Май, весна и апокалипсис. Книга вторая (СИ)

Когда мы закончили осмотр, и убедились что в торговом центре живых тварей больше нет, то Валеев подошел ко мне со словами:
— Ну давай, Корень, запускай свою «Разделку», ё-моё!
— Только сразу предупреждаю, — ответил я, твёрдо глядя в его раскосые глаза, горящие предвкушением скорого обогащения, — Один Бьёрн полностью идёт в мой доход. Это будет честно! — по большому счёту, я ведь мог отдать им доход со всех монстров, но не хотелось производить впечатление богатого Буратино. Пусть лучше думают, что у меня тоже каждая монетка на счету.
После моего ответа на лице капитана отразилось ярко выраженное недовольство, смешанное с обидой и жадностью, будто я у него ящик пива отобрал. Однако, немного помолчав и пободавшись со мной взглядом, тот, недовольно махнув рукой, всё же согласился с моей правотой, после чего я активировал карту. Между телами мертвых тварей расстояние было более пяти метров, поэтому каждого монстра пришлось утилизировать отдельно.
Уже первая разделка преподнесла сюрприз — кроме двухсот тридцати ликтов, мне на счет упало и несколько системных карт, которые хоть и имели относительно низкие ранги — не выше четвертого, но всё же удивили меня своим появлением в моей колоде. Однако, немного поразмыслив, я пришел к выводу, что это, по всей видимости, является результатом того, что Бьёрны, как правило, полностью пожирают своих жертв и, видимо, за счёт этого каким-то образом становятся обладателями трофеев. Мне ведь до этого никогда не попадались монстры, которые бы полностью сожрали человека. Да и вообще, я пока очень мало пользовался «Разделкой».
Я не стал скрывать эту информацию от Валеева, и отправил ему на счёт всю добычу полученную с первого монстра, включая карты, частично вернув капитану хорошее настроение. Остальные два Бьёрна также принесли хороший доход в диктах и трофеи в виде карт, которые мы поделили с Валеевым поровну. Далее довольный капитан созвонился со штабом, доложил о результатах боя и, получив указание пока оставаться на месте, приступил к дележу добычи между своими коллегами, которые ушли в релакс, развалившись на остатках мягкой мебели.
А я, удобно устроившись на диване, который к моей радости почти не пострадал при разгроме магазина Бьёрнами, сделал себе увесистый бутерброд из лепешки с окороком — а то сегодня весь в делах, даже не пообедал по человечески. Глянув, как офицеры дружно повернули ко мне головы, я вздохнул, достал ещё восемь лепешек, килограммовый кусок окорока и протянул всё это Грину, который сидел неподалеку, чтобы тот сам разделил пищу между своими сослуживцами.
Затем я с аппетитом откусил кусок от своего бутерброда и приступил к просмотру своих результатов. Сейчас более всего меня интересовали баллы характеристик. Ведь раньше, при наличии ликтов, баллы можно было приобретать в любом количестве, поэтому я особо и не отслеживал, сколько их начисляют за уничтожение тех или иных монстров.
Однако теперь, в результате сегодняшних нововведений, баллы приобретают самостоятельную ценность, так как без них невозможно провести усиление даже при наличии ликтов и соответствующих карт.
Внимательно просмотрев сообщения Системы, я пришел к выводу, что баллы начисляются по разному в зависимости от способа уничтожения монстра или человека. К примеру за Айса, которого я убил с помощью жезла, Система дала только два балла на интеллект. За Бьёрна, убитого во дворе из гранатомета, я совершенно неожиданно получил один балл на силу — очевидно, так Система оценила мой бросок молота. За того Бъёрна, что я убил жезлом, Система раскошелилась на шесть баллов интеллекта и четыре балла удачи. А за последнего монстра, которого я хорошо потрепал молотом и копьём, но добил его всё же гранатометчик, мне насчитали по два балла на силу и ловкость, и по баллу на экстремальное мышление и удачу.
Эти результаты меня всерьёз озадачили — ведь этот день выдался весьма напряженным и боевым, а баллов удалось заработать очень мало — немногим меньше четверти от количества, нужного для усиления всех характеристик. Н-да, с таким черепашьим темпом теперь вообще неизвестно, когда я смогу перескочить на следующий ранг.
 
Далее я посмотрел местные новости, в которых сообщалось, что бой с Бьёрнами в районе эпицентра на улице Юбилейной ещё не закончен. Но это и так было понятно по доносящимся до нас звукам интенсивной стрельбы. А вот другие пробои к этому моменту уже закрылись, но в связи с тем, что основные силы были стянуты против Бьёрнов, там потери оказались довольно большими — ведь противостоять остальным монстрам пришлось по большей части ополченцам, которые не так хорошо вооружены и организованы, как военные и полиция.
Харапинск отделался одним порталом с пауками на Покровской стороне, так что у моих родных всё нормально, если не считать того, что в моём родном городе периодически продолжаются вооруженные столкновения между враждующими районами. Однако наш дом находится поодаль от федеральной трассы, вдоль которой и происходят стычки, поэтому пока беспокоиться не о чем.
Вспомнив о том, что мне звонила Вика, я набрал её номер — всё-таки она сегодня вытащила Гену с того света, поэтому нужно поблагодарить её. Да и вообще, необходимо поддерживать с ней хорошие отношения — по крайней мере до тех пор, пока мои парни не получат от Системы опцию лечения.
— Привет, Миш, ты как? — тревожным голосом спросила девушка, подняв трубку.
— Да нормально всё, сижу отдыхаю, вот увидел, что от тебя был звонок, и позвонил.
— Ох, как хорошо! — выдохнула она с явным облегчением, — А то Гена мне сказал, что тебя вместе с полицейскими на Бьёрнов отправили, а там такой кошмар, здесь столько раненых!
— Где это «здесь»? — уточнил я.
— В центральной больнице, — ответила Вика, — Я ведь Сергею Сергеевичу рассказала про колечко и про то что я маг природы…
— Маг природы? — с удивлением спросил я.
— Да, когда я перешла на седьмой ранг Система предложила мне класс «Маг природы», так что я теперь могу ещё больше людей исцелять, — Вика поделилась со мной очень неожиданной новостью, — А то ведь нечестно будет, если люди будут умирать, когда я их могла спасти. Вот я и рассказала об этом Сергею Сергеевичу, он у нас в училище травматологию преподавал. И вот теперь здесь работаю. А ты ко мне заедешь? — она переключилась на другую тему, — А то я вряд ли в ближайшее время смогу отсюда выбраться, а я так по тебе скучаю!
— Ага, обязательно! — ответил я, думая о том, что она сильно переменилась со времени недавней ссоры, с чего бы это? — Через полчаса, думаю, получится.
— А ты где сейчас?
— В торговом центре «Неаполь».
— А что ты там делаешь?
— Да сейчас уже ничего. Здесь Бьёрны были, но мы всех убили, а сейчас отдыхаем, ждём дальнейших указаний.
— Как хорошо, что у тебя всё хорошо, — сказала Вика нежным голосом, — Ну ладно, я пойду, меня зовут!
Она положила трубку, а ещё пару минут сидел, размышляя над тем, с чего бы это она так изменилась? Я ведь вроде бы дал ей ясно понять, что не собираюсь жениться, а она разговаривает так, будто до сих пор является моей невестой.
Действительно, надо заехать, посмотреть на неё вблизи, а может и получится проверить, не разучилась ли она делать шпагат, а то я уже как-то соскучиться по нему, да ещё и Марину не получается уже второй день повалять, отчего кипящее либидо уже переполняет мои эмоции.
Вспомнив про Тутову, я набрал её номер.
Разговор с лейтенантом полиции был удивительно похож на разговор с Викой — Марина была крайне занята в отделе полиции, и ещё она тоже очень переживала за меня и просила заехать к ней на работу, на что я ответил, что пока не знаю, как у меня дела сегодня сложатся. Я ведь действительно не знаю, получится ли у меня воспользоваться благосклонностью Виктории и получить от неё полное удовлетворение. А от этого как раз и зависит, будет ли мне нужна сегодня благосклонность Марины. Такое вот уравнение с двумя неизвестными.
Немного поразмыслив над текущим моментом, я спросил у Валеева: