Судьбе вопреки (СИ)

Что ж, таково их проклятие. Сама Тида одержима благодетельностью и не может ничего с этим поделать. Жестокая усмешка судьбы разделила сестер на два противоположных лагеря. Они не могли находиться друг с другом больше часа, иначе начинали сражение. И ничто не могло изменить это.
Внезапно глаза посредницы полыхнули огнем, она развернусь –  плащ обвил ноги –  и, пройдя несколько шагов, исчезла.
Они там что, оглохли что ль?!
Чертова спальня заперта, за дверью Миледи, за спиной демон, где проклятые боги?!
Меня подняло в воздух и с размаху ударило о стену. Я застонала от боли в сломанных ребрах, дыхание вырывалось с трудом.
Что ж, вот и пришел мой бесславный конец.
Услышав знакомый рык над ухом, закрыла глаза.
Демон поднял меня за шею, сдавливая ее пальцами.
Его глаза застилала багряная пелена. Все предметы смазались, осталась лишь цель. Но она ускользнула во второй раз, и Константин, слишком взбешенный для раздумий, воспользовался силой. Наконец его жертва изломанной куклой лежала на полу. Он подошел и поднял ее за горло.
Слишком просто, взвыл хищник внутри.
Внезапно сверкающая серебряная молния пронзила пелену. Он моргнул, ослепленный светом, и пришел в себя.
Константин ослабил хватку и посмотрел на девушку в своих руках. Он знал ее. Откуда? Ах да, точно. Она приходила с Лешкой. Что она здесь делает?
Еще одно воспоминание пронеслось в голове. Испуганные карие глаза, соблазнительное тело, прижатое к нему, теплые и мягкие губы... нежная округлая грудь, ее руки на его спине, ее кровь с особым неповторимым ароматом и вкусом.
Что же он наделал?!
Константин вдруг отпустил меня, и я рухнула на пол, от боли перехватило дыхание. Демон негромко чертыхнулся и неожиданно поднял меня на руки. Я распахнула глаза, непроизвольно вцепилась в его шею, отмечая нежность, с которой он прикасался к ребрам, и посмотрела на него. Глаза цвета стали сейчас тревожно мерцали, зрачок едва просматривался, так что мне грозило утонуть в этой стальной бесконечности.
Я с трудом отвела глаза и услышала тихое:
 – Прости...
Повернула голову к демону, мой изумленный взгляд столкнулся с его напряженным. Поддавшись порыву, легко прикоснулась губами к его рту, прикрывая глаза; теплое дыхание прошлось по моим пересохшим губам. Он остановился, обнял меня чуть крепче и поцеловал по – настоящему.
Несмотря на боль в сломанных ребрах и вообще на нелепость всей ситуации, я наслаждалась его вкусом, вдыхала его запах без примеси серы и смерти, чем обычно пахли демоны. И таяла в его руках.
Кот неосторожно задел кость, и я застонала прямо в его рот от боли. Он тут же отстранился, переместил руки и через мгновение уже аккуратно положил на кровать.
 – Ну надо же, какие нежности, –  язвительно донеслось справа. Я повернула голову, сердце пустилось вскачь –  но увидела только Эирона.
 – Когда это ты успел поправиться?
Демон выглядел совершенно здоровым. Вот совершенно! Ни следа усталости, повреждений или чего – то еще, один неприкрытый сарказм в глазах и кипучая энергия в действиях.
Константин, услышав голос брата, резко выкинул руку в сторону –  Эирона снесло с того места, где он стоял, и сквозь дверь и мои нагромождения вынесло из комнаты. Сломанные вещи тут же восстановились.
И дверь тоже.
Прекрасно, теперь я наедине с демоном, который сначала собирался меня убить, а потом целовал.
Хотя... я вела себя не более нормально.
 – Сильно болит? –  озабоченно спросил мужчина. Я, отставив иронию, ответила:
 – Нормально.
Ребра начинали понемногу выпрямляться. Жуткое ощущение, конечно, но это плата за возможность регенерировать.
Однако боль, терзающая все внутри, как – то не способствовала философским рассуждение.
 – Терпи, –  ласково произнес Кот, сжимая мою руку в своих. –  Я буду рядом.
Только хотела поинтересоваться, чем мне это поможет, как провалилась в исцеляющий сон. Последнее, что помню –  лицо Константина над моим.
Когда проснулась, ребра уже срослись. Демона поблизости не оказалось, отчего я неожиданно для самой себя расстроилась.
 
Стоило мне только побороть в себе это чувство, как я услышала шум бегущей воды. Судя по звуку, это был душ. Села обратно на кровать, с которой встала, и закрыла глаза, стараясь убрать картинку обнаженного демона из своего сознания.
Упругое мускулистое тело под мощными струями воды... Капельки стекают по бронзовой спине, концы волос чуть вьются... мои руки касаются его груди, проводят по ней вниз, к основанию ног...
Я покраснела. То, что предстало перед моими закрытыми глазами, поражало своим размером. И откуда такие подробности?
Открыла глаза, ойкнула и тут же закрыла их. Рядом с кроватью стоит воплощение моих грез.
Голое воплощение, если кто не понял.
 – Ты меня звала? Все в порядке? –  чуть напряженно поинтересовался он. Я зажмурилась, борясь с искушением, и хрипло прокашляла:
 – Все отлично.
Голос выдал меня с потрохами. Неприкрытое желание, казалось, повисло в воздухе. Секунда молчания, затем несколько шагов ко мне, кровать прогнулась под чужим весом.
Я молчала, молчал и он. Через минуту я поняла, что он поднимается.
 – А как же поцелуй, пусть и не на ночь? –  выдохнула я и открыла глаза.
От великолепия, представшего передо мной, я чуть было не зажмурилась снова. Но перспектива рассматривания этого образца мужского тела привлекала меня явно больше. Под моим взглядом его член, кажется, поднялся еще выше. Господи, если я –  причина этой красоты, то памятник хочу себе!
Демоническая скорость оправдала себя. И доли секунды не прошло, а Кот уже лежит на мне. Короткие волосы дразнящее касаются лица, руки блуждают по телу, а рот отчаянно впивается в мой. Я притянула его еще ближе, скользя руками по влажному торсу, и с не меньшим пылом ответила на его поцелуй. Волны наслаждения одна за другой накатывали на меня, собираясь внизу живота.
Одна его рука опустилась ниже и легла на мои джинсы. Я застонала, но теперь не от боли, а от сильнейшего наслаждения, огнем пронесшегося по крови. Внутри медленно нарастал пожар, который распространялся по всему телу.
И тут я почувствовала это. Волну силы, накапливающуюся на кончиках пальцев.
Волну, которая требовала выхода.
Я изо всех сил оттолкнула Константина и выбросила руки в сторону двери.
Поток такой мощи, что прошелся по коже ледяным ветром, вырвался на свободу и сокрушил все на своем пути. Мебель не просто подняло в воздух, но разрезало на ленточки, дверь разлетелась на кусочки, снесло даже часть стены. Я с ужасом смотрела, как ощутимая, казалось бы, волна шла все дальше, не останавливаясь. Пальцы чуть покалывало, переведя на них взгляд, осознала, что именно я подпитываю разумом эту волну.
Сзади меня обняли крепкие руки, спина прижалась к чужой груди.
 – Остановись, –  тихо шепнули на ухо.
Чисто инстинктивно я перевернула руки и будто собрала что-то в кулак.
Волна рассеялась.
Что это было?!
 – Не думал я, что хищницы настолько сильны, –  пробормотал как бы про себя Константин, прижимая меня сильнее.
Его слова заставили меня очнуться.
 – Ты знаешь, что это было?
Я повернулась в его руках, оказавшись лицом к лицу. Я успела заметить удивление на его лице.
 – Конечно... А ты разве нет?
 – Нет.
Он уже открыл рот, чтобы, как я думаю, что-то объяснить.
В следующее мгновение в его глазах мелькнуло подозрение, а затем оно стало бесстрастным.
Ну вот и все, горько подумала я, прошла любовь, завяли помидоры.
Он демон, я ночная хищника.
Ты морячка, я моряк, ты рыбачка, я рыбак... ты на суше, я на море, мы не встретимся никак.
 – Елена? –  раздалось за спиной.
Я вывернулась из рук демона и посмотрела на говорящего.
 – Ника?! –  уточнила недоверчиво.
Вероника –  та, что привела нас в этот мир. Она говорила с нами от лица богов, рассказала о правилах, дала на подпись Договор. Неприятное воспоминание, однако. Прикладываешь палец к невинному белому листку с черным напечатанным текстом условий, и будто сотни мелких иголочек впиваются в кожу, а потом документ начинает сосать твою кровь, и на листке проступают кровавые инициалы.