Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2
— Может так сложиться, что некуда будет выходить, — хмуро буркнул Вадим. Раздался звук работающей кофеварки. Взяв чашку с готовым кофе, он вернулся к столу. Вскоре к нему присоединился Поляченко. — Давай рассказывай, что удалось узнать. Машину нашли? Что за марка?
— «Фиат». Проследили по камерам на кольцевой: в районе Машиностроителей пропал. Там промзона, полно гаражных кооперативов, СТО. Информация по «Фиату» у следователей, ищут.
— А номер?
— Заднего не было, передний не читался, замазан грязью. Немудрено после таких дождей… Но, думаю, специально. Плюс туман. Даже цвет не сразу разобрали: то ли вишня, то ли бордо. Но есть отличительная особенность — задний бампер отсутствует. В салоне было трое. Лиц тоже не разобрать даже при многократном увеличении: кепки, козырьки. Тренированные ребята: трехметровый забор без специальной подготовки не перемахнешь. А эти туда-обратно как птички… Жаль, Зиновьев проспал их появление: они недалеко от буса на территорию завода зашли.
— А дальше?
— А дальше можно только предполагать, как внутрь попали… Петрович клянется, что никого не впускал. Вот только следов взлома или отключения сигнализации по периметру не обнаружено: мы с технарями всю систему простучали. С улицы с двадцати двух до шести утра никто не зайдет: только ты, я, вневедомственная охрана и МЧСники. У остальных карточки блокируются.
— А внутри работают?
— Да. Но в коридорах стоят датчики движения: автоматически включается свет, запись. Монитор сразу реагирует красным сигналом. Но датчики есть не везде, только по главному коридору. Дальше идет разветвление. Движение у 12а и 12б, 15а и 15б, 16 не фиксируется. Только так можно объяснить, почему Петрович, если он не замешан в деле, ничего не заметил и не предпринял.
— Но ведь до комнаты охраны они как-то добрались? Иначе как по коридору с датчиками от складских помещений туда не пройти.
— Не пройти, — согласился Поляченко. — Если не отключить.
— То есть некто шибко умный… У нас такие есть?
— Дураков не держим. По сути, любой из наших инженеров сможет. С помощью специальной техники это сделать несложно. Но вот сам периметр можно отключить только с пульта в комнате охраны. А его не отключали, охрана подтвердила.
— Тогда как они проникли?
— Пока не знаю, но и внутри у них не все получилось: в 12а, 12б и 15б они были, а вот в 15а не попали, хотя натоптали у двери прилично. Эти помещения друг напротив друга, бус загоняли в ворота рядом с ними, но в какую комнату могли выгрузить — догадаться сложно: машина загораживала обзор и изнутри, и снаружи. В 15а накануне электронный замок забарахлил, и завскладом не придумал ничего лучшего, как повесить на дверь амбарный с секретом. Ключ был у охраны. Он исчез вместе с жестким диском записи камер наблюдения.
— То есть им нужен был ключ, поэтому и напали на охранника, — подвел итог Ладышев. — А записи с камер забрали, так как, пересекая холл, пришлось перед ними мелькать…
— Скорее всего. Вход и комнату охраны две камеры с разных точек пишут.
— А кто еще знал про замок?
— Охранник, который сдал смену Петровичу, Сифоненко. Собственно, он и обнаружил, что дверь в помещение не закрывается. Коммерческому-то в склады готовой продукции доступ постоянно открыт. Зашел по делам, заметил приоткрытую напротив дверь, сообщил материально ответственному лицу. Рабочий день подходил к концу, он решил повесить замок. Ключ сдал охраннику, тот передал по смене Петровичу.
— Получается, этих четверых — Сифоненко, завскладом и двух охранников — можно смело вычеркивать из списка подозреваемых?
— Однозначно. И еще тех, кто в отпуске: все сдают пропуска на хранение. Таких на сегодняшний день четверо.
— Остаются пятьдесят два, — усмехнулся Ладышев.
— Пятьдесят. Надеюсь, не станешь спорить насчет себя и меня. Еще Зиновьева можно смело вычеркнуть. Да, вот твой новый пропуск, — спохватился Поляченко, протягивая белую пластиковую карточку без каких-либо отличительных особенностей. — Приказ о том, что с завтрашнего дня все уходят в отпуск, я повешу на входе: завтра утром прочитают. Сегодня все должны сдать пропуска, якобы для плановой замены.
— Думаешь, снова полезут?
— Уверен. Они не довели дело до конца. На всякий случай я на ночь двух ребят в охране оставил. Завтра утром привезут колючку, начнут монтировать по всему периметру забора… А ведь я сразу предлагал, — укорил он шефа.
— Моя вина, — удрученно признал Ладышев. — Не хотел эстетику портить, посчитал, что высоты забора будет достаточно. В голову не приходило, что кто-то через него полезет. Как в плохом детективе получилось. Петрович что-нибудь вспомнил?
— Разве что признал, что дреманул. А так — сидел, наблюдал за мониторами, вдруг удар сзади, потерял сознание, свалился со стула. Доктор сказал, что удар был несильный, но профессиональный — вырубили надолго. Голову поранил, когда падал и зацепил край стола. Врачи успокоили, что быстро оклемается.
— Хоть какая-то хорошая новость… Ну что, по домам? Сил нет даже почту читать, — Вадим захлопнул крышку ноутбука, взял сумку с документами. — …Хотел спросить: когда новоселье? — вспомнил он уже в коридоре.
— С электрикой и сантехникой закончили, шкафы собрали, завтра кухню должны завезти. Еще сигнализацию доделать. Зина всем рулит, я там уже неделю не был. Посадит Владика в автокресло, отвезет в садик, а сама на объект.
— Быстро она за рулем освоилась, молодец.
— Если честно, до сих пор не могу привыкнуть, — Поляченко по ходу не забывал осматривать и проверять все двери, окна. — И не только к тому, что супруга водит машину. Мою бывшую во время ремонта квартиры ничего не интересовало. А здесь только успею подумать, что хорошо бы то или это сделать, как вдруг выясняется, что Зина всё уже со строителями согласовала, работы идут полным ходом. С заведующей садиком, что во дворе, нашла общий язык, с местом для малого договорилась в обход всех очередей. Сказала: вот переселимся, обустроимся, и после Нового года выйдет на работу.
— Может, не стоит спешить? Владику только два года.
— Через неделю исполнится, — уточнил Поляченко. — Я тоже твержу, что лучше ему еще дома посидеть. Только разве с Зиной поспоришь? Говорит, что если бы не ремонт в новой квартире, еще в начале лета вышла бы на работу. Егора в математическую гимназию перевела. Далековато, конечно, придется подвозить по утрам хотя бы к метро. Но там рядом с гимназией бывшая свекровь живет, если что, подстрахует. Хорошая женщина. Чувствую, сожалеет, что такую невестку упустила.
Мужчины подошли к выходу. В комнате охраны сидел Дружников и переговаривался по рации.
— Елисеев где? — уточнил Андрей Леонидович, зайдя внутрь.
— Заканчивает обход. В четвертом секторе, — кивнул молодой человек на монитор.
Полутемный до этого экран засветился, на нем появилась мужская фигура, пошла запись.
— На месте. Снимай… — раздалось в рации.
Сотрудник в комнате набрал комбинацию цифр на клавиатуре. Раздался негромкий звуковой сигнал, схема на центральном экране сменила цвет с синего на зеленый.
— Снял, проверяй, — сообщил дежурный собеседнику, что-то пометив в журнале.
Мужчина на мониторе подошел к широким дверям, приложил карточку к стене, роллеты тут же стали подниматься.
— Норма, закрываю… Ставь обратно на охрану. И пометь: у аварийного выхода номер два заменить лампочку. Моргает, скоро перегорит, — снова подала голос рация.
— Понял, включаю… Записал: аварийный выход номер два, лампочка.
— Запись везде работает? — уточнил Поляченко.
— Все штатно, — кивнул Дружников, показав ручкой на красные точки на двух мониторах, одна из которых тут же погасла. — В этой зоне Дима был пять минут назад. После него движения там не было.
— Завтра подключим новые датчики движения внутри и снаружи, установим камеру для дальнего угла стоянки, — доложил Поляченко шефу и повернулся к дежурному: — Если вдруг я задержусь — предупреди смену, что к половине девятого подъедет Яковлев с ребятами. Пусть им обеспечат доступ.