Провал (СИ)
— Хорошо, Андрей, я понял. И с ума из-за этого сходить мы, конечно, не будем. Толку-то от этого? Раз это другой мир, значит — другой, и с этим мы ничего поделать один хрен не можем. Маемо, шо маемо. Но и будоражить этим людей — сам понимаешь, раньше времени не следует. Заметил — молодец, выводы сделал — молодец вдвойне, но мы с тобой тут целую сверхдержаву где-то прогребать исхитрились, и этого истерички не поймут.
— Да это-то понятно, Сергей Николаич. Конечно, баламутить сейчас этим народ абсолютно ни к чему. Позже, когда и пообвыкнутся, и туземцы просветят, это уже такого шока не вызовет, а пока — конечно, рановато. Но млять, я просто не знаю, что и думать!
— Ну так и сам пока не парься этим, Андрей. Хрен с ними, и с арабами этими, и с персами. Они — где-то там, на югах. Напрямую же они никак на нас не влияют? И хрен пока с ними со всеми. А мне как менту интереснее то, что "ближе к телу". Что с Русью и другими окружающими нас странами?
— По византийским монетам получаются, как я уже и сказал, времена Ярополка Святославича. То есть, ранняя Киевская Русь уже существует как государство. И туземцы это подтверждают, насколько их удаётся понять. Говорят, что есть русы-кияне на севере и русы-артаны на юге. Артаны — это, видимо, русы-дромиты византийских авторов, пираты с основными базами в районе будущей Тмутаракани, но и в днепровских плавнях они, как у себя дома. Азово-черноморская Русь, короче, или Артания арабских авторов. Киеву они вряд ли подчинены даже номинально, просто пиратская вольница, сарынь на кичку. Жаль, нет с нами нашего профессора, он по готскому языку специалист, а я подозреваю, что эти артаны то ли от готов происходят, то ли от герулов, как и Егоров их выводит. И это наши южные соседи, с которыми надо держать ухо востро.
— И это тоже русы? Русское море — от них?
— Да, именно от этих дромитов. Киев тут — сбоку припёку. Хотя — и русы-кияне как народ, скорее всего, общего с ними происхождения, а скандинавский элемент позднее уже к ним добавился. Но нам, собственно, не важно, скандинавского происхождения этот основатель правящего рода Игорь Старый или готско-герульского. Так или иначе, правят Киевщиной его потомки. И вроде бы, туземцы подтверждают, что сейчас там правит хёльг Эрибулл, сын Свентислейфа, сына Ингвара.
— Эрибулл?
— Ну, если Святослав — Свентислейф, а Ярослав — Эрислейф, почему бы тогда и Ярополку не быть Эрибуллом? Но уточнять трудно. Понятно, что основной костяк и этих киевских русов — не славяне, но не славяне и добрая половина рабов. Местный славянский понимают, но он для них не родной, и русского или украинского они уже не понимают. С ними уже нужен переводчик из славян, с которым и с самим не враз ещё объяснишься. До тех пор, пока не наблатыкаются по-русски — тяжело с ними будет. Вот такие у нас соседи на севере. Ну а с их киевским государством мы теперь уже и в явном конфликте.
— Ты же сам говорил, что конфликт с ними для нас один хрен неизбежен. Тем более важны подробности. Что возвращение войска Святослава вверх по Днепру нам не грозит, я уж понял — и на том спасибо. А что там с этим Олегом Древлянским?
— Говорят, что уже. Какой-то хёльг был приглашён древлянами аж из Моравии вместо изгнанного ими Льота, сына Свенельда, и вот на него был поход с примучиванием всего племени по новой.
— Из Моравии? То есть, он что, не сын Святослава и не брат Ярополка?
— Егоров тоже считал, что не брат — братоубийцей Ярополка задним числом уже потомки Владимира сделали, чтобы его свержение с убийством справедливым выглядело. И вроде бы, туземцы версию Егорова подтверждают. Так или иначе, древляне возвращены под власть Киевщины.
— А Владимир и Новгород?
— Говорят, что какой-то хёльг Вальдмер из Хольмгарда сбежал куда-то за море к варягам. Он, скорее всего, этот Владимир и есть.
— И выходит, он — наш естественный союзник против Ярополка?
— Да хрен его знает, Сергей Николаич. По сиюминутному-то раскладу — вроде бы, и должен. Но сам он об этом не знает. Во-первых, я с трудом представляю себе, как с ним связаться и договориться. А во-вторых, ему же верить нельзя. Ярополка он обманул, убив на переговорах. Викингов — кинул на окончательный расчёт. И кстати, кто-то ведь и дал ему деньги на их первоначальный найм. Есть версия, что прусские жрецы Перкунаса, и внедрение им культа Перуна было выполнением договорённости с ними. Тут проходят считанные годы, и он переобувается в прыжке — и крестит страну, и искореняет прежнюю религию, включая и этот культ Перуна. Получается, что кинул и пруссов. Можно сколько угодно оправдывать эту его политику государственным благом, но как доверяться такому человеку? Заполучив под свою власть Киевщину и унаследовав её тёрки с нами, он так же с лёгкостью кинет и нас. Нужен ли нам такой с позволения сказать союзник?
— Млять, тоже верно! Каким бы он ни был правителем государства, человек он крайне непорядочный. Таких друзей — за хрен, да в музей! Да и какие у нас силы, чтобы в дрязги на Руси вмешиваться? Тут самим бы отбиться! И что у нас по трофеям — ну, кроме монет — с этой Русью получается? Сюрпризов никаких?
— Да собственно, ладьи как ладьи, оружие как оружие — с нашей археологией не конфликтуют. Больше всего секир, но они нам и нужнее всего. Есть доспехи, но кольчуг и стальных ламенаров мало. Есть сабли, но их меньше, чем мечей. Среди мечей в основном франкские каролинги, и среди них больше половины — "ульфберты".
— А это ещё что за хрень такая?
— Вот это, Сергей Николаич, как раз не хрень, а вещь. Клеймо "ульфберт" — это самый престижный оружейный бренд. Качество эта ремесленная гильдия гарантирует. Из всех франкских каролингов "ульфберты" — лучшие.
— И чем они так хороши кроме бренда?
— Самая твёрдая сталь на лезвиях. Заточить-то до бритвенной остроты можно и крышку консервной банки, но надолго ли она эту остроту сохранит? А чем твёрже лезвие, тем лучше оно держит заточку.
— То есть, мечи этого производителя тупятся не так быстро, как у конкурентов?
— Да, если заточить хорошо и пользоваться с умом, заточки хватит надолго. Но конечно, надо и пользоваться именно, что с умом. Неумехе его дай — загубит ведь на хрен.
— И значит, награждать ими отличившихся ты не советуешь?
— Не сразу, по крайней мере. Сперва — научить людей правильно пользоваться. Это же как дурной бабе дать в руки фирменный кухонный нож, а она порежет им колбасу не на деревянной доске, а на тарелке или железном подносе. И какой даже самый лучший нож при этом не затупится? — оба рассмеялись.
— То есть, неумелый боец затупит лезвие при неудачном ударе?
— И это ещё в лучшем случае. В худшем — выщербит его. Чудес же не бывает, и чем сталь твёрже, тем она и хрупче. Не хочу сказать ничего обидного в адрес "беркутов", но элитный франкский каролинг — это им не привычный резиновый "демократизатор".
— Понял. Тогда, конечно, с перевооружением спецназа с "демократизаторов" на эти трофейные мечи мы пока повременим. Но секиры-то им хотя бы дать можно?
— Там тоже сварная конструкция и тигельная сталь на самих лезвиях, но думаю, что не такая, как на "ульфбертах". Испохабить тоже можно, но не так легко, а секир нам и досталось намного больше, чем мечей с саблями, так что дать людям секиры — можно. Но если вы имеете в виду конницу печенегов, то прежде всего нашим щитоносцам надо дать копья. На щетину копий никакая лошадь в здравом уме не поскачет.
— Логично, согласен. И ты уже уверен, что это именно печенеги, а не мадьяры?
— Ну так а кому же ещё и быть-то в последней трети десятого века? Мадьяр они ещё в начале века в Паннонию выгнали. Ну, если южные события, о которых мы с вами по монетам судим, не затронули Причерноморья.
— Понял. Но пока ведь нет признаков, что затронули? Значит, мы не будем пока этим и заморачиваться. И будем надеяться, что о нашей вчерашней пальбе и явной победе степной хан уже знает или скоро узнает, и это заставит его призадуматься. Тогда и шансов на мир с ними прибавится. Кстати, в каких с ними отношениях Ярополк?
