Из ряда вон (СИ)
— Да-а-а-а, парень, задачка! Ну, поехали, будем объяснять… — Гай вывел из грота скутер и хлопнул по сиденью позади себя. — Залезай. Далеко до их стоянки?
— Километров триста…
— Нормально. Погнали!
Такие базовые, обычные вопросы возникали всё чаще — и его задачей как монарха было искать на них ответы. Для номада с Ред Сокс, который гнал мескаль и жарил шашлык из игуан, и совершал налеты на автоматические агрокомплексы, и охотился на собак в трущобах городских джунглей такое отношение к природе было само собой разумеющимся. По его понятиям — он не совершил ничего предосудительного. То, что не запрещено законом — то разрешено! Зачем утруждать себя возней с тушей оленя и колупаться во внутренностях, если 99% стоимости добытого зверя — это панты? Да он на топливо больше потратит, вывозя оленьи туши, чем поимеет выгоды!
А для Панкрата это было личной трагедией и кощунством — такое отношение к природе… После того, как Гай по-настоящему впрягся в обязанности монарха, такие проблемы повалили на него как из рога изобилия — и арбитраж занимал чуть ли не большую часть времени — с остальным неплохо справлялись ИскИны и специалисты из Временного Правительства, которое уже волне можно было переформатировать в полноценный кабинет министров.
Кормаку нужна была консультация — и он на ходу послал вызов Эйбу Джонатану — акуле юриспруденции и министру юстиции.
— Да, твое величество! Что, очередной юридический прецедент замучил? Бросал бы ты это свое варварское право и переходил на римское — с четкими нормативно-правовыми актами — всем бы проще было, и тебе в первую очередь…
— Я вот что подумал — а если мы разобьем Ярр на, скажем, территории — урбанизированные, аграрные, промышленные, рекреационные — в таком стиле, и эти твои нормативно-правовые акты разработаем отдельно для каждой из них? И заранее будем знакомить с этим поселенцев… Всё-таки ребята с Ред Сокс немного не догоняют, как вести себя в первозданном лесу… А для наших медвежаток или эстоков существование в мегаполисах и этикет поведения в метрополитене — тайна за семью печатями…
— Э-э-э-э… Задолбемся мы, твое величество!
— Ну так давай, соберем представителей общин, обсудим, обмозгуем… Я тут внушение номадам еду делать, драться не буду, только пальцем погрожу. А ты отправляй приглашения.
— Твое величество, а как же ваш отпуск?
— Эх! — перед его глазами предстал образ Эбигайль в одной простыне. — Что такое отпуск?
Вообще-то он здраво оценивал свои жалкие потуги в государственном строительстве и межобщинном арбитраже. Ни опыта, ни образования, ни стройной системы координат у него не было. Имелось некое видение общества, в котором ему хотелось бы растить будущих детей и жить жизнь самому. А еще — он мечтал стать для своих подданным монархом, который относится к людям по-человечески и может нормально поговорить и разобраться. Большая часть переселенцев именно для этого сюда и ехала — людям очень хочется, чтобы с ними обходились по-человечески, а не по-скотски. Правда, сами они порой разницу между тем и другим не очень представляли.
* * *— Хозя-аева! — крикнул Гай, останавливая скутер на пригорке, в прямой видимости от трейлерного поселка номадов.
Поселок, в целом, производил благоприятное впечатление. Птички Небесные содержали стоянку в порядке — у них тут были оборудованы контейнеры для раздельного сбора отходов, имелась костровая зона с грилем и раскладными качелями, надувной бассейн и футбольное поле. На крыше одного из трейлеров дежурил мужик с ружьем. Он увидел скутер, снял бейсболку и помахал приезжим.
— Заезжайте, небось не пальну!
Когда Гай подъехал поближе, мужик удивленно присвистнул, потопал ногами по крыше трейлера и крикнул:
— Джон-Боб, тут наш медведик короля привез! — и только потом вежливо поздоровался: — Доброго дня, ваше величество, очень рады вас видеть!
— И вам доброго здоровьичка… Водички не найдется? В горле пересохло пока к вам добирались…
Выбравшийся из трейлера старейшина общины — Джон-Боб Резник, крепкий лысоватый мужчина неопределенного возраста и невысокого роста с достоинством поздоровался и поманил за собой.
Номады остановились у артезианской скважины- одной из многих, пробуренных дроидами Давыда Марковича. Теперь насос на солнечных батареях исправно подавал воду, и ее хватало для питья, гигиены и технических нужд. Мощная струя из металлической трубы ударила в дно эмалированной кружки, разбилась на миллионы брызг и забулькала, наполняя посуду.
Гай стукнул зубами по краю кружки и с удовольствием напился. А потом спросил:
— А панты кто покупает?
— Сайонарец один, Кобаяси. И истовик-корень, и живичную смолу, и гриб-шугадуга. Хорошую цену даёт!
— Ах, Кобаяси… А шкуры и мясо изюбря ему не нужны?
— Нерентабельно, — развел руками Джон-Боб.
— А вы оленину не кушаете, стало быть?
— Да мы не привыкшие… На Ред Соксе оленей уже лет двести как только в зоопарке увидеть можно. Мы вот рептилию, или скажем рыбку — на худой конец курицу, или искусственное мясо…
— И кожа вам без надобности?
— Ну, а куда ее? — старейшина Резник обвел руками свою одежду. — Нет в ней никакой надобности.
Кеды, футболка, джинсы, затертая бейсболка.
— Мистер Резник, — тон Кормака перестал быть благодушным, в нем звякнул металл. — Вам нравилось на Ред Сокс?
— Нет, ваше величество, не нравилось… Дерьмовый мир, однако. Даже учитывая здешнюю гравитацию и пилюли, которые приходится кушать каждый день — Ярр на Готэм я не променяю.
— А зачем же ты тогда тут мне Ред Сокс построить пытаешься?
— А?
— Бэ! Ты хочешь, чтобы твои внуки изюбрей только в зоопарке видели, или чтобы тоже могли поохотиться?
— Так лицензия…
— Лицензия… Мозги иметь надо! Просто представь, если б я кружку воды выпил, а потом вот эту скважину подорвал гранатой. Нормально? Мне-то она без надобности!
— Ну прям и скважину…
— Вон, Панкрат стоит, у него сердце кровью обливается за то, сколько ты яррского богатства перевел! Это ты оленинку не кушаешь, а эстоки, например — от души и за милую душу. Ты, как ответственный гражданин и уважающий своего молодого-неопытного монарха подданный, когда первый раз понял, что кроме пантов с изюбря тебе взять нечего — вот тогда ты должен был ко мне на прием подойти, или еще к какому ответственному лицу! И обрисовать проблему, так мол и так, ресурс пропадает, двести-триста кило мяса, костей и кожи! Вот это был бы деловой подход… Тут уже мы бы суетиться начали — заготовительный пункт, консервный завод, кожевенное производство — что-то бы придумали! Мы тут общество строим, в котором нам старость коротать и внуков растить, да? Нормальный мир хотим создать, верно? Я один хрена с два его построю, я, еще раз повторюсь, молодой совсем и черт знает сколько всего не знаю и не понимаю. А ты-то? Ты сколько Птичками Небесными руководишь?
— Ну, семнадцать лет…
— Вот какой опыт административной работы! И чем ты мне помог? Я тут зашиваюсь, можно сказать… Эх!
Гай на самом деле расстроился. И Джон-Боб это почувствовал. Его проняло — он стоял и мял бейсболку в руках. Представить себе, что мэр Готэма или президент Рэд Сокс прибыл бы на стоянку к номадам и просил у него, Джон-Боба, помощи и разговаривал бы вот так, запросто.
— Мы это… — начал номад. — Мы тут думали с кочевьями заканчивать. Сьюзен Макклоски навострилась гриб-шугадуга на гнилых поленьях растить, а я вроде как цикл выделения живичной смолы на дереве Пха вычислил… Но вот как изюбрей разводить — это мы не это… И деньги, опять же…
Гай выдохнул. Если честно, он думал что номады начнут ругаться и оправдываться, упирая на законность добычи копытных и лицензии. А оно вот как вышло!
— Во-о-от, это ты отлично придумал! Давай, оформи бизнес-план на бумаге, кредит я пробью. А вот Панкрат — у него есть выход на специалистов с биофака, они тебе набросают основную технологию разведения изюбрей… Будешь основателем отрасли! Панты, плюс грибы твои, да смола — это золотое дно! Тут не кустарничать надо, а задел на крупный бизнес планировать! Это дело государственной важности — сырье для фармакологической промышленности это ух! Деньжищи! Я на Жмыхе, знаешь ли, мумиё мыл, я в курсе дела…