Май, весна и апокалипсис. Книга вторая (СИ)

Однако сейчас было не до переживаний и рефлексий, поэтому Гена наклонился над постанывающим коконом, раздумывая над тем, куда ткнуть мечом так, чтобы с одного раза проткнуть оболочку, но при этом не повредить живое содержимое. После коротких раздумий, он остановился на точке между ногами чуть ниже колен — по логике, там должно быть достаточно пустого пустого места, чтобы лезвие прошло, не повредив кожу пренённого человека. Приняв решение, он вполголоса произнес, обращаясь к товарищу по несчастью:
— Если ты меня слышишь и понимаешь, то постарайся не дергаться. Я сейчас буду тебя освобождать, резать буду здесь! — после этих слов он ткнул пальцем в выбранную точку, а когда узник затих, Гена приставил к этому месту острие меча и надавил. Под весом его тела, клинок без особого труда пропорол оболочку насквозь. Узник приглушенно ойкнул и, услышав тонкий голос, Гена сообразил, что в кокон заключена девушка. «Как банально! — усмехнулся он про себя, — Доблестный рыцарь спасает красавицу, попавшую в лапы ужасных чудовищ!.. Впрочем, — мысленно добавил он, оглядевшись по сторонам, — До спасения ещё очень далеко!».
После первого прокола разрезать кокон было уже не сложно и через минуту он окончательно освободил пленницу от паутины.
— Пить! — потребовала она, как только Гена снял остатки кокона с её головы.
— Воды нет, — покачал головой парень, — Система не работает и здесь тоже ничего нет.
— А где мы вообще? И что тут происходит? — спросила девушка, ощупывая себя, — Телефона нет… Ну что за непруха?
— Ты что, вообще ничего не помнишь? — спросил Бородин, осматривая в свете смартфона свою подругу по несчастью. Худощавая, на вид около двадцати лет, одета в темную футболку и спортивные штаны, босая. Больше подробностей разглядеть было невозможно из-за скудного освещения, а фонарик он не включал, опасаясь, что от этого быстро разрядится аккумулятор.
— А я должна что-то помнить? — уточнила она, после чего на секунду задумавшись, сказала, — Я лежала в своей комнате и слушала музыку… Потом внезапно появилась баба Тася, которая умерла шесть лет назад, она сказала, что мне пока рано, и ещё о чем–то предупреждала, — девушка сделала паузу и задумчиво наморщила лоб, — Не помню о чем… А затем я обнаружила, что лежу крепко связанная в полной темноте. и дышать тяжело. Капец какой-то! — она возмущенно тряхнула головой, — Так что случилось?
— Наверное, твой дом оказался прямо рядом с пробоем и тебя сразу вырубило от хлопка, — догадался Гена, — А потом уже Пауки притащили тебя сюда.
— Ненавижу Пауков! — девушку аж передернуло на этом слове, — А сюда — это куда?
— Думаю, с вероятностью девяносто девять процентов пожно предположить, что мы сейчас где-то в другом мире, внутри их улья, ну или как та называется жилище этих тварей, — ответил Гена, — Но сейчас это не главное. Надо думать как выбраться отсюда, пока эти твари не пришли за нами, а я здесь ничего похожего на выход не вижу, — он повел лучом света по сторонам, освещая кривые стены странного помещения.
Девушка, пошатываясь, поднялась на ноги и осмотрелась по сторонам, после чего уверенно заявила:
— Выход я найду, он в той стороне! — она махнула рукой направо от себя, — Но надо постараться освободить других выживших!
— Никто больше не шевелится, — возразил Гена, — Даже если мы освободим кого-то, все равно больше двух человек отсюда не вынести.
— Может получится кого-то привести в себя, — отмахнулась она и стала ощупывать коконы один за другим, — тихонько говоря себе под нос, — Мертвый, этот тоже, не выживет… — перебрав так шесть коконов, она показала на следующий, такой же неподвижный, как и предыдущие, — А вот этот живой, освободи его!
— Откуда ты знаешь? — усомнился парень, у которого стали возникать смутные подозрения в её психическом нездоровье.
— Чувствую! — ответила девушка уверенным тоном, — У меня бабушка была знахаркой… Короче, не теряй время, освободи его и сам увидишь!
Гена предпочел бы убраться отсюда как можно быстрее, но при этом не хотелось обострять отношения возможно с единственным живым человеком, кроме него самого, в этом чужом мире, поэтому он решил более не спорить и постарался как можно аккуратнее вскрыть кокон, на который указала девушка, которая тем временем продолжила ощупывать другие тела, опутанные паутиной, что-то бормоча себе под нос.
 
— Меня, кстати, Гена зовут! — представился он, освобождая голову узника, которым оказался мужчина лет тридцати.
— А меня Лу! — ответила девушка, вернувшись к нему и опустившись на колени рядом с неподвижным мужчиной.
— Странное имя, китайское, что ли? — поинтересовался Гена
— Нет, самое что ни на есть русское, — ответила она раздраженным тоном, после чего резко ткнула освобожденного узника пальцем под ключицу, отчего бедолага резко выгнулся дугой и застонал.
— Ого! Как это ты так? — удивился Бородин, глядя на то, как Лу принялась растирать шею и плечи мужчины.
— Акупунктура — коротко пояснила девушка, а затем вполсилы хлопнула мужчину ладошкой по лицу, отчего тот открыл глаза и спросил:
— Кто вы?
— Мы люди, — ответила Лу мягким голосом, — Мы освободили тебя и привели в чувство.
— А кто я? — задал ещё более сложный вопрос освобождённый мужчина.
— Скоро ты всё вспомнишь! — уверенно пообещала девушка и показала Гене на другой кокон, — Освобождай вот этого!
Парень на этот раз не стал спорить, и, хотя у него ещё оставались серьёзные сомнения в экстрасенсорных способностях девушки, приступил к вскрытию оболочки.
…
— Я никуда не пойду! — с мучительным отчаяньем в голосе заявил бородатый мужчина, которого девушка привела в чувство последним. Это был шестой по счету спасенный, включая Гену и Лу. И с её слов, это был последний выживший в этом помещении. Как объявила девушка, вскрывать другие коконы не было смысла:
— Все остальные мертвы, а нам надо срочно уходить. Скоро сюда заявятся Пауки и тогда нам уже ничего не сможет помочь. Гена! — она подошла к стене их узилища и дотронулась до неё рукой, проруби здесь выход, надо торопиться.
— Вы должны мне помочь! — с надрывом потребовал бородатый, — Где-то здесь должны быть моя жена и дочь! Они могут быть ещё живы, их можно спасти! Вы обязаны это сделать!!!
Виновато покосившись на него, Бородин со вздохом подошел к бугристой стене и пощупал её рукой. Похоже на рыхлый картон, на вид не очень прочный материал. Должно получиться! Отойдя на шаг, он размахнулся и со всей силы рубанул мечом, который с первого удара погрузился в податливую субстанцию на треть лезвия. Действительно, эта стена оказалась не очень прочной.
Потребовалось ещё два десятка ударов и минута времени, чтобы прорубить проход, достаточный для того, чтобы протиснуться взрослому человеку.
— Уходим! — приказала Лу, потянув за собой молчаливого мужика, которого они освободили первым. Тот ещё не пришел окончательно в себя и послушно делал всё, что ему говорили, — Возьми мальчика на руки! — приказала она Гене, и тот закинул себе на плечо подростка пребывающего в бессознательном состоянии.
— Нехорошо как-то! — сказал ещё один спасенный — щуплый парень лет двадцати по имени Игорь, который уже успел практически полностью оклематься. Может, можно что-то сделать?
— Нет! — твердо сказала Лу, бросив взгляд на бородатого, который и не думал уходить с ними, с помощью ножа пытаясь вскрыть очередной кокон, — Живых здесь больше нет, а если мы ещё немного здесь задержимся, то сгинем все. Это его выбор, но если ты хочешь, то можешь остаться чтобы сдохнуть вместе с ним!
Гена ей верил. За время короткой спасательной операции, которая по времени заняла не более четверти часа, Гена по собственной инициативе успел вскрыть несколько лишних коконов, про которые Лу сказала, что там люди уже умерли. И с сожалением удостоверился в точности её вердикта. К тому же он и сам хотел поскорей отсюда выбраться. А если бородатый хочет здесь остаться, то это действительно его выбор. Они сделали всё, что могли и не обязаны здесь помирать.