Там, где растут подсолнухи

— Спасибо, но я уверена, что все в порядке. Если возникнут проблемы, я буду кричать. Громко. — Она весело ему улыбнулась.
— Непременно. — Он не шутил.
Когда она подъехала к своему гаражу, то увидела раскрашенный во все цвета радуги фургон и узнала гостей даже до того, как увидела их. Это был Майк, ее брат, расположившийся в коттедже с двумя университетскими друзьями.
Они ели рыбу и чипсы, которые, скорее всего, купили в Опиате.
Один из юношей приходился ей кузеном, но ей еще ни разу не доводилось встречать этого высокого худощавого молодого человека приятной наружности, который поднялся и протянул ей руку.
— Это Чак. — Майк махнул рукой в его сторону. Чак тепло пожал ей руку. — Это его колесница стоит во дворе.
— Чарлз Мидлтон Холден, — произнес молодой человек и откинул рукой непослушные пряди длинных ухоженных волос.
— Вы американец? — догадалась по произношению Блайт.
— Точно. Я здесь по обмену.
— Я сказал парням, что ты не против, если мы оккупируем свободную комнату, — объяснил Майк. — Мы думаем провести здесь выходные и покататься на серфе.
— Конечно, я не против. — Блайт взяла чипсов из открытого пакета, который протянул ей брат. — Вы что, пропускаете завтрашние лекции?
— Да нет. Ну разве что одну. Я пытался дозвониться тебе.
— Меня, должно быть, не было дома. Я ездила по делам.
— А я думал, ты ездишь в город по понедельникам. — Майк проглотил кусочек рыбы.
— Я сейчас езжу в Окленд два раза в неделю, ведь надо расширять рынок для моих подсолнухов. Я слышала, вы побеспокоили моего соседа?
— Мы думали, он знает, сколько ты будешь в отъезде. Подозрительный тип, правда?
— Он просто осторожный, и, возможно, ему неприятно, что его отрывают от дел люди, которые ищут меня.
— Мама говорила, что здесь кто-то поселился. Она отзывалась о нем как о хорошем парне. Она сказала, он мил.
— А он и в самом деле о'кей. Мама вообще всех считает милыми, даже тебя.
— А это потому, что я и в самом деле хорош, — ухмыльнулся Майк.
— Так вы поделитесь со мной рыбой, которую привезли?
С утра пораньше Майк и его друзья отправились кататься на серфе. В субботу Блайт командовала всей компанией, когда они великодушно предложили свою помощь в установке подпорок и разбрасывании компоста по цветочным грядкам. А после полудня она присоединилась к ним на пляже.
Чак оказался гораздо лучшим серфером, чем любой из них, и взялся научить Блайт нескольким приемам. Он был одет в гидрокостюм, а Блайт просто натянула закрытый купальник. Они тренировались до тех пор, пока Чак не увидел, что она вся покрылась гусиной кожей и дрожит. Он сразу вытащил ее на берег и, завернув в большое мохнатое полотенце, стал извиняться.
— Это не твоя вина, — покачала головой девушка, — мне надо было самой раньше вернуться на берег.
Однако она замерзла гораздо сильнее, чем ей показалось сначала. Ее начал бить сильный озноб.
— Я лучше пойду домой и переоденусь, пробормотала она.
— Я пойду с тобой, — настаивал Чак. Он помахал рукой оставшимся в воде друзьям и поспешно повел ее по пляжу, обнимая рукой за плечи.
Дойдя до другой стороны холма, Блайт увидела Джаса, идущего им навстречу. Заметив их, он, казалось, замешкался, но потом пошел дальше, коротко кивнув ей.
— Джас, — позвала она его и, повернувшись к своему спутнику и подбодрив его улыбкой, представила мужчин: — Это — Чарлз Мидлтон Холден. Познакомься — Джас Траверн. Мой сосед.
— Привет, — сказал Чак, сияя ослепительной, типично американской улыбкой. — Мы вроде вчера встречались, так? Извините нас — девушке нужно согреться. — Он улыбнулся Блайт и поправил сползшее полотенце. — Может, еще увидимся.
— Все в порядке? — Джас посмотрел на Блайт.
— Просто я слишком долго была в воде.
— Это все моя вина, — сокрушенно признал Чак.
Блайт попыталась прервать новый поток извинений:
— Нет, мне было весело.
— Думаю, будет лучше, если я поскорее отведу тебя домой. — Чак кивнул Джасу и повел ее дальше по тропинке.
Повернувшись, она увидела, что Джас смотрит им вслед, но, заметив ее взгляд, тут же отвернулся и продолжил свой путь по пляжу.
 
К тому времени, когда все остальные вернулись в коттедж, она уже успела принять теплый душ и, надев джинсы и свитер, устроилась на софе, наслаждаясь горячим какао, которое приготовил Чак. В воскресенье она решила не ходить на пляж и весь день провела, расписывая горшки, и отвлеклась, только чтобы накормить вернувшуюся компанию. Блайт приготовила суп и напекла блинчиков. Вечером они уехали, давя на клаксон и прощаясь под оглушительный аккомпанемент популярной музыки.
Этой ночью Джас играл великолепно. Его музыка была полна величественных, потрясающих аккордов и необузданных, страстных переливов мелодии. Лежа в постели и слушая музыку, Блайт думала о том, чем же вызван столь бурный выброс энергии.
Следующую пару недель Джас казался еще более занятым, чем обычно.
Говоря себе, что нет смысла бегать за мужчиной, который, очевидно, не заинтересован в ее обществе, Блайт решила развлечься. Несколько раз она оставалась на всю ночь в Окленде со своими друзьями или родителями, один раз осталась даже на весь уикенд. А когда установилась теплая и солнечная погода, пригласила всех на вечеринку на пляж.
В тот же день она подошла к дому Делани и постучала в дверь.
— В субботу я устраиваю пикник — барбекю на пляже. Приглашаю тебя, — сказала она Джасу.
— Это очень мило с твоей стороны, но вряд ли я приду. Все равно спасибо.
— А почему нет? — «Он не может сказать, что уже приглашен куда-то на этот вечер, ведь он никогда никуда не ездит, и гостей у него тоже не бывает, так что ему нелегко будет отказаться», — подумала Блайт.
— У тебя есть твои друзья.
— Я хочу, чтобы ты был моим другом! — Это прозвучало по-детски, она поняла это с опозданием. — Я думала, мы уже друзья.
— Я не подхожу для этого.
— Но ты еще не знаешь, кто приедет. Мои друзья чудесные люди.
— А я и не думал, что они плохие. Ты, должно быть, уже заметила, я не очень-то умею общаться с людьми. Я умудрился обидеть тебя, и даже не один раз.
Блайт подняла брови.
— Ты никогда не научишься общаться с людьми, если не будешь с ними встречаться. Кроме того, ты произвел очень хорошее впечатление на мою маму и отца. Ты им понравился.
— Это они так сказали?
— Да. И мне ты нравишься. — Она в упор посмотрела на него.
— Это не показатель, — заметил он мягко, — тебе нравятся все, не так ли?
Это было не совсем так, но и в самом деле очень редко бывало, чтобы кто-то пришелся ей не по душе, если только человек не давал ей серьезный повод подумать о нем плохо.
— Мне бы очень хотелось, чтобы ты пришел, — сказала Блайт.
Субботним вечером целая процессия машин появилась на дороге, и вскоре кортеж друзей и родственников Блайт перевалил через холмы на пляж. Они привезли с собой еду и набор принадлежностей для походной кухни, покрывала и гитары и, конечно, огромный магнитофон.
Несколько особо отважных гостей пошли купаться и кататься на досках, пока вода еще не остыла после жаркого дня. Вскоре на берегу вспыхнул огонь, щедро подкармливаемый кусками сухого дерева. Когда от костра остались только красные поблескивающие угли, все принялись жарить сосиски и кусочки мяса, приправленные различными специями, и печь в золе картошку.
Блайт то и дело ловила себя на том, что с надеждой смотрит в сторону холма, высматривая высокую фигуру Джаса. Когда он наконец появился, Блайт вскочила со своего места на песке между Майком и Чаком и выбежала ему навстречу.
— Как хорошо, что ты пришел! — Она схватила его за руку, опасаясь, как бы он не передумал, и повела к сидящей у костра компании. — Это Джас, — громко объявила она, — вы уже встречались.
— Чарлз. — Он кивнул американцу. — Да, мы уже встречались.