Шанс даётся дважды (СИ)

После набрала номер дочки.  Я пыталась переспросить, на каком рейсе она прилетит. Хотела  её встретить в аэропорту. Но доча ответила, что сама доберётся.   
Ближе к вечеру моя девочка уже стояла на пороге квартиры. Мы с ней обнялись. Так соскучились, что не сдержали слёз. 
– Что вы стоите на пороге? Даша, Диана, а ну прекращайте. Устроили потоп. - Взял бразды в свои руки Алан. - Дочь, быстро руки мыть и за стол. 
– Я не сильно кушать хочу. Просто рядом посижу с вами. Но, может, что-то и перекушу. 
– Даш, пойдем на стол накрывать. - А я не знаю, что на меня нашло. Чувствовала, что не просто так моя дочка приехала. Но подожду, когда она сама расскажет. 
– Хорошо, что жаркое ещё не остыло. - Я разложила его по тарелкам. - Ал, у меня что-то неспокойно на сердце. - Прижалась к мужу. Он погладил меня по голове. И в этот момент зашла на кухню дочка. Я отстранилась от мужа. Стеснялась своей дочери. Причины не понимала. Но почему-то испытывала дискомфорт. 
– Родители вы чего как в воду опущенные. Дочь не может приехать и вас навестить? Вы между прочим сами меня вчера напугали. Пап, ты, правда, маме изменял?
– Дочь, мы уже со всем разобрались. Так, садись за стол. Будем кушать, - серьезным тоном произнес муж. Я усмехнулась. 
– Салат вот возьми. Мы старались, - уговаривал хоть что-то отведать из блюд обеспокоенный папочка.
– Да, я вижу. Значит мир?
Мы переглянулись с Аланом. И оба кивнули головой. 
    А дальше разговор потёк на отвлекающие темы. Доча рассказывала о Финляндии. Вспомнили случай на зимних каникулах. Мы катались с горки вместе с Аланом. Точнее, я тогда в первый раз встала на лыжи. Моя девочка потешалась надо мной беззлобно. Но спорт это не моё. Я всего лишь любитель.
– Ну и развлекайтесь за мой счёт. Вот возьму и обижусь, - сказала я им  голосом, в котором чувствовались нотки печали.
– Что ты, моя любимая! Как мы можем! - И они оба опять рассмеялись. Я любовалась их виноватыми лицами. А потом и меня разобрал смех. 
– Шутники вы оба. Ладно. Очень вкусное жаркое получилось. Спасибо за вкусный ужин, дорогой. - Я поцеловала своего любимого мужа в его щетинистую щёку. Потёрлась носом, вдыхая свой любимый аромат моего мужчины. Нотки шафрана, лимона. 
– Да, мамуля права, пальчики оближешь. Теперь я знаю, в кого я пошла. Пап, ты же знаешь, что мама, кроме курицы в духовке ничего готовить не умеет? - спросила дочь. Разве что супы у неё неплохо получаются. - Алан смотрел на дочь. Кивнул. Слова не сказал. Только прижал меня к себе и произнёс:
– Диана, прекращай. У нашей мамы есть другие таланты. 
    Мы прошли в мою комнату. Присели на диванчике. Алан обнял меня. Прижал крепко к себе. Моя дочка села в кресло. Молчала долго, но потом стала рассказывать о своей жизни за границей: 
– Мам, я должна признаться тебе, что я замуж вышла за своего профессора. Видно, за то, что не спросила вас и получила то, что получила. В браке мы нажили только неприятности. Он оказался не таким, каким я его представляла себе. На самом деле он тиран и деспот. Всюду меня ограничивал. И я от него сбежала. Принц. - Скривилась моя дочка и закрыла глаза. 
– Девочка моя, что ж тебе так не повезло. 
– Мама, и ещё я беременна. 
– Ничего себе сюрприз! - воскликнула я. Алан взял меня за руку, как бы успокаивая. Прижал к себе крепче. -  Но меня хоть радует, что профессия у тебя почти есть. Ведь осталось-то совсем немного. И ты можешь поехать, в какую захочешь страну. Работать там. Но у меня возник вопрос, что нам теперь делать? - моя доча была понурая в этот момент. Я встала с дивана и подошла к моей девочке. И обняла её. Она стала обливать мою блузку слезами. Но я и сама плакала вместе с ней. Хорошо, что у моей Дианки есть семья. Поддержка. Опора. То, что я когда-то получила в семье Любани. Она может получить в семье, которую мы сейчас создавали с Аланом заново. Надеюсь, что муж тоже поможет дочке советом. Аборт она делать, надеюсь, не соберется?
Открыла глаза. Посмотрела на мужа. Он задумчиво смотрел в одну точку, а потом произнёс:
 
– Предлагаю такой вариант. Ты рожаешь и оставляешь ребёнка у нас. Мы его воспитываем. А ты устраиваешь свою карьеру. Любое твое решение мы примем, кроме аборта, конечно. 
– Я подумаю, - ответила моя уже такая взрослая дочь. - Пойду к себе. - Она обняла меня. Потом Алана. - Спасибо, что вы такие классные родители. Я вас люблю. - И уже в дверях она обернулась к нам и произнесла: - Об аборте я даже не думала. 
– Мы тебя тоже любим, - ответили мы почти в один голос с мужем. И у нас обоих вырвался вздох облегчения после слов дочери. Мы вместе. Семья. Всё преодолеем. Всё сможем. 
  
глава 24. Наши надежды и тревоги.
 
Мила
    Потекли будни. И начался счёт на каждую секунду. 
Мы повезли Глеба на обследование. И после УЗИ, КТ и МРТ Владимир Антонович заглянул в палату. Я сидела у кровати сына на стуле. Он спал, так как ему ввели снотворное. Я гладила ручку Глеба. И сердце бешено стучало. Давид встал у окна. Я не знала, какие мысли тревожили мужчину. Но мне очень хотелось бы их узнать. Вот только мой милый их не озвучивал. “И зачем мы ему такие проблемные?” - посетило меня, как будто, озарение. Посмотрела на любимого мужчину. Подступила тошнота к горлу. И я вспомнила, что кушала только утром. Моя девочка внутри меня уже активно пиналась. Всё-таки нам было шесть месяцев. Давид не поворачивался и отстраненно смотрел в окно. Позвала его по имени. Но он не услышал. Обидно как-то стало. Но как только он услышал, что открывается дверь в палату, повернулся. И стал внимательно слушать, что говорил Владимир Антонович. Вся отстраненность куда-то пропала. С ним что-то происходило. Скорей всего проблемы на работе. Но он ничего мне не говорил. Я пыталась достучаться до него. Но любимый всегда отвечает: “Любовь моя, тебя не это должно беспокоить. Тебе надо заботится о сыне и нашей дочке. Больше ни о чём не переживай”.  Но как не думать, когда вокруг нас сгущаются тени. 
  – Я договорился  с Университетской клиникой Дюссельдорфа, - сказал нам Владимир Антонович, передавая документы на лечение сына. -  Она является ведущей университетской клиникой во всех областях медицины. Там предлагают широкий спектр услуг в области терапии и диагностики. Специалисты центра ежедневно проводят консультации, на которых пациенты лично могут выяснить все интересующие их вопросы, связанные с терапией Кибер-ножом. Вам там подробно объяснят, как проходит терапия, какие шансы на полное выздоровление, какие риски может нести в себе операция, в чем отличие этого метода от открытой операции и прочее. 
  – Спасибо вам, вы не представляете, что это для нас значит. - Давид подошел ко мне. Встал за моей спиной. Его руки гладили мою шею, плечи, а я плакала. Не могла сдерживаться. Повернула голову. Подняла её вверх и посмотрела на любимого. У него были закрыты глаза. Он весь подобрался и был словно статуя.
  –  Прекратите, Мила. Это моя работа. Теперь необходимо все документы сделать в ближайшие сроки. Желательно с этим не затягивать. 
Сыночек потянулся. Открыл глаза. 
  – Глебушка! Ты как? 
  – Ма, пить хочу. 
Давид опередил меня и налил из кувшина в стакан, который стоял на прикроватной тумбе. Подал мне. Руки тряслись. Но при этом ни капли не разлилось.
  – Ну что, молодой человек, вы молодец, - приободрил Владимир Антонович своего маленького пациента и осмотрел его. - Всё хорошо, смотрю. Только много нельзя, - это уже было сказано мне. - Губы ему только смочите. - Он опять повернулся к моему сыну. - Давай поправляйся, Глеб. - А после обратился уже к моему будущему мужу: - Давид, документы я все переправлю на почту больницы. И позвони мне. До свидания, Глеб. Мила. Давид. - И доктор вышел из палаты.
 
  – Плохо тебе? - спросила сына. И подала ему попить. Давид присел рядом и поддерживать голову сыночка.  Глеб пытался много Выпить. - Сынок не торопись.