Сновидец Империи (СИ)

— Потому что Церковь неотделима от Императора, — властно сказала Андреа, — но в Ватикане об этом забывают. Габриэль совершила большую ошибку, решив усилить католиков. 
— Интересно…
— Ни капельки. Ватикан всегда был древнее и мудрее ортодоксов, однако сейчас они решили отдалиться от нас и вцепились в пророчество. Если София под их руководством станет Богиней, то во власти произойдут серьезные перестановки. Даже я не смогу удержаться у власти, — император задумчиво перемешивала чай, — нам нужно отбить Софию у Бенедикта, но каким образом?
— Лучше расскажите, что же все-таки произошло этой ночью? Я все рассказал, ваша очередь, — попросил я.
— Ничего хорошего, — император покачал головой, — в ИСИТе случилось преступление. Утром не проснулся младший дворецкий по имени Густав. 
— Сердечко не выдержало? — уточнил я.
— Если бы. Кровь вытекла у него из ушей, глаз и носа, рта, — ответила Ксения, а Андреа поморщилась, — вот посмотри сам. 
Из сумочки был вытащен планшет, и я удостоился чести лицезреть мертвого молодого мужчину. 
— Я так понимаю, это было непростое кровоизлияние в мозг, — усмехнулся я и начал распаковывать конфетку в яркой обертке. Фотографии мертвых людей меня совершенно не волновали. 
— Скорее из мозга. Листайте дальше, граф. 
— Оу, — я смахнул несколько фотографий, — быстро работаете. Вы сделали ему трепанацию черепа. Патологоанатом ему коробку шуруповертом вскрывал что ли? Мозга же нет вообще. 
— Вот именно, — Ксения сделала глоток чая и полезла за сигаретами, — натуральный форшмак. 
— Да, это похоже на работу Клыком Гаки, — согласился я, — но это надо было нанести ударов двадцать, не меньше, чтобы рассечь все на кусочки. Работал настоящий маньяк. Не иначе. 
— И этот маньяк сейчас в Институте, что ставит под угрозу обучение всех студентов, — заключил император, — дворецкого жалко, но следующим может погибнуть драгоценный отпрыск какого-нибудь дворянина ранга “С”, и тогда Институт придется закрыть на какое-то время.
— И есть еще проблема, — сказала Ксения, — мы знаем, что София уже сегодня утром прибыла туда инкогнито и была зачислена в группу первого курса. 
— Так нужно отозвать ее оттуда! — я поставил чашку с чаем на стол.
— Церковь не в курсе, что Клык Гаки снова на свободе, и что его принесли именно вы, — Ксения сделала сложное лицо, — если они узнают об этом, то вас могут снова принять за демона. Ведь таким оружием владеют только нечистые твари. 
— Да что за дичь? — я не верил своим ушам. 
— Да, до Ватикана наши новости пока не дошли, и не дойдут. Мы должны схватить убийцу раньше, чем он…
— Вы думаете, что он хочет убить Софию? Но откуда он о ней знает? Неужто крыса сидит настолько глубоко?
— А откуда он узнал о кинжале? Я думаю, что он знает и о вас, граф, — Ксения закурила и протянула мне пачку.
— Выход только один, — решительно сказал я, — вы должны записать меня на первый курс. В группу Софии. 
— Это исключено! — император сделал недовольное лицо, — если она узнает вас — это будет скандал.
— Почему? — не понял я.
— Потому что это было главным условием Церкви. Они берут Софию, а вас отдают нам, — сказала Ксения, — поэтому Бенедикт был на вашей стороне. 
Как хитро они все там поделили. 
— И то, что вы не должны встречаться до ее Прихода — главное условие, — продолжил император.
— Так она меня не узнает, — возразил я, — я не похож на прежнего. У меня даже голос другой. Я не тот Сергей, которого она знала и спасала. 
— И с которым она спала, — ухмыльнулся император. Ого, они даже это знают. 
— С кем не бывает, — отмахнулся я, — так что я клянусь, что не буду раскрывать перед ней свою личность. Я вообще с ней не буду общаться, а только следить и защищать ее сны, если потребуется, а параллельно займусь поисками убийцы. По-моему это отличный план. Разве нет? 
— Мы обдумаем ваше предложение, граф, — важно сказал император, — мне он кажется неплохим, но требуются уточнения. Пока же у вас совсем другое задание.
— Ловить ведьм? Пока на Богиню готовится покушение?
 
— Грайи подождут. Ксения, дай ему вводную. А теперь вы свободны. Хотя, Сергей, задержитесь на пару минут. 
Я остался сидеть в кресле, а Ксения вышла из зала. 
— У меня к вам несколько личных вопросов, граф, — сказала Андреа и вынула имплант. Ее голос снова стал женственным и мелодичным. 
— Спрашивайте, ваше величество, — спокойно ответил я. 
— Я знаю, что между вами и Софией была определенная связь. Я хочу знать, осталась ли она.
— Это сложный вопрос, — признался я, — любви между нами точно не было. Не знаю, может, у нее есть подобные чувства на мой счет, но наш секс с ней был скорее случайностью, чем запланированным. София была сильно меня младше тогда…
— Но сейчас вы почти одногодки, — улыбнулась Андреа, — я хочу быть уверена в том, что вы сможете удержать свои чувства в руках и не потеряете голову, когда встретитесь с ней снова. 
— Ни в коем случае, — твердо сказал я, — я желаю ей добра и счастья, я хочу ее оберегать, но я не представляю ее ни в роли своей жены, ни в роли любовницы. 
— Зато она вас может. Поймите правильно, Сергей. Она Разумовская. Ей предстоит нелегкая судьба по восстановлению целого мира, и не все заходят ей помочь. Кому-то лучше оставаться в том мире, что уже существует. Кто знает, может быть, мы вообще окажемся перед очень непростым выбором между вами и Софией. 
— Что, простите? — я был удивлен. 
— Да. Сейчас мы внимательно следим за вами обоими, и если София не справится с пророчеством, то вы — наш второй шанс. 
— Я даже думать об этом не хочу! — воскликнул я, — я не смогу ее заменить. Частицы не примут меня. 
— Но вы же их даже не видели.
— Зато я их отлично прочувствовал, когда начал харкать кровью и разваливаться на части!
— Не повышайте голос, граф, — осадила меня Андреа, — успокойтесь. Возможно, я слишком рано дала вам подобную информацию, как и ту, что вы являетесь живым биоскульптом. 
— Я уже начинаю привыкать к подобным новостям, — я взял себя в руки. 
— Хорошо, будем считать, что я поняла вашу позицию по отношению к Софии. А теперь, что касается вашей дуэли в одних трусах. 
— Это было недоразумение, ваше величество…
— Бросьте, я все прекрасно поняла, — Андреа улыбнулась, — скажите, только честно. У вас есть плавки, помимо этих трусов?
— Э-э-э, — протянул я, — Ксения накупила мне столько вещей, что я даже не все разобрал толком. Но если я не найду там плавки, то обещаю, что куплю их. 
— Замечательно, — загадочно улыбнулась девушка, — а теперь идите. Удачной охоты. 
Я вышел из зала в некотором глупом смятении, и на моем лицо оно замечательно читалось. 
— Что-то не так? — спросила княгиня, когда мы сели в авикар. 
— Император хочет знать, купила ли ты мне плавки?
— У-у-у, — протянула Ксения, — вот уже даже как. Честно, я взяла тебе их аж две пары. 
— А что значит это твое у-у-у? — с подозрением спросил я.
— Это значит, что скоро тебя отвезут на Вентотене. Там у императора шикарный дворец прямо на берегу моря. Курортная резиденция. 
— Это где вообще?
— В Италии. Считай, что наш с тобой план скоро увенчается успехом. 
— Я все больше втягиваюсь в ваши интриги. 
— И это хорошо, — улыбнулась Ксения, — а теперь давай по существу. Есть одно дело, которое ты должен решить уже сегодня. Прямо сейчас. 
Авикар взлетел и понесся в аэропорт. 
Оказалось, что Ксения и Андреа знают про художника, который рисует эти картины. Это некий барон Освальд и живет он в Петербурге, прямо на берегу реки Мойки. Это очень странный тип, ведущий декадентский образ жизни и не имеющий выходного костюма и даже машины. Не смотря на то, что его счета давно в минусах, сам он живет по электронным чекам от неизвестных покупателей своих картин. А рисует он просто замечательно, особенно те места, в которых никто не был. Я в это не сразу поверил.