Провал (СИ)
Только фиг вернёшь ведь теперь. Ещё вчера, когда у многих в голове эта беда не укладывалась, и в неё не хотели верить даже невзирая на отснятую дроном панораму, некоторые сообразили попробовать с навигаторов своих телефонов спутники поймать, а когда не получилось с телефонов, попробовали с машин, а когда не поймали и с низ, так попросили и ментов с их служебных, но результат у всех вышел всё тот же — ни единого сигнала ни с одного из спутников. И хочешь, не хочешь, но приходится мириться с этим очевидным невероятным. Рыба эта, привезённая с реки, когда её чистить заставили, ещё шокировала с утра, но монотонная работа притупила эмоции. Раньше истерику закатила бы грандиозную, а сейчас только на короткие всплески их и хватает. Подвезли вот уже с реки первую партию этих камышовых корневищ, которые теперь резать надо на тонкие ломтики и сушить, и умом-то понимаешь, что вот из этой речной дряни и будет теперь у них весь их хлеб, и конечно, от этого тоскливо, но и тоска какая-то не острая, а ноющая.
Или может, дело тут в том, что есть этот камышовый хлеб придётся одинаково всем? Да, пожалуй — когда все в одинаковом положении, это не так обидно. Рыба костями своими неприятна, да вот этой непривычной чисткой, но возмутила-то ведь она не этим, а тем, что у кого-то ещё остаётся выбор, которого уже нет у неё. У бывших лузеров, а ныне куркулей ещё запасы какие-то остались, деликатесы по нынешней ситуации, а у неё дома шаром покати, и они могут ещё есть их, а она — уже на общественном питании. От этого ведь и к чистке этой рыбы её припахали — ей она уже нужна, а им ещё нет, и чистят её с ней только те, кто сами вызвались в расчёте на то, что так и будут в дальнейшем работать при кухне и поварах. И тоже ведь неглупо в принципе, и не только в плане доступа к той же жратве — оборудование-то кухонное всё на электричестве, и ток от бензогенератора на школьный пищеблок подаётся, а значит, есть возможность и свой домашний пауэрбанк в розетку воткнуть и подзарядить. Жаль, сама ещё с утра не сообразила! В обед, как окно в работе выдастся — обязательно надо за ним сбегать.
Ну а когда подсядут на это общественное питание абсолютно все, и недостатка в кухонных работницах уже не будет — в ментовку на службу попроситься, что ли? Тоже и доступ к электричеству по службе имеют, и рации служебные, и работа не настолько уж у них и пыльная. Служат же бабы и девки, заменяя недостающих мужиков? И к кухонным работам ни одна ведь не припахана. И пацанву эту свежепризванную как только к ментам на службу определили, так сразу же и от кухонных работ освободили, гражданских баб на них припахав. Да, придётся дежурить, охранять и патрулировать, но кому сейчас легко?
Тем более, что у них и вакансии сейчас практически на всех уровнях, включая и офицерский, а у неё, как-никак, и опыт руководящей работы, и высшее образование. Ну да, не юридическое, но кому оно сейчас-то нужно, это юридическое? И женихов ведь там у них полно, включая в их число и позавчерашних женатиков, у которых семьи остались там, в прежнем мире. А она ведь вовсе не дурнушка, иначе разве сделала бы карьеру там, где без блата шагу к цели не ступишь? Да, не первой свежести, ну так и без детей же, что перед вдовами и разведёнками, бэушными с довесками — неоспоримое преимущество. Ну да, ещё готовить, конечно, надо научиться, но это ведь теперь так или иначе придётся, так что это и выносится за скобки как неизбежное во всех случаях. Да, над всем этим надо на досуге хорошенько подумать.
А у куркульш этих в забавную сторону тема их болтовни свернула — на мужей теперь друг дружке жалуются — наорали на них типа безвинно, а одна ещё и затрещину от своего схлопотала, когда попыталась руки в боки упереть. Спасибо хоть, не в торец! А за что, спрашивается? За то, что за порядком в квартире следили и домашний уют создавали, заставляя мужиков весь лишний хлам в гаражах держать? Мало ли, что инструмент? Если нужен будет, то и в гараж за ним сходит, не сотрётся! Вот варенья с соленьями, маринады и картошка, большая часть которых тоже в этих гаражах хранилась, чтобы не захламлять ими квартиру — вот это действительно трагедия! А им всё железяки эти ихние! Гаражи-то эти где? Правильно, эта сталинская городская застройка для простого советского народа не предусматривала массовых частных автомобилей, так что кооперативные гаражи не у жилых домов, а все вдоль ближайшей железной дороги, которая как раз на границе между Днепровским и Вознесенским городскими районами. Там они и остались, вместе со всем остальным городом. И опять в лучшем положении оказался кто? Нищеброды, у которых вообще не было гаражей, и всё нужное им захламляло ихние квартиры к недовольству их жён, у кого они были. Теперь-то такие, небось, ощущают себя королевами Шантеклера!
По части всякого железного хлама Аня прекрасно их понимала. Да разве место этим грязным железякам в приличном жилище приличного человека? Если понадобится в кои-то веки, так ремонтные бригады со всяческими ЖЭКовскими сантехниками на что? С какого перепугу ей свои руки всем этим марать, когда лузеры эти есть, ни на что лучшее не годные? Вот если нет денег заплатить им — правильно, тогда марайся сам, но железяки — правильно, не сотрёшься от того, что в гараж за ними сходишь. Зато по части запасов, о которых все эти куркульши неподдельно горевали, менеджерша с трудом удерживалась от злорадной усмешки. Так вам и надо, лузершам! А то домашнего уюта вам подавай, прямо как у приличных людей! Да кем вы себя возомнили, спрашивается? Правильно их мужики обозвали — дурынды и орясины стоеросовые, стервы и ходячие стихийные бедствия.
И досаднее всего Ане было осознавать, что и сама такая же, если не худшая. Ну вот нафига она на сталинку эту польстилась, когда ей предлагали ещё лучшую квартиру в нормальной современной новостройке? Престижный исторический район? Ага, вот с этим быдлом в придачу! Но фиг даже с ним, фиг даже с намного более приличным окружением там, главное — жила бы там, так и не попала бы сейчас в эту передрягу с этими лузерами, а так и продолжала бы наслаждаться своей нормальной современной жизнью в нормальной современной цивилизации. Возможно, даже пожалела бы при случае этих несчастных. Ну и не дурында ли она после этого, в самом-то деле?
— Вы чего так мало привезли? — наехала бабка Меланья, ныне шеф-повариха, на бойцов экипажа пожарки, — Нам на готовку еле хватает, потом посуду ещё чем-то мыть, да чистоту на кухне наводить, и людям ещё для питья надо воды накипятить, а вы половину цистерны только привезли, лентяи! Вот ужо нажалуюсь я на вас Семеренко, да снимет он с вас стружку так, что не обрадуетесь!
— Жалуйтесь, Меланья Никитишна, сколько влезет, — ответил водила, — Я утром с полной цистерной еле-еле взъехал на подъём. Семеренко в курсе, и возить по этой тропе по пол цистерны — это его команда, и ничего он нам не скажет. Если мало вам этой воды — ждите второго рейса, ещё пол цистерны привезём.
— А нам сколько ещё ждать? — возмутилась баба, стоявшая первой в очереди к питьевому бачку, — Мало того, что кипяток, так ещё и не хватает!
— Что за шум, а драки нету? — поинтересовался подошедший Зозуля.
— Мужикам весь бачок во фляжки разобрали, а нам уже и не осталось! Мы вам что, люди второго сорта? — загалдела очередь, гремя бидонами, канистрами и вёдрами.
— Мужики работают, им нужнее.
— А мы, значит, прохлаждаемся?! — завизжала самая истеричная, — Солнце вон уже как печёт, и что нам теперь, от жажды подыхать?
— Млять, они бы ещё по два ведра каждая себе набирали! — капитан обернулся к своему спутнику, старшему лейтенанту слегка восточной внешности, а тот ухмыльнулся, кивнул и загорланил, подделываясь под Фарруха Закирова:
Горячее солнцеее, горячий песооок,
Горячие губыыы — воды бы глотооок.
В горячей пустынеее мы ищем следыыы,
И вот он, колодец, но нееет в нём водыыы!
Уч-Кутааак, хрен в колодцеее!
Без воды никакой нет защиты от солнцааа!
