Искра (ЛП)

Алеата Ромиг
"Искра" 
Серия: Паутина желания (книга 1) 
Автор: Алеата Ромиг
Название на русском: Искра
Серия: Паутина желания
Сверка: Amelie_Holman
Бета-коррект: Султана
Редактор: Amelie_Holman
Оформление: Skalapendra
Аннотация
«Из искры возгорится пламя»
Данте Алигьери
Тлеющему угольку достаточно одного движения, чтобы превратиться в бушующий огонь.
Я завоевал себе место под солнцем и доказал свою преданность людям, городу, образу жизни. Эта верность помогла мне достичь всевозможных успехов. Но до сих пор среди них не числилась женщина.
Что особенного в этой неприступной красавице, которая пробуждает к жизни мои подавленные желания?
\Мое дело – взять камень, кремний и высечь искру. Что будет дальше – решать только ей. Чувства столь интенсивны, что эта искра угрожает перерасти в ревущее пламя ада. Но сможем ли мы возродиться из пепла до того, как потеряем все, что нам дорого?
Пролог
Мэдди
20 лет назад
Будь невидимой.
Это был мой девиз, моя мантра и моя жизнь.
Опустив подбородок, подняв глаза и засунув руки в карманы огромной толстовки, я прислонилась к кирпичной стене, наблюдая за окружающим миром. Было трудно не выделяться в чикагской жаре в таком виде. Другие люди были одеты в соответствующую сезону одежду, в шорты и майки.
Моя толстовка прикрывала две рубашки, которые у меня были. Было бы неплохо снять толстовку, но мне негде было хранить свои вещи. Поношенные походные ботинки на ногах тоже не годились для сезона, но мой ассортимент сандалий в настоящее время не располагал разнообразием. То же самое можно было сказать и о моих джинсах. Я могла бы их отрезать, но это не принесет мне никакой пользы, когда наступит зима.
Посмотрев вверх, я вгляделась в зеленые листья гигантских кленов. Скоро их время закончится. Они меняли свой цвет и теряли хватку. Это было мое измерение времени, времен года и света. Летом дни были длиннее, а ночи теплее. Скоро они начнут укорачиваться и становиться холоднее. Это моя вторая зима, когда я буду жить на улице, и первая хорошо меня научила.
Я попыталась стать меньше, тротуар вокруг меня был заполнен спешащими мимо людьми всех возрастов. Пухленькие малыши крепко держались за руки своих матерей, жалуясь на несправедливость жизни. Люди в униформе занимались своей работой. Они не были полицейскими или военными, а доставщиками, сантехниками и плотниками в именных рубашках. Владельцы магазинов подметали улицу за пределами своих предприятий, как будто они могли очистить ее от грязи.
Это был еще один день в раю, и я была частью толпы.
Не толпы, жившей в обветшалых квартирах, и даже не тех, кто мог позволить себе роскошь избегать этого района. Я была частью безликого общества, которое держалось в тени.
Поскольку горячий, влажный воздух позднего лета отказывался двигаться, было ясно, что Чикаго, Город Ветров, забыл свое прозвище. На мгновение я откинула капюшон толстовки и вытянула шею к голубому небу, надеясь на облегчение.
Два высоких мальчика, проходивших мимо, посвистели и заулюлюкали, напоминая мне сделать то, что я сделала, прикрыть свои растущие волосы и скользнуть туда, где я была в безопасности, где меня никто не видел. Я искала не только безопасности, но и невидимости.
Безопасность была неуловимой сукой, но и отличным учителем.
Она заворачивала тебя в теплые одеяла и укладывала в мягкую постель.
Она рассказывала тебе истории о принцессах, принцах и рыцарях на белых конях.
  
Она наполняла твой разум мечтами, а живот - едой.
Она крепко обнимала тебя и прогоняла монстров из–под кровати, а потом, когда ты была довольна, она оставляла тебя одну, замерзшую, плачущую и брошенную.
Она научила меня, что ничто не длится вечно.
Отступив к зданию, я сосредоточила внимание на корзинах со свежими продуктами возле магазина на углу через дорогу. Там были яблоки, бананы и помидоры. Грузовик доставил их на рассвете, как и каждый день.
Это была лучшая часть этого времени года: свежие, сочные фрукты прямо с фермы. Именно так я представляла себе это в своей голове, как что-то из детской книжки с картинками: ферму с зелеными холмами и фруктовым садом с деревьями, ломящимися от яблок. Утром солнечный свет пробивался сквозь туман, обнажая ярко-голубое небо.
Мой живот заурчал.
Я наблюдала за магазином больше часа. Владельцем был капризный старик, который оживленно разговаривал со своими клиентами, избегая таких, как я. Я предположила, что он и его жена много работали. Они вдвоем были там каждый день, кроме воскресенья. В тот день магазин был закрыт решетками на окнах. Распорядок дня у этой пары всегда был один и тот же. Один работал внутри, в то время как другой внимательно следил за тротуаром. В это время года мужчина проводил свой день с метлой в руке. Зимой у него была лопата.
Были и другие варианты наполнить мой пустой желудок: бесплатные столовые и тому подобное. Я ненавидела их реплики, вопросы и притворные попытки помочь. Будучи многократной неудачницей социальной системы, я потратила достаточно времени, слушая их слащавые интонации, которые не более чем прикрывали их благочестивое осуждение сладостью.
То, что я осталась без семьи и дома, не делало меня меньше, чем они. Мне не нужна была их жалость или подачки. Каждая встреча укрепляла мою решимость: однажды я не только выживу, но и преодолею всё.
Сегодня был не тот день.
Тем не менее, я не искала подачек; я искала возможность в виде продуктов. Если бы яблоко упало на бетон, владелец выбросил бы его. Почему вместо этого не перераспределить его?
Мой взгляд был прикован к полированному красному фрукту. Я не знала почему, но в яблоках было что-то такое, от чего я не могла отмахнуться.
Словно по Божьему велению, солнечные лучи упали вниз, отражаясь на блестящей рубиновой кожуре и взывая ко мне даже с другой стороны улицы.
Прошел час, потом еще один.
Через некоторое время голодный желудок поддается, забывая ворчать и рычать.
Солнце стояло высоко, когда женщина с маленьким ребенком что-то спросила у хозяина. Кивнув, он повел платящих клиентов внутрь. Это был момент, которого я ждала, мой шанс раздобыть себе завтрак-обед.
Мой взгляд метался из стороны в сторону, пока я спешила через улицу, лавируя между припаркованными машинами и грузовиками доставки.
Одно яблоко накормит меня.
Одно яблоко поместится в карман толстовки.
Одно яблоко может легко исчезнуть.
Мои шаги замерли возле мусорного бака. Голод с ревом вернулся к жизни, скрутив желудок. Выделилась слюна, когда я представила, как мои зубы пронзают твердую красную кожицу, как яблочный сок покрывает мой язык.
Одно.
Еще одно.
Я потянулась за еще одним.
– Эй ты, воришка!
Когда третье яблоко упало на бетон, мои ноги пришли в движение.
Я лавировала между людьми, сворачивая то в один переулок, то в другой. Пот тек под толстовкой, пока я продолжала бежать.
Тяжелые шаги раздавались все дальше и дальше позади. Хотя я с трудом дышала, моя молодость и ловкость дарили мне скорость. Крик и погоня исходили не от владельца магазина или его жены, а от полицейского. Я была слишком сосредоточена на добыче, чтобы понять, что он был рядом. Патрульный был у подножия полицейского столба. К счастью, пивной живот снижал его спортивные преимущества.
Завернув за угол, я чуть не столкнулась с другим полицейским, более молодым офицером, который говорил в рацию на плече. Погоня снова началась.