Мальчик-Которого-Нет (СИ)
* * *
— Вы слышали? — понизив голос до шепота, спросил Блейз. — Обоих учителей ЗОТИ, оказывается, упекли в Мунго! Они теперь в соседних палатах на пятом этаже кукуют.
Все эти дни по школе ходили слухи, что же случилось с двумя волшебниками. И версии были самые невероятные. Ну а теперь и правда выплыла.
Я тихо фыркнула, не отрываясь от нежнейшего омлета. Второй порции. На дорожку стоило хорошенько подкрепиться.
— Эта новость устарела, — отмахнулась Панси, любовно оглядывая со всех сторон тост с малиновым джемом. — Уже вчера днем все знали. Новость не попала в «Пророк» только потому, что литературный агент Локхарта вытребовал вещи своего подопечного, нашел там готовую рукопись новой книги и, от радости, дал на лапу и журналистам, и целителям, и кое-кому в Министерстве. Но все, кто хотел, уже знают. А к осени… или зиме… — Она задумчиво добавила еще немного джема и удовлетворенно сама себе кивнула. — В общем, к моменту, когда напечатают тираж, все домохозяйки страны уже будут знать, что это последняя книга их златокудрого кумира.
— Тираж за неделю расхватают, — понимающе покивал Блейз.
— Пф! — отозвалась брюнетка. — За день!
— А меня вот больше интересует другое, — с отвращением ковыряясь в каше с кусочками персика, протянул Малфой.
— Что? — разом отозвались Забини и Паркинсон и наклонились над столом, чтобы видеть и друг друга, и Драко.
— С чего вдруг Локхарт и Квиррелл свихнулись?
— Ну, Квиррелл уже был того… — вклинился в беседу Теодор, этим утром севший напротив.
— Но все равно с ума он сошел здесь, а потом сбежал, — ответил Малфой.
— Это все из-за коридора на третьем этаже, — предположил Невилл.
Тревор согласно квакнул из-под стола.
— Из-за той псины? — спросил Драко.
— Да там кроме цербера было еще что-то, — снова громким шепотом поделился знаниями Блейз. — Пес сидел на люке, а люк куда-то вел…
— Директор приволок и спрятал в школе философский камень, — прервав все это жужжание над ухом, просветила я ребят. — Ну… вряд ли настоящий камень. Но приманка сработала. И наши учителя защиты передрались за право прибрать блестящую штучку, как две сороки. Ну а самое интересное, что после всех их танцев и махания волшебными палочками директор не может вернуть себе приманку.
Над нашей частью слизеринского стола повисла потрясенная тишина. Я оглядела вытянувшиеся моськи ребят и ехидно добавила:
— Упс… Спойлер!
— Откуда ты знаешь? — насторожился Драко.
— Если внимательно слушать и сложить все факты… — с умным видом отбрехалась я.
На самом же деле все последние дни я невидимкой следовала за деканом, когда тот в раздражении шел на очередной маленький педсовет, собиравшийся втайне от директора. Инициатором была Минерва, на которую Дамблдор повесил переписку с Фламелем. МакГонагалл так переживала свое вынужденное унижение перед ученым с мировым именем, что всякий раз умудрялась уснуть после первого же бокала. Ну а остальные деканы с удовольствием перемывали косточки директору под ее храп, тихие причитания и вздохи. Так что я не могла считать время, проведенное на этих импровизированных пьянках, потерянным в пустую.
— Философский камень? — тем временем переспросил Лонгботтом. — Вполне мог быть и настоящий. Дамблдор же работал с Фламелем над его изысканиями в области драконьей крови.
— Двенадцать способов применения крови драконов? — фыркнул Блейз. — Да Медичи вывели восемнадцать, когда Фламель еще писарем служил и не занимался алхимией!
— Интересно, а драконья оспа… это тоже способ применения крови дракона? — вдруг подумала я и спохватилась, сообразив, что высказалась вслух.
Над столом вновь установилась тишина, но теперь молчащих и задумавшихся было больше. Оставалось надеяться, что до отправления поезда опасная тема не успеет охватить умы всех студентов не дойдет до учителей.
«Язык мой — враг мой», — мысленно застонала я, отодвигая омлет. Есть расхотелось.
Сама по себе идея была интересной. И мне хотелось, чтобы над ней задумалось как можно больше волшебников, даже если причин для обвинений нет. Но если до Дамблдора дойдет, что первоисточник бурления среди чистокровных — я… Легкой жизни мне не будет.
* * *
— Мои родители вон там, — глядя в окно на перрон, сообщил Драко. — Можно я познакомлю тебя с маман?
Я неопределенно пожала плечами и покосилась на Панси с Невиллом. Те о чем-то тихо шептались, почти касаясь лбами.
«Не удивлюсь, если на второй курс эти двое приедут уже помолвленными. Панси — девочка ушлая. А тут такое… и не сопротивляется. Надо брать, пока не сообразил ничего. А леди Августа… Панси вся в папочку, так что лорд Паркинсон найдет, что предложить леди Лонгботтом».
Я хихикнула, представляя подругу с ловчим лассо. Ей определенно пошла бы ковбойская шляпа. И рубашка. А Невилл, хоть и гениальный герболог, но порой как глянет… Чисто бычок!
Мысленно пожелав сокурснице удачи в будущем, я подхватила свои вещи и направилась к выходу. Впереди вышагивал Малфой, а позади Двое-Из-Ларца волокли чемоданы.
На платформе нам уже весело махал Забини, привалившись к боку высокой яркой брюнетки. Миссис Забини походила на молодую Софи Лорен, но еще более яркую и экспрессивную. Волшебница обнимала сына, целовала в макушку и сыпала итальянскими восклицаниями пополам с французскими и английскими, порой переходя на уж совсем непереводимую кашу из всех языков разом.
Молчаливые Малфои рядом с Забини казались фарфоровыми статуэтками. Лорд совершенно не изменился с последней встречи, только мантия сегодня была другая, проще, не такая официальная и строгая. И без украшений Люциус Малфой решил обойтись, оставив только кольца. На левой руке свивала хвост кольцами серебряная змейка, а на правой красовалось широкое кольцо-кастет из белого золота в виде трех змей: две змеи смотрели в одном направлении и обвивали хвостами третью, отвернутую от них в другую сторону. Все змейки были выполнены с раззявленными пастями, будто говоря всем вокруг о постоянной готовности лорда к нападению. Малфой-старший и выглядел напряженным, что было особенно заметно на фоне его супруги.
Леди Малфой казалась юной и прекрасной, походя одновременно на свою киношную версию и на Мишель Мерсье в образе Анжелики. Я так засмотрелась на женщину, что пропустила момент, когда Драко подвел меня к родителям и представил матери. Пришлось быстренько собраться, улыбнуться и изобразить что-то вежливое и аристократичное из слов и поклона. В магическом мире было не принято целовать дамам руки, а детям вообще прощалось пренебрежение этикетом, но передо мной были родители приятеля и какие-никакие родичи.
Стоило выпрямиться, как я поймала взгляд леди Малфой, в котором плескалось столько разных эмоций, что на миг меня прошибло ими насквозь. Боль, потрясение, радость и гордость слились в сложный клубок чувств, а я вспомнила, что Нарцисса была из тех, кто искал меня после гибели родителей.
— Мне тоже… очень приятно с тобой познакомиться, — дрогнувшим голосом произнесла волшебница.
Пока лорд Малфой, заметив состояние супруги, перехватил нить беседы и задавал вопросы об учебе и впечатлениях, леди приходила в себя и продолжала меня рассматривать. Ее глаза то и дело начинали блестеть накатывавшими слезами, а губы чуть кривились, но женщина быстро справлялась с собой, не позволяя посторонним увидеть ничего лишнего.
После нескольких минут обмена общими и никому не интересными фразами, Малфои вежливо проводили меня до самого разделителя и аппарировали. И я была этому рада. Столкновение с Нарциссой Малфой сильно выбило меня из колеи.
— Я буду писать, — успел шепнуть мне Драко.
Улыбнувшись, я направилась к кирпичной стене и ожидаемо увидела на той стороне нетерпеливо притопывавшего ногой дядю.
— Сколько можно тебя ждать? — рявкнул Дурсль.
— Извините, дядя Вернон, — отозвалась я и осмотрелась.
На платформе с маггловской стороны обнаружились Уизли, Грейнджеры и еще несколько подозрительных личностей. Пришлось идти за дядей к его машине.