сука призвала и связала себя с ним… — Каин сделал шаг вперёд, его плащ взметнулся за спиной, как крылья гигантской летучей мыши. — Изначально это был ритуал вызова, но она пошла дальше. Она отдала ему часть своей души… Чтобы он в любой момент смог проникать в наш мир
Матиас почувствовал, как холод страха пробрался ещё глубже, прорастая до самых костей.
— Но она не понимает, что в итоге демон пожрёт её полностью. А потом примется раскачивать мироздание, чтобы привести в наш дом своего Господина — Великий и Всеобъемлющий Хаос.
Профессор посмотрел на башни, где зелёный свет пульсировал всё сильнее, будто сердце чудовища.
— А люди?
— Простаки сгорят первыми. Одарённые потрепыхаются немного дольше, но их всех ждет один конец. Как, впрочем и нас…
В воздухе снова задрожал тот же звук — низкий, скрежещущий, будто гигантские каменные плиты сдвигались где-то в глубине мира. Матиас инстинктивно прижал руки к ушам, но это не помогло — гул проникал прямо в череп, выворачивая сознание наизнанку.
Каин взглянул на небо — там, где должно было быть звёздное полотно, теперь зияла пустота.
— Время кончается, Матиас… — Упырь протянул руку, бледную, с длинными, острыми когтями. — Скажи «да» еще раз — и я сделаю тебя тем, кто сможет с этим сразиться.
Профессор закрыл глаза и протянул Каину руку:
— Да, Мастер.
— Тогда пойдём, — резко оборвал его Каин и схватил Матиаса за плечо.
Мир вокруг них взорвался движением. Каин нёсся сквозь ночь с нечеловеческой скоростью, и Грейс едва успевал осознавать мелькающие пейзажи — деревья, холмы, тени замка, исчезающие в кроваво-красном отсвете колдовской луны. Ветер ревел в ушах, вырывая дыхание из груди, земля под ногами превратилась в размытое пятно.
Когда они остановились, Матиас едва удержался на ногах. Перед ними зиял узкий проход в скале, скрытый зарослями колючего терновника.
— Это… ваше убежище, Мастер? — прошептал профессор, ещё не оправившийся от головокружения.
— Одно из многих, — Каин провёл рукой по стене, и камень поддался, сдвинулся с глухим скрежетом в сторону, открывая тёмный тоннель. Холодный и затхлый воздух подземелья вырвался наружу, принеся с собой явный оттенок старой мертвечины. Именно так пахло в древних захоронениях, в которых археологу довелось побывать. Но никогда так отчетливо. Матиас инстинктивно отступил, дыхание смерти было слишком пугающим.
— Нам нельзя терять время. — Голос упыря отливал металлом. — Ты либо следуешь за мной сейчас, либо остаёшься здесь — и умираешь, когда придёт Хаос, чтобы растоптать этот мир.
Грейс сглотнул. Сердце бешено колотилось в груди.
— Я… я иду.
Каин шагнул вперёд, и тьма поглотила его. Матиас, стиснув зубы, сделал то же самое. Тоннель пробитый в скале в незапамятные времена, извивался, словно живой. Сырые стены покрывали странные символы — не то древние руны, не то шрамы от когтей. В воздухе витал тяжёлый запах, будораживший сознание профессора — кровь, древность, могильная сырость и влажная земля.
Внезапно коридор расширился, раскрыв перед ними огромный зал. В центре стоял каменный саркофаг, окружённый чашами с тлеющими в них углями, дающими ни с чем не сравнимый аромат. Багровый свет углей отбрасывал на стены пульсирующие тени.
Каин повернулся к нему:
— Здесь я провёл века… и здесь ты станешь одним из нас. За прошедшие двести лет я не создал ни одного птенца… Гордись этим, Матиас! Ты — избранный!
Грейс почувствовал, как по спине пробежал холодный пот.
— Что… что нужно делать?
Каин улыбнулся — медленно обнажая длинные игольчатые клыки.
— Умри. — Его рука впилась в горло историка со сверхъестественной скоростью. Матиас даже не успел вскрикнуть. Боль. Разрывающая, жгучая, как раскалённый нож, вонзившийся в слабую плоть. Клыки вошли в шею, и мир сузился до пульсирующего мрака. Кровь хлынула, тело слабело, колени подогнулись…
Последнее, что он видел перед тем, как сознание погасло — Каин, отстраняющийся, с каплями алого цвета на тонких аристократических губах…
— Прощай, человек…
Тьма поглотила всё.
А потом он проснулся, и первое, что он почувствовал — жажду. Горячую, яростную, ненасытную, которую представлял со слов Мастера совершенно не так. Да и весь мир вокруг него был теперь совершенно другим — резким, пронизанным запахами, звуками, которые раньше он не мог услышать. Даже сердцебиение маленькой мыши, шуршащей где-то далеко за толстыми стенами логова. Шёпот ветра в тоннелях. И…
Кровь! Где-то совсем рядом. Свежая. Живая. Горячая! Которая тут же вскружила ему голову, заставив позабыть обо всём на свете. Он даже не заметил, что пришел в себя внутри саркофага. Матиас выскочил из каменного гроба, и его тело ответило ему с пугающей лёгкостью — мышцы двигались как никогда раньше, каждый нерв словно был обострён до предела.
  
— Ты чувствуешь это, да? — раздался голос Каина, стоявшего у входа в зал
В руках упырь держал трепыхающегося кролика. Пульсирующую плоть. Горячую кровь. Матиас даже не осознал, как оказался рядом, как его руки впились в добычу, как зубы (длинные и острые) выдвинулись из челюстей и разорвали плоть несчастного животного…