Шанс даётся дважды (СИ)
Утро прекрасное. Папа подарил мне супер навороченный телефон, о котором я просила.
Мне двадцать пять лет
Я всегда представляю тот день, напиваюсь и вижу их, парней, которые меня изнасиловали. Зло должно быть наказано. Папа за меня отомстил. Всем прилетело счастье. Сейчас я рисую лица тех негодяев.
Когда родилась Кристи мне на какое-то время перестали снится сны о том ужасе, что со мной творился.
Часто срываюсь на Кристе. Дочка не виновата - я это понимаю. Но ничего не могу с собой поделать. Я плохая мать.
Кричу на неё. Она пугается и тихо плачет. А я после этого прошу прощения. Это становится нехорошей традицией.
А вчера увидела, как за мной следят…
На этом дневник обрывался.
Я пролистывала дневник, не всё читала. Потом ещё раз сяду и прочитаю подробнее. Пока что времени на это нет. Я немного понимала свою сестру. Мне было жаль, что с ней так жестоко обошлась судьба.
Эпилог
"Когда имя мужчины становится отчеством, ему улыбается счастье…"
(Цитата из интернета)
В нашем доме сегодня шумно. Давид пригласил всех на наше новоселье и заодно встретить Новый год. Какая у меня теперь большая семья! Дашу с Аланом, их беременную дочку Диану я давно воспринимаю, как родных. Не могу того же сказать по поводу свёкра, но он часто стал приходить к нам. Возится с внуками. Они всегда радуются приходу дедушки. Поэтому он сегодня тоже с нами. Вот кто бы мне сказал,что Заур Тамерланович станет частым гостей у нас дома. И бросит свою распомаженную куклу. Перепишет рестораны и заводы на Давида. "Не верю" - сказала бы я.
И мой отец теперь часто заходит к нам в гости. Но мы с ним всё равно, что чужие. Я чувствую,что он пытается во мне найти черты Альмиры. Это очень заметно. Несмоиря на все это с мужем пригласили и его.
Но больше всего меня сегодня радует приезд Генриетты Генриховны. Она не могла присутствовать на родах. А так хотела. Зато сейчас увидит трёхмесячную малышку. В данном случае ключевое слово - увидит. Потому что счастливый папочка не выпускает её из рук. Каждый раз, когда смотрю на них, в душе всё щемит от счастья. И вспоминается как проходили роды. Тридцатого августа потянуло низ живота. Я ещё подумала, что скорей всего роды приближаются. Потянулась на кровати. Давид уже ушёл на работу. Я встала. И тут что-то потекло по ногам. Я поняла, это отошли воды. Срочно надо позвонить Давиду. И тут меня накрыла первая схватка. Первым делом без паники, сказала я себе тогда. Нашла телефон, хоть и не сразу. “Ну вот где он, когда так нужен”. В комнату забежала дружная парочка - Глеб и Кристи. Они-то как раз и помогли мне найти мой айфон.
– Милый, я рожаю, - сказала, превозмогая боль.
– Жди, скоро буду.
– Я лучше доеду до роддома сама. Сейчас только с Дашей созвонюсь. А ты приезжай уже туда.
– Да, хорошо.Тебя отвезёт Витя, наш новый водитель.
Сумка у меня уже была на готове. Только закинула туалетные принадлежности и расчёску. Вышла из комнаты. Сын и дочка же побежали вперёд к Валентине Ивановне. Это ещё одна хорошая и замечательная женщина, которая вошла в нашу жизнь. Данное событие произошло примерно месяца два назад. Мы случайно с ней познакомились на площадке, когда я гуляла с детьми. Недалеко от дома был детский городок. Там располагались любимые качели и горки, которые так нравились мелочи. Я присела на скамейку, на которой уже сидела очень хмурая и какая-то потерянная женщина. Седые волосы, но ухоженные. Подметила, что одежда на ней простая и неброская. Платье с длинным рукавом. Мне эта женщина понравилась, как будто между нами протянулась незримая ниточка.
В дальнейшем эта милая женщина стала незаменима во всём. Готовила и помогала мне с детьми. Ходила в садик за ними, водила на дополнительные занятия. Так как мне стало уже трудно успевать всюду. Иногда чувствовала себя неповоротливой какой-то. Но Давид часто повторял, что он меня любит. И его слова были, как музыка для моего слуха. Как оказывается, важно знать, что ты неповторима. И ты одна единственная для этого мужчины. Опять же мне сложно было поверить в своё счастье. Ведь когда обжёгся на молоке, хочется дуть и на воду.
Они ей закричали:
– Мама, нам скоро сестрёнку родит.
– Мила, ты всё взяла? - Женщина засуетилась.
– Не переживайте, тётя Валя, конечно всё.
– Я провожу тебя до машины. И понесу сумку, - сказала мне Валентина Ивановна.
Мы спустились на лифте. Даже отпустило. Еще посмеялась, может, обратно поедем, рожать я передумала.
– Что ты? - замахала на меня свободной рукой, тётечка Валя. - Вот выдумала ещё.
– За детьми посмотрите.
– Конечно, не переживай. Сейчас тебе надо силами собраться и родить.
– Куда уж я денусь.
– У тебя роды первые были самостоятельные? - Я кивнула.
– Значит, эти пройдут хорошо. - Конечно, но иногда случаются и форс-мажоры. Так только не накручивать себя.
Она усадила меня в авто. И меня накрыла новая схватка. Когда она прошла, я наконец-то смогла взять телефон, который трезвонил, оглушая всё вокруг. Витя со страхом в глазах поглядывал на меня. Боялся, что рожать надумаю в его машине. Ничего, потерплю. Позвонила на номер Даши.
– Так, я всё узнала. Сегодня работает Татьяна Николаевна. Приедешь к приемному покою. И я вскоре тоже подъеду. Только роды она принимать будет. Обычно у своих роды принимать нежелательно. А то накричу на тебя. Ты ещё обидишься.
Я слушала, что говорит Даша. Соглашалась с ней. Молчала, потому что схватки уже стали частыми.
Казалось, что мы едем уже вечность. От боли уже темнело в глазах. Но я знала, что это не надолго. Ещё немного и уже скоро я обниму свою девочку, прижму её к груди. Поэтому я готова была выдержать любую боль. И когда дверь наконец-то открылась, я увидела Давида и улыбнулась ему, постаралась уж точно. Он помог мне выйти. Мы с ним вошли в здание перинатального центра. Там нас уже ждали. Быстро заполнили медкарту и меня сопроводили в родильный бокс.
Муж хотел присутствовать при родах. Ему сказали, где можно переодеться. Но перед тем как мы зашли в лифт, который поднимался в родильный зал. Давид шепнул мне:
– Любовь моя. Я скоро приду. - И поцеловал меня в щеку. Схватки уже накрывали с новой силой. Ответить ему не было сил.
В родильном боксе меня осмотрела Татьяна Николаевна. И сильно засуетилась. Позвонила Даше, которая, как я поняла, уже подъезжала к роддому. Я спросила гинеколога:
– Что случилось? Ответьте мне, пожалуйста. Что не так с ребёнком? - меня тогда накрыла такая паника, что казалось руки затряслись.
– Мила, не переживайте, но ребёночек неправильно повернулся перед родами. Она сейчас сидит вместо того, чтобы идти головкой. Поэтому мы сейчас подготовим операционную. Сейчас придет анестезиолог. Вам поставят укол в спину. Вы будете все слышать. Операция не продлится долго.
Меня повезли на каталке в операционную. Давид стоял около дверей в операционку. И взял мою руку в свою. Пожал её приободряюще.
– Мне жаль, что так выходит.
– О чём ты, Мила?! Через несколько минут ты прижмёшь к себе нашу малышку.
Рук не чувствовала. Всё тело онемело после укола. Но вскоре я услышала самый прекрасный голосочек нашей дочки. Она сразу закричала.
Даша положила мне на грудь мой комочек счастья, показывая мою девочку.
– Вот наша красавица.
– Не прижать к себе. А так хочется. - На последних словах я проваливалась в сон.
Проснулась после операции. Открывать глаза совсем не хотелось. Резь была такая сильная, что аж больно было. Потрогала руками живот. И меня почему-то накрыла паника. Где моя девочка? Как она? Тихо озвучила эти слова. Ко мне подошла медсестра.