Провал (СИ)
— Олежка, ты избегаешь меня, что ли? Зря, я не кусаюсь! — млять, вот так ведь и знал, что не просто так эта Галька за обедом и столик себе в столовке выбрала точненько в центре его поля зрения, и стул, и села — ага, и нога на ногу, и наклонялась периодически, и откровенно глазки ему строила.
— Галя, у тебя ведь своя жизнь, ну так и чего я буду к тебе в неё лезть? — не будь она сестрой Коляна, а будь просто малознакомой шалавой, Олег отшил бы её откровеннее и сразу, но вот именно с ней — очень нехорошо это выглядело бы, из-за чего приходилось сдерживаться и вести себя с ней подипломатичнее, как бы это ни напрягало.
— Олежка, да я тебя умоляю! Ну какая теперь-то "своя жизнь"? Теперь жизнь у нас — вот эта, и её тоже надо как-то устраивать. И слава богу, хотя бы война эта проклятая для нас кончилась. Коля вот не дожил, но ты-то ведь дожил? А я, между прочим, девушка свободная и бесхозная, — ага, прямо сходу быка за рога берёт, не тратя времени на тонкие английские намёки, — И перебирать особо некогда, мне надо поторапливаться.
— Уже подташнивает и на солёненькое тянет?
— С чего ты взял? А, поняла! — она едва пополам не сложилась от смеха, — Типун тебе на язык, только этого мне ещё сейчас и не хватало! Скажешь тоже, похабник! У меня же квартира — не своя, а съёмная. Раньше-то проблем с этим не было — если ты платишь за неё хозяевам вовремя и сполна, то и живи себе, ни о чём не тужа. Но теперь хозяев-то нет, сам понимаешь, а квартира не моя, и я в ней одна. А ментам для расселения жилплощади не хватает — или вытурят меня, или уплотнят с кем-нибудь, а нафига мне-то это надо? Так что замуж мне надо срочно, семью-то не тронут. Особенно — участника и героя войны. Ты же сам с родоками в одной квартире ютишься, а если ещё и жену туда же приведёшь, то и на головах же там друг у друга стоять будете! А если ко мне переберёшься — и родоков не стеснишь, и сам в тесноте ютиться не будешь.
— Ага, только пальцами все будут тыкать и посмеиваться за спиной.
Лучше всех из их компании её знали Витёк с Юрцом как одноклассники ейного брата Коляна, а её палеву на проституции невольно поспособствовал тот самый знакомый Витька из центра города, который ранее о раздаче автоматов его известил. Они ему тогда за это известие проставились и с тех пор приятельствовали, и надо же было случиться, что отмечали у него междусобойчик, да и решили заказать профессионалку среднего ценового уровня, выбрали на сайте Карину, которую приятель Витька советовал — шестьсот гривен за час, плюс четыреста за групповой, по фоткам понравилась и Витьку с Юрцом, звякнули ей, заказали. Говорил-то с ней приятель Витька, не раз уже её заказывавший, постоянный клиент, можно сказать. И вот прибывает эта вызванная Карина, хозяин впускает её, что-то говорят в прихожей, а голос ейный Витьку с Юрцом каким-то странно знакомым кажется. А она разувается, заходит в гостиную, мини-юбку сразу скидывает, ну и лихо усаживается верхом на спинку кожаного дивана, оборачивается к ним, а Витёк и Юрец тихо выпадают в осадок — Галька Кириллина, сестра Коляна, собственной персоной. И естественно, а ещё больший осадок выпадает она сама, узнав их. Специально ведь работала по вызову только в центре, никакого Соцгорода, дабы знакомые случайно не спалили — и вот, на тебе!
И хрен ли толку с того, что она закатила истерику и отказалась их обслуживать после такого палева? Она и раньше-то репутации пай-девочки не имела, но по нынешним временам, где их ещё таких найдёшь? Добрая половина в той или иной степени шалавы, а остальные — или в той или иной предшествующей стадии, или уже вышли в тираж. Но тут ведь как? Одно дело — просто шлюшка-любительница и совсем другое — профессиональная проститутка. А поглядев после её ухода ейную более подробную рекламу на сайте, Витёк и Юрец просто охренели — практически полный набор соответствующих услуг за крайне редким исключением! А судя по истерике, явно ведь планирует со временем остепениться и выйти замуж! И хрен бы с ней, полно и таких, и один хрен найдёт ведь себе и какого-то дурачка, так что раззванивать о ней всем знакомым они уж не стали, но рекламу ейную на сайте сфоткали и краткую, и подробную, дабы шалава и мечтать не смела кого-нибудь из их друзей захомутать. Вот их-то и показали они Олегу в числе прочей информации. Судя по той подробной с перечнем предлагаемых услуг — точно ведь пробы негде ставить!
— Ну Олежка, ну от этого же не умирают. Ну, потычут немного и пальцами, ну посмеются немного — ты, главное, внимания не обращай, им наскучит, и угомонятся. Это ведь было-то всё в той жизни, а мы сейчас — в этой. С квартирами кто сейчас бесхозные? Третий сорт, бэушные с довесками. Я, конечно, тоже не первый сорт, но хотя бы второй, без довеска. Мне ты хотя бы своих настрогаешь, а не чужих будешь воспитывать. И есть где, в отличие от тех пока ещё первосортных, которые ещё и не доросли. Ну, дождёшься ты, пока какая-нибудь дорастёт, так квартиры же все раньше порасхватают, и где вы жить с этой первосортной будете? Зато — да, не будут ни пальцами тыкать, ни смеяться. Стоит это будущих неудобств на всю оставшуюся жизнь?
— Типа, напугала? Квартир и ментам-то всем не хватит, а мелюзги мало, так что и добрую половину школы можно запросто под жильё переоборудовать, и все эти офисы с магазинами, и большую часть Дворца. Хватит на всех, и ещё запас останется.
— Так Олежка, это же когда ещё будет-то? А до этого момента в общаге будешь ютиться? Ну, ты-то — понятно, что на войне и не к такому ещё привык, но невеста-то твоя после родительской квартиры как к этому отнесётся? Этот неустроенный быт, знаешь ли, заедает. Ну, потом дождёшься ты этой пародии на квартиру, но и там ведь удобства будут совсем не такие, как в нормальной квартире. Ни сантехники нормальной на всех точно не хватит, ни мебели нормальной, ни даже этих туристических печек в "Водном мире". Тоже мне, жильё! Тебе родоки разве не рассказывали, каково было со всеми этими дефицитами в Совдепии? Всё ведь доставать по блату приходилось или довольствоваться говном. Так там это говно хотя бы было, а здесь же и его-то будет не достать. И что это за жизнь?
— Вот проблему тоже нашла! Чего не хватит готового — сами себе сделаем.
— И всю жизнь пользоваться этой самодельной грубятиной? Я намного лучший вариант тебе предлагаю. Заметь, первому — не кому-нибудь из ментов, а именно тебе. Или ты думаешь, я среди них желающего не найду? Они ещё соперничать будут за мой второй сорт, когда альтернатива — третий! Ну Олежка, ну все же мы такие, и все так живут! Ну не будь ты таким старомодным!
— Галя, хорош мозги мне компостировать. Что за жизнь будет и с тобой, если не по тебе что-то окажется, ты мне уже продемонстрировала наглядно.
— Ну Олежка, ну я же и другой быть умею! Вот погоди, на берегу — покажу!
— Да я, собственно, и на фотках всё уже видел, — хмыкнул тот.
В этот день с обеда Семеренко объявил выходной. Типа, целые дни он в такой обстановке выделить не может, но по мере возможности будет давать по полдня, так что в обиде никто оставлен не будет, и кто сегодня из-за службы с этим пролетел, те завтра своё отгуляют — в общем, будут гулять посменно по полдня четыре раза в неделю вместо двух полных дней. Пока — так, на то время, когда безопасность анклава ещё не обеспечена, ну а после — можно будет и этот порядок оставить, и к старому вернуться, как большинство на собрании захочет, так тому и быть. А тут ведь и погода уже летняя, и моются все в заводи в эти дни, поскольку больше-то и негде, и солнце послеполуденное зарослями не спрятано от желающих позагорать, а школота малолетняя давно уже и настоящий купальный сезон открыла. И естественно, по солнечной погоде многие решили провести этот выходной на импровизированном пляжике у заводи.
Туда же направилась и их четвёрка. Искупаться, да позагорать в погожий денёк — это же святое дело! Тем более, что загар и по делу нужен. Скоро жара такая установится, что одетым на улице хрен поработаешь, и если не подзагоришь предварительно заранее, в рабочий день одетым сваришься в собственном поту, а раздетым — обгоришь на хрен. Тут и смуглые-то обгорают, если сразу слишком долго, а бледнокожим, к которым хреново и загар пристаёт — вообще звиздец. Тот же Гендос ежегодно в каждое начало сезона обгорал до облезания шкуры и ни хрена не мог с этим поделать. Порода такая, бледная. И нахрена это надо, когда можно постепенно шкуру к солнцу приучить? Вот за этим и пошли они на речку помимо прочего. Ну, заодно и к девкам, естественно, приглядеться, да себя им тоже показать, это уж само собой разумеется. И тут Галька эта, шалава непотребная, по пути на пляжик как бы случайно с Олегом поравнялась, но уж пристала, что твой репей! Грубо её отфутболивать — не хочется, а она — пользуется этим самым наглым образом.
