Судьбе вопреки (СИ)

Я упала и замерла, слишком ошеломленная и растерянная, чтобы действовать.
 – Ты понимаешь, что чудом осталась жива?! –  прорычал Константин, угрожающе нависая надо мной. –  Понимаешь, что могла умереть?!
О, я понимала. И не только это.
Я притянула его к себе, заставляя упасть рядом и, прижавшись всем телом, обняла крепко и положила голову на его грудь. То самое неповторимое чувство единения и завершенности тотчас же вернулось.
 – Не уходи, –  прошептала я, не сознавая, насколько жалобно звучит мой голос.
Он вздохнул и властно обхватил меня за талию.
Я закрыла глаза и заснула.
Он со странным чувством, имя которому отказывался дать, наблюдал за спящей человеческой девушкой. На бледном лице выделялись больше глаза с ресницами, бросающими тень на щеки, и от этого синяки под глазами проступили еще явнее. Он непроизвольно сжал руку в кулак, когда заметил свежий длинный порез на щеке.
Они дорого заплатили за это!
Ни один демон не смеет касаться ее. Он не мог описать чувства, возникшие в тот момент, когда он понял, какой опасности она подвергалась. Знал только, что готов был растерзать всех и каждого собственными руками.
Они испугали ее!
Никто и никогда больше не причинит ей боль. Плевать, что она человек. Плевать, что хищница. Она принадлежит ему, а свое он всегда защищал.
И будет защищать.
Катерина проснулась на удивление отдохнувшей. Расслабившись, она грелась на солнышке в твердых и надежных объятиях.
Постойте. Какие объятия?!
Рина открыла глаза. Покосилась на загорелую руку на свое талии и принялась лихорадочно вспоминать, как такое может быть. Последнее, что она помнила, быстро приближающийся пол и тошнотворный запах плесени. Потом –  пустота.
Теперь же она лежала на мягкой кровати рядом с теплым и определенно живым, судя по дыханию, представителем мужского пола в большой незнакомой комнате, по – мужски оформленной в коричневых тонах. Катерина мягко скинула руку незнакомца с талии, запрещая себе паниковать, и повернулась лицом к мужчине.
И очень выразительно выругалась. Мысленно.
Она узнала его. Это тот самый оборотень – недомерок, который похитил ее. Но, что гораздо хуже, он ее ударил.
Катерина дотронулась до подбородка и поморщилась от легкой боли –  и это было вдвойне удивительнее оттого, что регенерация хищниц возрастает во время сна, а сейчас не сработала. Она хорошо помнила боль как от удара, так и от крепкой хватки за волосы.
Единственное, что смущало, это запах. Его не было. Вот не было, и все тут! Для хищниц оборотни пахли шерстью и смертью, проще говоря, по утверждению Ленки, псиной. Но этот самец дразнил нос Катерины неуловимым ароматом лимона и мяты. Опасное сочетание, по ее мнению.
Рина взглянула на мужчину еще раз и нахмурилась. Довольно сложно ненавидеть настолько идеальное существо. Он спал, мощная грудь равномерно поднималась и опускалась, но лицо не было расслаблено. Чуть сдвинулись густые брови, искривились губы. Недлинные, но пушистые и густые ресницы не до конца закрывали глаза, так что казалось, будто оборотень подсматривает за ней.
Какая глупость!
Катерина повела плечами, освобождаясь от мрачной тяжести чужого взгляда. Она чисто по – женски оценила развитую мускулатуру и длину ног, прикрытых от бедер тонким одеялом.
Он лежал на боку, положив одну руку под подушку, а голову на сгиб локтя, и Рина покраснела при виде внушительного бугра под одеялом. Она слышала, что по утрам у мужчин бывает эрекция, но ей не приходилось видеть этого.
Хищница глубоко вдохнула, успокаиваясь. Она осторожно соскользнула с кровати и подошла к старинному зеркалу на стене.
"Это не я, –  с тоской подумал она. –  Инопланетное немытое с нерасчесанными волосами существо заняло мое место".
Женщины! Не существует такого понятия, как женская логика.
Умом Катерина понимала, что нужно искать выход отсюда, на деле же пыталась расчесать и кое – как пригладить волосы пальцами. Обычно блестящие шелковистые, чуть вьющиеся волосы безжизненными сосульками падали на спину. Рина подавила желание застонать.
 
Затем она, к своему ужасу, подошла к оборотню.
Прекрасно осознавая умом всю степень своей глупости, Катерина пристроилась на кровати на колени и тронула мужчину за плечо.
 – Эй! –  позвала она.
Реакция была мгновенной. Девушка сама не поняла, как вдруг оказалась под оборотнем, прижатая к кровати его немалым весом. Твердый член упирался прямо между ее ног.
 – Слезь с меня! –  прошипела она.
Оборотень оживился. Его руки поползли по телу Катерины, поглаживая и сжимая в нужных местах, и хищница с ужасом почувствовала, что начинает приподниматься навстречу его рукам. Самое ужасное, что его мысли по – прежнему воспринимались как вялый, еле текущий ручей по сравнению с морем страсти, разливающимся по комнате. Он спал, несомненно спал, и вытворял все это неосознанно.
Но ей нравилось.
"Один поцелуй, –  сказала она себе. –  Один поцелуй от этого красавчика – оборотня в качестве эксперимента, и я заставлю его проснуться. Один маленький поцелуйчик".
Мужчина не заставил долго ждать. Он властно провел языком по ее губам и, не встречая сопротивления, проник внутрь.
Экстаз.
Катерина играла с его языком, понимая, что лишь подчиняется своему альфе. Радуясь, что он выбрал именно ее, а не любую другую сучку из стаи. Зная, что впереди ее ждут часы бурного и неистового секса.
Его рука скользнула по влажным завиткам, и Рина вдруг очнулась от чувственного забытья. Какой альфа, какая сучка, какой еще секс?!
"Проснись, бешеная псина!" –  проорала она в его голове.
Оборотень вздрогнул, просыпаясь, и отскочил назад. Катерина тихо ойкнул, увидев его в полной боевой готовности и спрятала пылающее лицо в подушке.
 – Что, во имя дьявола, ты вытворяла со мной, женщина?! –  прорычал мужчина.
Рина с удовольствием почувствовала, как ее начинает наполнять гнев.
 – Что я вытворяла с тобой?! –  возмутилась она, поднимая на него глаза. –  Что ты со мной вытворял!
Оборотень застыл, настороженно наблюдая за хищницей. Она же не сводила с него наглых глаз, намереваясь победить в их молчаливом состязании.
В действительности же она пыталась сконцентрироваться хоть на чем – то, только не на той огромной штуке, болтающейся у него между ног.
Ох, пардон. Сейчас она отнюдь не болталась.
 – Рагуил? Все нормально? –  донеслось из-за двери.
 – Отлично, –  отозвался оборотень. Он отвел глаза, подошел к шкафу, раскрыл его, достал и быстро натянул свободные спортивки.
 – А как же рубашку? –  возмутилась Катерина.
Мужчина кинул на нее беглый взгляд и, повторно открыв шкаф, натянул черную майку.
"Немногим лучше, –  мрачно подумала девушка. –  Все так же завораживает".
Тем временем он отомкнул дверь. Внутрь зашел еще один оборотень, от которого ощутимо пахнуло волком. Радует, что нюх при ней.
Вошедший был такого же роста, как и первый –  Рагуил, то бишь, –  а это около двух метров. Катерине, которую природа наградила метром и восьмьюдесятью сантиметрами, пришлось бы конкретно задрать голову, если бы он стоял рядом, чтобы увидеть его глаза.
Так вот, глаза волка –  а она не сомневалась, что второй оборотень именно волк, –  были темно – синими, в отличие от зеленых глаз Рагуила, волосы золотистые, телосложением они похожи, а вот татуировки у них разные. У незнакомого по левой руке от пальцев к локтю –  он был в футболке –  шли надписи на незнакомом Катерине языке и вокруг узоры, напоминающие паучью сеть. Знак Рагуила красовался на правом предплечье, и это –  к изумлению Рины –  был сраженный стрелой орел. Катерина впервые видела такое, а оборотней она повстречала немало. Во – первых, ни у кого ничего не было на правой руке –  она правда не знала почему, –  во – вторых, ей еще не попадались такие странные рисунки. Она и животных – то не видела, а уж подстреленной птицы...