Разрушение (ЛП)

Сорок пять минут спустя я уже был в ангаре, где меня ждал самолет Сен-Жерменов, готовый доставить обратно в Прованс. Сердце бешено стучало в груди. От мысли, что Адриан и Селена в опасности, мне сделалось дурно. Я уже давно не молился, но теперь обращался к Богу. Постоянно повторял молитву, как мантру.
Господи, пожалуйста, пусть они будут в безопасности.
Как только самолет приземлился в Провансе, я поспешил к машине, которую припарковал в дальней части ангара, когда улетал в Лондон. Сел в нее и сделал несколько глубоких вдохов. Я так крепко вцепился в руль, что на руках проступили вены. Мне нужно успокоиться, пока еду домой. Легче сказать, чем сделать. Я несся к замку как одержимый. Не в силах припарковаться на обычном месте, я бросил машину прямо посреди подъездной аллеи, выпрыгнул из нее и поспешил в дом. Эрик мерил шагами гостиную, взволнованно запустив руку в свои светлые волосы.
Он резко вскинул голову и увидел меня. Хмурое выражение исчезло с его лица. Плечи сразу же немного расслабились, но в то же время я заметил, как на его лице появилось выражение настороженности.
— Где они? — спросил я его, когда он остановился передо мной.
— В комнате Адриана, — я бросил свою дорожную сумку на пол и устремился наверх.
Селена лежала на боку, а Адриан безопасно устроился в ее объятиях. Мое сердце словно разбухло при виде этой нежной картины и от чувства, распустившегося в груди, которое стало таким родным теперь, когда бы я ни увидел этих двоих вместе.
— Господи, спасибо, — прошептал я себе под нос. Я подошел к кровати и присел на край матраса. Нагнулся и поцеловал Адриана в лоб, затем повернулся и провел губами по губам Селены. Она пошевелилась и открыла глаза. Несколько раз моргнула, словно приспосабливаясь к окружающей обстановке. Затем застыла и ее рука, обнимающая моего сына, напряглась, и она притянула его поближе к себе. Когда она, наконец, поняла кто я, она ахнула, и страх в ее глазах уступил место облегчению.
— О, мой, Бог, Ремингтон, — хрипло сказала она. Она бросила взгляд на Адриана и медленно разомкнула объятья, чтобы не потревожить его сон. Затем укрыла его до подбородка и повернулась лицом ко мне. В ее глазах стояли слезы, они покатились вниз по ее щекам. Она упала в мои объятия, и я держал ее, когда она уткнулась лицом мне в шею. — Так хорошо, что ты здесь. Когда ты приехал? — ее голос дрожал, а саму ее всю трясло.
— Несколько минут назад.
Она кивнула, но не подняла голову. Я не заметил по ее лицу, что она плакала, когда вошел в комнату. Должно быть, она сдерживалась до этого момента.
Я продолжал обнимать ее, и с каждым всхлипом Селены мои объятия становились все крепче. Я пристально смотрел на мирно спящего Адриана. Мне так сильно хотелось прикоснуться к нему, но не хотелось его будить. Ему нужен отдых после такого ужасного тяжелого испытания.
Мы молчали, и я был благодарен за это. Горло как будто опухло и уверен, что не смог бы и слова вымолвить.
Наконец-то Селена отстранилась и улыбнулась, хотя в ее глазах все еще стояли слезы. Затем она шмыгнула носом и вытерла его тыльной стороной руки.
— Передать тебе не могу, как хорошо, что ты вернулся, Ремингтон. Еще никогда в жизни я не была так напугана.
— Если бы я знал, что произошло, я бы прилетел раньше. Мне так жаль, что у меня заняло это столько времени, ma belle.
Она яростно покачала головой.
— Калеб нуждался в тебе. К тому же никто не мог предположить, что такое случится.
Я посмотрел на нее. Даже в слезах она такая красивая. Она не устраивает мне сцену и не обвиняет в том, что я не оказался рядом вовремя. Вместо этого она думает о Калебе.
Эта женщина удивительная.
— Хочешь поговорить об этом? Рассказать мне, что случилось?
Она глубоко вздохнула и рассказала мне все от начала и до конца. Она дошла до момента, когда в саду зазвучала музыка и когда упомянула, что это был «Танец Феи Драже» я почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом. Селена закончила свой рассказ, я извинился и спустился вниз переговорить с Эриком. Он кратко пересказал мне то, что произошло, и сообщил, что завтра прилетит Жиль с двумя охранниками из его агентства.
 
Мне нужно было проверить еще кое-что, прежде чем я смогу присоединиться к Адриану и Селене. Я прошел к застекленному шкафчику, расположенному между камином и телевизором, открыл его и быстро просмотрел коллекцию CD-дисков. Коробка с саундтреком моей любимой оперы «Щелкунчик» пропала.
Кто бы ни был этот человек, очевидно, он отлично ориентируется в замке. Он также в курсе, какое влияние эта музыка оказывает на меня, и как я ценю ее. Когда мне было тринадцать, мать впервые отвела меня в оперу в Париже. Тогда она встретила Бернара, мужчину, который кардинально изменил наши жизни. Он подарил мне этот диск в качестве подарка на мой четырнадцатый день рождения. В этом диске заключены мои самые сокровенные воспоминания.
Снова попытался вспомнить, выказывал ли я что-нибудь помимо обычного интереса к женщинам, с которыми встречался раньше, но в голову так ничего и не пришло. Но как этот человек нашел дорогу сюда? Мне не дает покоя мысль, что кто-то, кого я знаю, может сотрудничать с этим человеком.
Я закрыл двери шкафчика и вернулся в гостиную. Активировав сигнализацию, я пожелал спокойной ночи Эрику, который по-прежнему выглядел озабоченным, даже после того, как я заверил его, что все произошедшее не его вина. Наконец-то, я поднялся наверх. В голове назойливо крутились мысли.
Селена снова была в кровати, но все еще не спала. Я взял Адриана на руки и жестом показал ей следовать за нами. В своей комнате, я уложил сына на свою кровать, переоделся в пижамные штаны и футболку и присоединился к ним на кровати. Я ни в коем случае не засну, если не буду обнимать их и чувствовать, что они рядом.
  
Глава 22
 
Ремингтон
За последние несколько дней замок посетило много народу. Регулярно заезжала полиция, чтобы осмотреть место происшествия. Они признали, что это был поджог, но я и без них это знал. Все стало так чертовски хреново, и мне начало казаться, что я больше не контролирую ситуацию. Состояние Калеба ухудшилось и врачи решили, что его нужно как можно скорее прооперировать.
Большая часть виноградников уничтожена огнем. Сад и восточную часть замка тоже зацепило, и теперь они нуждаются в ремонте. Я пообщался с матерью и рассказал ей все, что случилось. Она должна прилететь завтра на одном из принадлежащих нашей семье самолетов.
Мы отправимся в Париж, пока замок не отремонтируют, хотя предполагаю, что убедить мою мать покинуть это место бесполезная затея. Я не стал рассказывать ей кто или что конкретно стало причиной пожара. Хотел поговорить с ней с глазу на глаз. Думаю, у нее появятся вопросы, как только она встретится с Селеной, и мне следует быть готовым к этому.
Сегодня мы съездили в город, чтобы вырваться из замка, что в итоге оказалось неплохим решением. Адриан выглядел бодрым и оживленным, а он не был таким с самого пожара.
Сразу же после ужина я вышел, чтобы поговорить с двумя мужчинами из охранного агентства Жиля. Он вернулся в Париж, чтобы выследить человека, который, как он был уверен, стал причиной беспорядка в наших жизнях. Одна из камер в его офисе зафиксировала, что произошло в кабинете, и, судя по очертаниям тела и тому, как фигура человека двигалась, это определенно была женщина. Лицо было скрыто маской и единственное, что ее выдало, это ярлык, выглядывающий сзади на джинсах. Они оказались изготовлены на заказ. После дальнейшего расследования Жиль нашел бутик, расположенный в 10-м округе Парижа.
Чувствуя облегчение, что мы наконец-то сдвинулись с мертвой точки с этим сумасшествием, я повел Адриана в его комнату. Почистив зубы, он забрался в кровать и натянул одеяло до подбородка, а я взял книжку с тумбочки возле кровати, которую он выбрал, чтобы ему почитали на ночь.