Афера по-семейному (СИ)

Очень даже уютненько. Мебель, совсем не похожая на дачную развалюху: огромный телевизор, стеллажи с книгами и оружием, огромные уютные кресла, камин в углу. Виктория присмотрелась и улыбнулась – камин то самый настоящий, а не модная нынче имитация. За закрытой жаростойкой стеклянной дверцей горело веселыми всполохами самое настоящее полено.
Пока девушка рассматривала обстановку, вернулся хозяин с небольшим подносом и стал расставлять чашки.
- Ну так, что вы мне хотели рассказать, - начал он после того как девушка отхлебнула чай и одобрительно улыбнулась.
Помолчав пару минут и собравшись с мыслями Королева начала излагать информацию о двух сестрах, участии Стаса, избегая всего, что касалось Руслана. Позже, вспоминая эпизод, она и сама не смогла объяснить, почему она умолчала о Милославском, но тогда все казалось простым и правильным. В конце концов, парень не виноват, что влип в эту дурацкую историю.
Когда рассказ уже подходил к концу из-за закрытой двери раздался грохот упавшей посуды. Георгич вздрогнул и даже хотел встать, но усилием воли остался на месте.
- Это ваша супруга? – Тут же встрепенулась Королева.- Надо с ней поздороваться.
Мужчина одарил девушку тяжелым взглядом и отрицательно покачал головой, - не стоит. Моя супруга, - он сделал ударение на последнем слове, - сегодня не в том настроении.
Виктория удивленно посмотрела на Артемьева и встала.
- Простите, наверно, я не вовремя приехала. У вас свои планы на вечер, к тому же вы больны…
- Не говорите глупостей. – Рявкнул вдруг Геогич и Виктория растеряно брякнулась на место. - Если бы вы мне мешали – я бы вас не приглашал. Сядьте уже и закончим с этим делом.
Он встал и начал ходить по комнате.
- Скажите, а этот Степан Андреевич, с которым вы ездили в Саратов – кто он?
Королева растеряно пожала плечами.
- Не знаю. Степан признался, что является заинтересованным лицом. Честно говоря, я думала, что это вы проводите расследование….. 
Артемьев выжидающе молчал, и Королева сделала единственный напрашивающийся вывод.
- Раз не вы, значит, Саныч все-таки не поверил в мою невиновность. Получается, он нанял Степана для поиска денег, - сказала она как можно равнодушнее.
Георгич ничего не ответил, снова сделал круг по комнате и остановился у камина.
- Это плохо, - вздохнул он как бы сам себе, – все очень и очень плохо.
Ничего не понимающая Виктория, недоуменно следила за передвижениями собеседника.
- Что именно плохо? По-моему все просто замечательно – преступники известны, значит, есть шанс поймать их и вернуть деньги.
Артемьев снова не ответил. Он задумчиво походил по комнате, выглянул в окно, поправил штору и подошел к стеллажам.
- Я же так понимаю, вы все равно не успокоитесь, пока не докопаетесь до сути этой истории, - то ли спросил, то ли констатировал он, не оборачиваясь.
Виктория удивленно пожала плечами и отхлебнула холодный чай.
- Почему я должна успокаиваться?
- Ну, хотя бы потому, что вся эта история очень плохо пахнет и кому то может не понравиться ваше любопытство.
Виктория раздраженно поставила пустую чашку и закинула ногу на ногу.
- Мне плевать, кому и что там не нравится, - заявила она сердито, - в конце концов, задета именно моя репутация, значит, меня это касается в первую очередь!
Артемьев постоял еще минуту и повернулся лицом к девушке. Королева чертыхнулась и замерла - в руках у мужчины был самый настоящий пистолет.
- Я так и думал, что с вами будут проблемы, - грустно заметил он.
- Значит, все-таки это вы! – воскликнула Королева порываясь вскочить.
- Ну-ну, не стоит делать резких движений,- обыденно предупредил Георгич, пристраиваясь на подлокотник кресла, - честное слово, мне совсем не хочется причинять вред вам.
- Так не причиняйте.
- Не могу. Вы же понимаете, что обратного пути у меня нет.
- Значит, это все-таки вы убили ту девушку, Ирину? Или это была Олеся?
Артемьев молчал.
- Да, ладно, расскажи ей, - послышался голос сбоку.
Виктория обернулась и увидела не высокую темноволосую девушку в джинсах и мужской рубашке навыпуск, выходящую из помещения, где слышался шум.
 
- Ты прямо Шерлок Холмс и мисс Марпл в одном лице, - усмехнулась девица, усаживаясь рядом с Артемьевым, - раскопала столько всего, что даже я успевшая забыть половину заслушалась. Разве тебе не говорили, что копаться в чужих тайнах опасно для здоровья?
Королева разозлилась.
- А вам не говорили, что подставлять другого человека – поступок плохого тона, говорящий о полном отсутствии воспитания? – огрызнулась она. - Кстати, что то я совсем запуталась, вы у нас кто: Ира или Олеся?
Девушка усмехнулась и весело посмотрела на Артемьева.
- А ты сама то, как думаешь?
- Я думаю, что второе, - стараясь не показывать страх, буркнула Королева, а Олеся засмеялась.
- Умница, - кивнула она. – Ты так хорошо все раскопала, что мне даже не хочется убивать тебя.
Она повернулась к хмурому Артемьеву и игриво потрепала того по коленке.
- Может бог с ней, пусть живет? Запрем ее на пару дней в сарае, пока дела улаживаются и ладно. Зачем нам лишние трупы – ты как думаешь?
Виктория ни на минуту не поверила веселому тону девушки, но потом, решив, что убивать прямо сейчас на кожаном диване ее никто не будет, немного расслабилась.
- Значит все дело в мести? - Спросила она как можно равнодушнее.
- Получается, что так, - хохотнула Олеся, - хотя и подзаработать тоже очень приятно было.
Королева кивнула и задумалась.
- Все равно не понимаю, - призналась она, - зачем было убивать Ирину? Подставить, лишить денег, посадить в тюрьму - разве это не страшнее?
Собеседница перестала смеяться и внимательно посмотрела на девушку.
- Может ты и умнее, чем кажешься, - призналась она, наконец, - но отвечу тебе так: я хотела, чтобы она умерла.
- Из-за Михаила? – тихо спросила Виктория, но Олеся только скривилась и раздраженно дернула плечиком.
- Не знаю, не помню уже, - сказала она равнодушно, - возможно ты никогда не поймешь, но иногда так долго ненавидишь человека, что все обиды сливаются в одну большую черную неугасаемую ненависть и уже невозможно назвать только одну объективную причину. Ты просто ненавидишь и все. Ненависть, она пожирает тебя изнутри. Ничего больше не имеет значение – плевать на все причины и следствия, - она замолчала, уходя в себя и свои переживания. Спина девушки выпрямилась, лицо, будто свело судорогой, а руки сжались в кулаки.
Потрясенная эмоциями, Виктория молчала и только хлопала глазами, а Артемьев, про которого все забыли, привстал и не опуская пистолета, одной рукой обнял Олесю за плечи. Та вздрогнула, как будто скинула маску, подскочила и засуетилась натянуто улыбаясь.
- Ну что же, - подражая заботливой хозяйке, которой до смерти надоели полуночные гости, заявила она преувеличено весело, - все было замечательно, но пора и честь знать.
Сердце Королевой скакнуло, пропуская удар, и забилось с удвоенной силой.
- Вы собираетесь меня убить? – спросила она как можно равнодушнее.
Артемьев промолчал, опустил глаза и еще больше нахмурился, а его сообщница наоборот тут же заулыбалась.
- Ничего личного, - она картинно развела руками, - но ты же сама понимаешь, что обратной дороги нет.
Решив не спорить с психопаткой, Виктория кивнула, но с места не двинулась, а посмотрела на Артемьева. Мужчина все так же продолжал держать пистолет, но уже не так уверенно. Лицо его, покрытое капельками пота, было каким-то слишком бледным и растерянным.
- Мы можем запереть ее в сарае, как того, - сказал он, наконец, хрипло и кивнул, куда-то в сторону двери.
Олеся хмыкнула и засмеялась.
- А кто их кормить будет, когда мы уедем? – спросила она весело, - думаешь, подыхать месяц от голода приятнее, чем мгновенно от пули?
  
Последнее откровение Артемьева
 
Королева, прокручивающая в голове варианты спасения своей шкуры, тут же сравнила варианты. Умирать медленно, конечно было страшно, но всегда имелся шанс, что тебя кто-нибудь спасет, а вот спасти от пули, выпущенной неделю назад точно не реально. Решив брать дело в свои руки, она отправила умоляющий взгляд в сторону Артемьева.