Три ночи

Слуга тут же засуетился, доставая новый костюм. Люсьен сдернул с себя галстук и расстегнул жилет. Все его движения были резкими от едва сдерживаемой ярости. Любой уважающий себя банкир обратился бы за деньгами к мужу дамы, а не терроризировал бы ее в собственной гостиной. Но Уигби был далек от самоуважения.
Сейчас он получит надлежащий урок, чтобы у него больше никогда не возникало желания беспокоить жену Люсьена Дюферона.
 
Глава 18
Люсьен ожидал Маркуса Уигби в своем кабинете. Он переоделся в элегантный черный сюртук, черные брюки и жилет бутылочного цвета, оттененный белым галстуком. Люсьен сидел за своим письменным столом и разбирал почту, когда ему доложили о приходе Уигби.
– Садитесь, Уигби. Подождите минутку.
Уголком глаза он отметил озабоченное выражение лица Уигби. Ростовщик определенно не ожидал, что Люсьен вообще отреагирует на его действия, а тем более так быстро. Люсьен еще около пяти минут продолжал изучать бумаги, затем вдруг отложил их и одарил посетителя той зловещей улыбкой, которая заставляла дрожать даже пиратов.
– Рад, что вы пришли, Уигби. Кажется, сегодня вы нанесли визит моей жене.
– А-а... да, это так. По делу.
– Правда? – Люсьен сцепил пальцы. – Разве не правильнее обсуждать деловые вопросы с мужем дамы?
Плотный мужчина заерзал в кресле.
– Мне дали понять, что именно к этому делу вы не проявите интереса.
– Как занятно. Но меня интересует все, что касается моей жены, Уигби. Все.
– Теперь мне это понятно. – Уигби нерешительно улыбнулся. – Приношу мои извинения, Дюферон, если я оскорбил вас.
– О, вы оскорбили меня, Уигби. И очень сильно. Я намереваюсь потребовать удовлетворения.
Ростовщик побледнел.
– Что вы, Дюферон, это же...
– Если только, – продолжил Люсьен тем же вкрадчивым тоном, – вы не расскажете мне, как вы осмелились прийти сюда и расстроить мою жену и почему вы решили, что я не заинтересуюсь этим делом.
Уигби достал платок и промокнул выступивший на лбу пот.
– Ходят слухи, что вы повздорили со своим тестем, и, поскольку это его долг, я обратился за ним к...
– Ага, мой тесть. Вы подумали, что, поскольку я поссорился с бароном Чезвиком, будет разумнее уладить это дело с моей женой.
– Именно так.
– Вы неправильно подумали. – Люсьен больше не старался скрывать свой гнев. – Вы, Уигби, пришли в мой дом и досаждали моей жене делом, которое целесообразнее было уладить между нами. И никакие извинения вам не помогут.
Уигби нервно крутил платок в пальцах.
– Я обмолвился всего парой слов с леди. Просто объяснил ей, что ее отец задолжал мне. И ничего больше.
– Вы расстроили ее, Уигби, а я никому не позволю расстраивать мою жену. Сколько вам должен Чезвик?
– Гм... тысячу фунтов.
Люсьен выдвинул ящик стола и достал оттуда приготовленный заранее банковский чек. Несколькими быстрыми росчерками пера он заполнил бланк, отписав тысячу фунтов на имя Маркуса Уигби. Затем бросил чек через стол.
– Вот ваши деньги, Уигби. И советую вам впредь никогда больше не появляться возле членов моей семьи.
Уигби схватил чек, быстро пробежал его глазами и положил в карман своего сюртука.
– Благодарю вас, Дюферон. Можно считать, что долг полностью выплачен.
– Подпишите эту бумагу. – Люсьен подтолкнул еще один документ в сторону ростовщика. Уигби скосил на бумагу глаза. – Это расписка, подтверждающая, что я оплатил долг Чезвика и вы не имеете больше никаких претензий к барону. Подпишите.
– Конечно. – Уигби подписал бумагу и вернул Люсьену, тот убрал ее в ящик стола. Затем закрыл ящик. – С вами приятно иметь дело, Дюферон, – сказал Уигби, отступая от стола. – Передайте мои наилучшие пожелания вашей супруге.
Люсьен так стремительно вышел из-за стола, что ростовщик отпрянул в испуге, затем повернулся и бросился к двери. Люсьен неторопливо последовал за ним.
– Послушайте меня, Уигби, – угрожающим тоном произнес Люсьен, наблюдая за тем, как ростовщик безуспешно пытался нащупать дверную ручку. – Если я когда-нибудь услышу, что вы крутитесь около моей жены, вас ждет неожиданный и болезненный конец. Вы поняли меня?
 
– Д-да. – Уигби наконец удалось открыть дверь. Люсьен вышел следом за ним из кабинета.
– И передайте всем вашим приятелям, что если кто-нибудь из них потревожит мою жену или любого другого члена моей семьи, то пусть попрощается со своей жизнью.
Уигби ничего не ответил, просто принял от стоявшего в ожидании Элтона свою шляпу и быстро покинул дом. Довольный Люсьен двинулся было назад к кабинету, но обратил внимание на движение на лестнице. Там с открытым ртом стояла Эвелин. Люсьен улыбнулся:
– Добрый день, моя дорогая. Ты хотела меня видеть?
«Добрый день»? Это все, что он мог сказать? Эвелин смотрела на своего мужа, с трудом осознавая то, чему только что была свидетельницей. Она шла с намерением рассказать Люсьену о визите Маркуса Уигби, обеспокоенная поисками выхода из создавшегося положения, а он, как оказалось, уже обо всем позаботился!
Люсьен со смягчившимся выражением лица подошел к основанию лестницы.
– Все в порядке, Эвелин, – успокаивающе сказал он. – Я уже все уладил.
– Ты заплатил ему?
Люсьен начал подниматься по ступенькам.
– Да, заплатил. Тебе больше не о чем беспокоиться.
– А как насчет Хлои? – В голосе Эвелин прозвучала паника. – Боже мой, Люсьен, он угрожал, что причинит вред Хлое!
– Он угрожал? – В глазах Люсьена появился опасный блеск. – Никто не причинит вреда Хлое. Об этом я позабочусь.
– Но могут появиться и другие кредиторы. – Эвелин схватила Люсьена за руку, как только он поравнялся с ней на ступеньках. – Люсьен, ведь неизвестно, кому еще должен отец. Ведь он с ума сходил по игре.
– Если появятся еще кредиторы, я оплачу его долги. – Люсьен ласково провел пальцем по щеке Эвелин. – Ты плакала.
– Я так испугалась...
Люсьен ободряюще улыбнулся:
– У меня много денег, Эвелин, и оплата карточных долгов твоего отца – это не такая уж большая цена за твое душевное спокойствие. Я не хочу, чтобы ты беспокоилась об этом.
– Я не могу тебя понять. Ты же ненавидишь моего отца.
– Но я же не испытываю ненависти к тебе. И не испытываю ненависти к Хлое.
Эвелин закрыла глаза, ощущая, как уходит страх и исчезает нервная дрожь.
– Господи, Люсьен, когда он сказал о Хлое, я не знала, что делать. Потом поняла, что должна рассказать об этом тебе. – Люсьен обнял ее, и Эвелин с благодарностью прильнула к нему, уткнувшись в его сюртук. – Я и шла к тебе, чтобы рассказать, но ты уже обо всем позаботился.
– Очень мило с моей стороны. – Люсьен отклонил назад ее голову и строго посмотрел в ее глаза. – Поверь мне, Эвелин. Пока я жив, никто не причинит вреда ни тебе, ни Хлое.
Эвелин пытливо всматривалась в выражение решимости на его лице, в его серьезные темные глаза.
– Я верю тебе.
– Вот и хорошо. – Он нежно повернул ее и, обняв за талию, повел вверх по лестнице. – Я найму человека для постоянной охраны Хлои и гувернантки, чтобы тебе было спокойнее, но я не думаю, что у нас возникнут какие-то трудности. Всех этих людей, в сущности, интересуют только деньги, которые им должны. Стоит их отдать, и они больше не придут.
Они поднялись на площадку, и Эвелин наконец пришла в себя настолько, что смогла робко улыбнуться Люсьену.
– Похоже, ты неплохо разбираешься в таких делах.
– Из опыта моей растраченной молодости. Раньше мне приходилось вести кое-какие дела с некоторыми лондонскими темными личностями. – Люсьен тихо засмеялся. – С другой стороны, и им приходилось иметь дело со мной, так что они, скорее всего, постараются не злить меня.
– Не сомневаюсь в этом.
Люсьен поднес ее руку к губам.
– Иди к себе, отдохни немного, моя дорогая. У тебя расстроены нервы.
Эвелин ответила глубоким вздохом, но руки своей не отняла.
– Должна признать, они действительно расшатались.