Сновидец Империи (СИ)

Лабораторию мы покидали молча, но, едва мы сели в авикар, я тут же обратился к Ксении.
— Я хотел уточнить одну деталь.
— Говори.
— Только включи свою глушилку, пожалуйста. Ага, вот так хорошо. Ксен, скажи только честно, внутри меня есть инородные предметы? 
— Хм, — Ксения закусила губу, — ты про встроенные импланты? Что-то не так с твоим самочувствием? 
— Скажем так, у меня возникли некоторые проблемы с выходом из тела, — не про Рагни же ей говорить, — есть ощущение, что внутри меня что-то мешает полноценной работе в ОС. 
— Я постараюсь узнать об этом у Мартина, — сказала она, делая честные глаза, — я лично не ставила никакие импланты. Моя работа заключалась совсем в ином. 
— Хорошо, допустим, я тебе верю, но Мартин же мог поставить?
— Конечно, — кивнула Ксения, — ты можешь быть очень опасным и неуправляемым. Уверена, что Создатели хотят иметь возможность выключить тебя в любой момент. 
— А может они еще и мои мысли читают? Или умеют видеть моими глазами?
— Нет, такого точно нет. Если бы мы обладали такими технологиями, то владели бы всем миром, а не половиной, — усмехнулась княгиня, — не волнуйся. Я выясню у Мартина есть ли у тебя чип, но думаю, что ответ будет утвердительным. 
— И как же его отключить?
— Нужно убедить Мартина, что ты не опасен и верен Империи.
— Угу, два раза, — мрачно буркнул я, — боюсь, что тут нужно внушение посерьезней.
На этот раз Император вызвал меня в один из своих дворцов, который находился в Москве. Так что нам пришлось лететь сначала до аэропорта, а там уже садиться на сверхзвуковой борт. Удивительно, но здесь почти все пассажирские самолеты были такими. Прямо “Конкорды” повсюду. 
Полет занял всего пару часов, а затем нас на бронированном авикаре доставили в резиденцию Императора. Да, я пока предпочитал называть его так, несмотря на его физиологические особенности. Раз все играют в эту игру по таким правилам, то и мне не следует пока нарушать правил и наживать врагов. 
Сам дворец находился где-то на севере, как я понял, и занимал огромную площадь. Тут были и фонтаны, и сады, и несколько озер с разноцветной водой, какие-то трибуны и арены. Внутри, наверное, и аквадискотека имеется. Какой же император без такой полезной в хозяйстве комнаты. Одних взлетных площадок я насчитал пять штук. Авикар завис над одной из них, и я увидел небольшие зенитные орудия, замаскированные под статуи. Их стволы были направлены прямо на нас, но когда авикар прошел аутентификацию, то тут же хитро сложились и скрылись под землей. 
Мы сели и вышли из транспорта. Нас снова встречал тот же самый камердинер. Он вежливо улыбался и попросил следовать за ним. 
Ох уж это золотое барокко. Богатый китч, буквально из каждой детали кричащий о том, что здесь живут цари. Внутри дворец был просто роскошен и больше походил на музей. Мы прошли сквозь несколько залов и оказались в тенистом саду с маленькими пирамидальными фонтанчиками. Здесь на роскошных качелях медленно качался и втыкал в свой тифончик сам Император Андрей. Или Андреа. Или Анастасия. Меня так и подмывало крикнуть “Настюха, хватит тупить в мобилку!”, но я прекрасно знал, что за такую шутку меня реально за одно место подвесят. 
Увидев нас, император улыбнулся, убрал тифон и помахал рукой, предлагая сесть рядом, благо размер качели позволял там хоть впятером качаться. 
Мне было суждено сесть рядом с Андреа, а Ксения была уже за мной, и это ей не сильно понравилось. Да, тут тоже такие-же игры как в ковене. Очень важно кто где сидит, кому подали руку, кого в лобик чмокнули. Интриги. 
Мы обменялись приветствиями и я торжественно вручил Андрею добытую из модуля брошь. Император был, была в восхищении. Я был обнят, и меня тут же заставили рассказать какие именно испытания я прошел. Я не стал вдаваться в подробности, но признался, что в некоторые моменты даже мне пришлось попотеть, и что в следующем модуле могут возникнуть трудности. Я уже понимал на что следует давить. В моей голове был четкий план. Я буду вскрывать модули как орешки для императора, но буду манипулировать и просить удалить имплант, иначе мол не справлюсь. Им придется это сделать, иначе они так и не узнают, что там в других модулях, а любопытство — это то, что толкает кошек на базар. 
 
— Я знаю, откуда эта брошь, — сказал император, — очень интересная находка — подсказка. Думаю, Сергей Викторович, вы заслуживаете небольшой прогулки и личной беседы. Пойдемте. 
Андрей встал и подал мне руку. Это выглядело странно, но я принял ее. Да, это женская рука. У мужчин лапы толще и грубее, а эта утонченная, хоть и в перчатке. 
— Дорогая княгиня, мы вынуждены вас покинуть, — Андрей вежливо поклонился, и я увидел на лице Ксении целый взрыв эмоций. Удивление сменилось негодованием, но затем на лице княгини появилась смиренная улыбка. 
— Я надеюсь, вы понимаете всю ответственность за моего подопечного, — сказала она, — я его патрон и…
— Я все прекрасно понимаю, дорогая. Камердинер проводит вас в зал. Я думаю, что наша прогулка может задержаться. 
— Мне кажется, Ксении это не очень понравилось, — заметил я, когда мы покинули дворик с качелями и оказались среди зеленых коридоров следующего сада. 
— Мне все равно, что ей нравится. Не стоит забывать, кто здесь император, — строго сказал Андрей и отпустил мою руку, — я правильно понимаю, что вы в курсе моего главного секрета?
— Да, ваше величество, я в курсе, — спокойно ответил я.
— И что вы думаете по этому поводу? Правильно ли я поступаю? — Андреа следила за каждым движением моих глаз.
— Вы делаете так как считаете нужным. Я не тот кто должен осуждать это или поддерживать. Я иномирец, ваше величество, и меня мало волнуют ваши проблемы.
— Как прямолинейно. Это то, чего мне так не хватает среди моего окружения. Хорошо. Я рада, что могу быть с вами самой собой. 
Император одним движением отклеил усы и убрал их в карман. Затем нажал на горло и сплюнул в ладонь что-то розовое и липкое. Я слегка поморщился. 
— Это имплант-ретранслятор, — сказала Андреа теперь уже мелодичным, женским голосом, — он полностью копирует голос моего брата. Также он является кадыком. 
— У вас красивый голос, уверен, что вы неплохо поете, — мой неловкий комплимент явно понравился Андреа. 
— Но меня мало кто слышит, — император сняла перчатки, — я должна вам кое-что показать, Сергей. Надеюсь, что это разрушит некую стену недоверия между нами.
— Хорошо. 
Андреа взяла меня под руку, и мы пошли по коридору. 
— Знаете, чем вы хороши, Сергей? — внезапно спросила Андреа.
— Тем, что я пришелец из другого мира?
— Верно. Вы не принадлежите ни к какому из родов, не участвуете в политических интригах и подковерных дрязгах. Не устраивайте гонку за влияние. Вы словно неограненный алмаз и тем вы прекрасны, тем вы бесценны, особенно для меня. 
Кажется, я понимаю на что она намекает. 
— Ксения создавала вас для себя, — внезапно сказала Андреа, и я насторожился, не совсем понимая ее слова, — но она стара для вас. Преображение дает людям молодость, но не омоложает сознание. Вам же не говорили про синдром Линдграфа?
— Нет. Что это?
— Грубо говоря, это несоответствие нашего сознания нашему физическому телу. Так вот у людей после Преображения есть риск его развития. Такой молодец становится со временем неадекватным и подвержен стрессам, депрессиям. По тайной статистике каждый десятый дворянин прошедший Преображение совершает суицид. 
— Но к чему вы клоните? Что у Ксении есть такие симптомы?
— Есть, и вы с ними столкнетесь. Ее резкие перемены настроения — это как раз проявление данного синдрома, — император вздохнула, — вот, посмотрите. Это первая часть моей коллекции. Я хотела показать ее вам. 
Мы пришли на небольшую площадку с невысокими постаментами, на которых стояли разные животные, только вот сделаны они были не из мрамора или бетона, а из белого яркого пластика. Я подошел поближе к статуе быка с шестью парами рогов и четырьмя глазами и коснулся его бедра. Пластик был совершенно холодным. Я почувствовал на себе взгляд и обернулся — на меня смотрел элитный солдат императора. Он был больше похож на космонавта, который попал в окопы первой мировой войны. Страшный круглый шлем, провода и шланги, в руках здоровенный электромат или что это у него вообще такое. Я догадывался, что это человек в экзоскелете, но спрашивать так ли это пока стеснялся. Он, наверное, тоже в тайну императора посвящен, иначе бы Андреа не стала перед ним раскрываться.