Враг моего врага (СИ)
Призрак минуту молча тупил на меня черными дырками. Что не сказалось на его атаках. Все новые и новые темные щупальца развеивались под клинком моего кинжала. За его спиной, за нами наблюдал Дукат. Его лица я почти не видел, из-за черных лент. Поняв, как я остаюсь на ногах и такой живчик, он в отчаянном усилии махнул перед собой латной рукавицей, с той же легкостью «обрубив» дымную дрянь. А потом захлопнул забрало и рванулся. Назад, к выходу. С трудом, будто очень уставший человек. Призрак не обратил на это внимание.
— Я докажу, — прошипел он в моей голове. Про что это он? А, про вендиката. Все не никак не упокоится. Точно, нежить жи, аутист долбанный. Зациклился. Надо это как-то использовать…
Придумать я ничего не успел — меня с жуткой силой дернуло назад. Я полетел в темноту и вверх. От неожиданности я едва не выронил оружие, а это о чем-то да говорит.
Призрак летел за мной, рядом с ним летела забытая им, но не выпущенная из хватки дымных тентаклей Гвена, мимо меня проносились стены очередного зала с сокровищами. В этот раз не разграбленного.
Почти все мои люди остались у входа. Не могу сказать, что моя борьба с черной дрянью принесла плоды — я не заметил, чтобы её стало меньше. Но я явно переключил внимание нежити на себя. До этого молчаливо лежавшие, люди стали подавать признаки жизни. Я услышал тихие стоны, знакомые мне по полям битв. Неприятные звуки, такие получаются, когда человек хочет кричать от боли, но у него получается только вот так.
Краем глаза отметив стоящие вдоль стен неплохо сохранившиеся деревянные полки, заваленные свитками, я врезался в груду костей. Старые, истлевшие кости с трескам ломались под моим весом, а потом меня потащило по ним вверх. Целый курган, костей. С глухим стуком и мои латы бились черепа, отскакивали, катились вниз, тут же подхватывались лентами ожившей тьмы и водружались на место. Я беспорядочно замахал Крушителем, пытаясь за что-то зацепиться — но груда слежавшихся костей ушла из под ног, оставшись внизу. В темноте я заметил скрючившуюся фигуру. Рудо. Он был довольно далеко, я бы его не заметил, если бы не золотистый ореол вокруг его головы, видимый в моем магическом зрении. Он медленно прижал палец к своим губам. Универсальный призыв к тишине. Впрочем, наша встреча длилась меньше секунды — меня опять рвануло вверх и назад.
Теперь я буквально летел под потолком.
Только сейчас я сообразил, что меня тянет. Улучшил момент, и полоснул веревку, за которую к моей спине был привязан бронзовый меч. Веревка лопнула и я упал на пол. В этот раз с большой высоты и не очень удачно. На бок. К счастью, старые, трухлявые кости покрывали тут пол не меньше, чем по колено. Они смягчили падение, хотя я повредил руку с кинжалом. Пришлось бросить Крушитель и перехватить кинжал правой рукой. Я прогнал по телу лечение, острая, оглушающая боль отступила, в плече и локте что-то хрустнуло. Разбираться, что там, перелом или вывих было некогда. Теперь левая рука слушалась плохо. Очень некстати. Я некоторое время неуклюже ворочался в груде костей, не забывая отмахиваться от постоянно атакующих мое лицо щупалец из тьмы. Некоторое время раздумывал, не захлопнуть ли забрало. Но решил, что жертвовать обзором нет смысла — в забрале всё равно полно отверстий. Хотя, кольчуга вполне спасает. Главное беречь лицо и ладони.
Я с трудом встал. Оглянулся. И понял, что мы на месте.
Знакомая мне по подземельям, которые находились прямо под караэнским Университетом, золотистая сфера. Видно половинку, но я знал, что она круглая, просто половина скрыта камнем. И сильно меньшего размера. Внутри сферы поместились только большой стол с массивным, вычурным креслом. В кресле фигура давно потерявшая человеческий облик.
— Видишь! — прошипел в моей голове призрак. — Я не вендикат! Я жив и великолепен!
Очень спорное заявление. Отсюда видно, что в кресле какая-то дрянь не великолепная.
— Хватит меня своими тентаклями тыкать, — сказал я на русском. И перешел на местный. — Дай посмотрю.
Непрестанные атаки щупальцами не прекратились. Но я и в самом деле подошел поближе. Думать мешали панические мысли о том, где в моих доспехах могут быть бреши. Можно пролезть между задней частью шлема и спиной, там есть зазор, чтобы можно было башкой вертеть. Правда там кольчуга… Можно же в пах пробраться, там кольчужная юбка. Эх, есть же тут и что-то типа кольчужных трусов…
Хоровод моих мыслей замер когда я, наконец, понял, на что смотрю.
Существо на кресле когда-то явно было человеком. Это можно было определить по телу, рукам и ногам, которые были пробиты железными крюками. А вот портретное сходство увы, было утрачено — голова превратилась в здоровенную пасть, как у миноги. Отдаленно напоминала цветок, с четырьмя челюстями-лепестками, усеянными зубами. И гроздьями глаз у основания. Самое омерзительное, что эта конструкция двигалась в такт со словами призрака внутри моей головы.
— Эти дураки думали, что Пелены Япета удержит меня! Но я презрел и время, и силу богов! Узри, моё величие духа! Я воплотил свой дух по ту сторону Пелены! Ничто не в силах меня сдержать…
— Кроме железа, — сказал я.
Остатки дерева и обивки кресла частично истлели, обнажая скрывающуюся под ней конструкцию. Железная, сложная, с пружинами. Прямо виртуозный механизм. Сейчас покрытый красным налетом ржавчины, все еще выглядел солидно. Надежно. Железные крючья сработали как капкан, захлопнувшись и заключив внутри себя существо, севшее в него.
— Даже железо падет перед временем. Я же вечен! — провозгласил этот нахер надо мной. Его тело в кресле в такт прошлепала лепестками пасти. Гроздь белесых буркал неприятно пялились на меня. Невежливо как-то. Так и хочется сблевануть и сжечь тут все.
Меня начало утомлять постоянная необходимость махать перед собой рукой с кинжалом. Но просить нахера перестать тыкать мне в лицо своими отростками я не спешил. Пусть держит меня в тонусе. Куда опасней неожиданная атака. Проблема была в том, что у меня начала уставать рука. Я осторожно согнул левую руку. Боли почти не было, но слушалась она меня плохо. Что хуже, у меня потихоньку утекала мана — похоже, ожившая тьма вытягивала силы и ману даже через железо. Пусть и понемногу, но вытягивала. Я прогнал еще волну лечения через руку. В ней опять что-то хрустнуло и я почувствовал облегчение. Рука стала гнуться лучше, но теперь надо было время, пока восстановленная плоть придет в норму. Я начал сгибать и разгибать руку, «разрабатывать». Все это время пакость, под синхронное чавканье прикованного тела, продолжала бубнить в моей голове:
— Ну, ты увидел то, зачем пришел? Теперь пришло время напитать меня своей сущностью. Но ты силен и бесстрашен. Хочешь, я одарю тебя благословением вечной жизни и ты уподобишься мне? Превзойдешь даже богов!
— Слышь, нахер, — сказал я. — А сколько камней в стенах этого зала?
Я особенно не надеялся на уловки против обычной нежити. Если новообращенные вампиры и вправду так тупы, то в отличии от них та тварь, которые мы встретили под Университетом, легко преодолевала свой аутизм. А этот, судя по всему, старее её раз в сто.
Кстати, а почему нет паралича?
— Нахер? Я Зартан Нахтир! — отозвался обиженным тоном этот летающий кошмар. — Хотя, столько лет прошло, неудивительно, что моё имя исказили. Зато меня помнят, все еще помнят… Тысяча лет! Кого еще помнят? Может тебя, Мирин? Или тебя Терек⁈
При этих словах он подлетал к местам рядом с золотистой сферой. Пол был густо покрыт осколками костей, обрывками одежды и ржавым оружием с обломками доспехов вперемешку. Но сквозь этот мусор проступали линии пентаграммы. На концах лучей которой еще угадывались следы стоявших там когда-то подставок.
— Думали запереть меня? Но мое величие не запереть! Тысячу лет ко мне приходят люди, чтобы коснуться моего величия!
— И ты их жрешь⁈ — уточнил я. — А точно тысячу лет тут сидишь? Я тут на днях датировкой озадачился…
— Я не считал, — ответил не нахер. Задумчиво оглянулся вокруг. — Зачем считать камни?