Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2
— Роберт, привет! — на всякий случай позвонил он будущему родственнику. — Извини, если отвлекаю. Не подскажешь, где Оксана? Не могу дозвониться.
— Привет! У нее звук в телефоне был выключен, сейчас за каталогами поехала. Попробуй перезвонить. Прости, занят, не могу говорить.
— Спасибо! Еще раз извини.
— Все в порядке.
«Перепугался, вот и померещилось. Голова трещит… Пива выпить, что ли? — Генрих приоткрыл дверцу холодильника. — Нет, нельзя. И без того, считай, ночь не спал, а вечером прямой эфир. В душ, и выезжать… На большее нет времени, — на всякий случай он застелил кровать в спальне: вдруг Оксане придет в голову заехать вечером? — Не забыть бы еще полить эти проклятые цветы!..»
— Катя, привет! Ты чего трубку не берешь? — возмутился Потюня. — Третий раз звоню!
— Прости, Веня. Мы тут в песочнице завозились, руки грязные… — плечом прижав телефон к уху, Катя отряхнула ладони. С песком дочь могла возиться часами: что-то сооружала, лепила, украшала листиками, цветочками. При этом, покидая песочницу, никогда не бросала формочки, совочки, ведерки, а аккуратно складировала их в коробку под навесом.
Марта вообще была невероятно аккуратным ребенком! Книжки, карандаши, игрушки без напоминания убирались на свои места; если на одежде появлялось хоть крохотное пятнышко, то она сразу отправлялась в корзину для грязного белья. Откуда это у нее, Катя догадывалась: от отца, отличавшегося заложенной в генах педантичностью и опрятностью.
«Гены есть гены, от них просто так не избавишься», — в который раз отметила Катя.
И постаралась быстрее заблокировать воспоминания о Вадиме. Иначе снова накатят такие грусть и тоска, что впору разреветься.
— У тебя что-то срочное?
— Записал тебя к врачихе!
— К какой врачихе?
— Да к диетологу! Забыла, что ли? И так, и этак ее уговаривал, чтобы приняла, бесполезно: через две недели, не раньше. Посоветовала записаться в лист ожидания на случай, если кто откажется. Пришлось рассказать, что ты известная журналистка, теперь живешь в Германии и приехала на родину ненадолго. Конечно же, подключил все свое обаяние, — не преминул добавить он. — Уломал: вечером примет тебя на дому. Адрес и контакт скину в сообщении.
— Вень, я не знаю, получится ли…
Кате стало неловко — Веня так для нее старается. Но сегодняшнее утро не оставило надежд на то, что отец остыл, смягчился. Стоило ей заикнуться о машине, как заявил, что сегодня ему без нее никак: сначала свозить Кайну на анализы в ветклинику, затем заехать на стройрынок, после еще куда-то. А ведь накануне ни о ветклинике, ни о каких-то стройматериалах речь даже не шла! Но тут вдруг выяснилось, что сарай надо срочно ремонтировать, крышу к зиме подлатать. И далее по списку. И у Арины в медцентре работа с утра до вечера: коллега ушла в отпуск. Так что за Мартой некому присматривать, а тащить ее в город на общественном транспорте нежелательно: и без того засопливила.
Намерения отца были понятны: под любым предлогом лишить ее встреч с нежелательными, на его взгляд, друзьями. Потюня, скорее всего, уже был добавлен в их число. И уж тем более помешать ее встрече с Ладышевым.
Напрасно беспокоится: Вадим хоть и обещал, но так и не позвонил за эти дни. Не позвонит и сегодня, можно не сомневаться: не хочет он с ней ни говорить, ни встречаться. Ну и ладно. Значит, и она не будет его беспокоить. А то нафантазировала себе невесть что! Главное — Марта и ее здоровье!
— Спасибо, Веня, но мне сегодня не на чем выехать в город. Это первое. И второе: Марта подстыла, оставить дома не с кем, — пояснила Катя. — К тому же ты не сказал, сколько она берет за консультацию. Нет у меня лишних денег. Сама как-нибудь похудею.
— Послушай, — не собирался сдаваться Потюня, — ты пойдешь к ней по моей скидке. Это раз. Два: первичная консультация стоит копейки, это я точно знаю. Уверен, что в твоей Германии подобный прием на порядок дороже! Ну, Кать, вдруг она действительно что-то умное скажет? Нет, если ты категорически отказываешься, то я не буду настаивать…
По тому, как он засопел, Катя сразу поняла, что друг обиделся.
— Хорошо, — уступила она. — Постараюсь что-нибудь придумать. В крайнем случае поеду на такси с Мартой. Не выгонит же она, если приду на прием с ребенком.
— Не выгонит! — Потюня повеселел. — А в город я вас сам подкину. К тому же это недалеко, на Сторожевке.
— Где?!
Катя решила, что ослышалась. Уж слишком значимой была для нее эта улица.
— На Сторожевской, в длинном доме вдоль Свислочи. Туда — сто процентов завезу, но обратно никак: с Галкой вчера помирились, вечером в театр идем.
— Доберемся сами. Спасибо за заботу, Веня!
Катя задумалась: надо же, какое совпадение! Ей ведь так хотелось попасть на эту улицу! И хорошо, что Веня не повезет их обратно: прогуляется с Мартой у дома Вадима, заглянет с набережной в окна квартиры…
«Хорошо бы почитать отзывы об этом докторе в интернете, — подумала Катя. — Мнение и рекомендации Вени, конечно, важны, но все же…»
— Доченька, пошли в дом. Песок после дождя мокрый, ручкам холодно, а у тебя сопельки появились, — предложила она Марте.
С одной стороны, это было правдой, с другой — на улице было не по-осеннему тепло, и яркое солнце быстро подсушило песок. К обеду вообще обещали плюс двадцать пять!
— Мамочка, я не пойду, — отказалась девочка, осторожно переворачивая формочку с песком. — Если хочешь, иди в свой компьютер. А я еще здесь поиграю.
Катя улыбнулась: дочь без труда разгадала ее замысел. Ох, уж эти дети! Всё они чувствуют, всё понимают и от рождения подкованы технологически: та же Марта в четыре года управляется с компьютером гораздо увереннее дедушки с бабушкой! И никакого страха, никакого волнения: маленькие пальчики смело нажимают кнопки-символы…
«Нет ничего честнее детской непосредственности… — с умилением посмотрела она на дочь. — У Марты, что ли, поучиться, как с отцом разговаривать?..»
— Привет! — Ладышев приехал на работу в двенадцатом часу дня. — Что тут у нас сегодня? — протянул он руку Поляченко.
— Все по плану, — опираясь на костыль, Андрей Леонидович жестом позвал его в комнату охраны. — Только что проверил новую камеру… Вот… — он настроил монитор на глухой угол забора, где трудились рабочие. — Заканчивают с колючкой, последние пролеты остались. С пропусками тоже порядок, завели новый журнал сдачи-выдачи. Инвентаризация во всех подразделениях в полном разгаре, к вечеру должны закончить.
— Молодец! — похвалил шеф.
— Как Кельвин?
— Плохо, — признался Вадим и дал знак Поляченко следовать за ним. — Печень поражена. Доктора пытаются спасти, но шансов мало… Маму жалко. Не знаю, как она перенесет…
— Зиновьев к вам поехал. Скопирует записи с камер наблюдения — вдруг заметим кого подозрительного. Говоришь, прямо за калиткой что-то с земли подобрал?
— Да. Точно: как мне самому не пришло в голову посмотреть камеры?
— Тебе было не до них.
— Н-да… Давай к делу: как Черненко?
— Умный парень, но дурак: и работу потерял, и срок, скорее всего, получит. Пока дома, под подпиской… Все от нас зависит, вернее от суммы нашего иска по материальному ущербу, — пояснил Андрей Леонидович, медленно поднимаясь вверх по лестнице.
— А как он к нам попал?
— Тяжелый вопрос… — Поляченко остановился на последней ступеньке: то ли хотел передохнуть, то ли готовился озвучить неприятную новость. — Черненко — племянник Красильникова, он его и рекомендовал. Двоюродная сестра сразу после школы родила, воспитывали всей семьей: школа — с золотой медалью, радиотехнический — с красным дипломом. А у нас как раз вакансии появились, вторую группу инженеров в Японию подбирали. Чисто по-родственному как было не помочь с работой?.. Своей вины не снимаю, надо было лучше его копнуть, а не только рекомендации читать.
— Что значит «копнуть»? — не понял Ладышев.
— Диплом, характеристики, собеседования — стандартный подход. Но есть еще кое-какие каналы информации… Выяснилось, что он — игрок. Начинал, как все дети, с компьютерных игр. Парень головастый и уже в старших классах зарабатывал деньги в интернете. Домосед, с любой компьютерной техникой на «ты». Как-то сосед по подъезду принес ему компьютер чинить, разговорились, тот предложил сходить в казино: мол, там с его мозгами можно быстро денег срубить. Повелся, несколько раз действительно выиграл. Но больше проигрывал, немало задолжал тому же соседу. Сестра Красильникова случайно об этом узнала: одолжила денег, оформила несколько кредитов и отдала долги. Сын дал слово, что больше такого не повторится. Конечно же, мать скрыла эту историю от всех и от Владимира Ивановича в том числе. Он, кстати, ждал тебя с утра, но я отправил его по одному делу. Тебе не звонил?