Шанс даётся дважды (СИ)

– Ну, если Даша приняла тебя в свою семью. Значит, и для меня ты семья. 
– Спасибо вам. Спасибо. 
– Я ещё ничего не сделал. Иди, Мила, отдыхай. А я завтра же спрошу у Владимира, что лучше сделать и как помочь Глебу.
А ночью мне приснились бабушка и мама. 
– Смотри, пожар, - сказала бабушка Маланья моей маме. А она не пошевелилась, только рукой повела и пожар прекратился. К чему был этот странный сон, я тогда не поняла. Зато позже до меня дошло его значение.
"Нельзя возвращаться к предателям. Нельзя. Локти кусайте, землю жуйте, но не возвращайтесь туда, где когда-то вас предали." Ж.Рено.
 С детским садом как раз таки мне помогла Люба, подруга Даши. Я познакомилась и с ней, когда она пришла к нам домой. Она оказалась хохотушкой. И очень любила рассказывать про своего мужа Феденьку. Даша закатывала всегда глаза при его имени. Но Любашенька видно привыкла к такому жесту. А мне становилось каждый раз от этого смешно. 
    Она меня свела с заведующей садика, Валентиной Ивановной, а та предложила мне пойти к ним няней. Я не капли не сомневалась в этом решении. Пусть малыш будет под присмотром. Да и мне спокойней. 
        Зима потихоньку стала сдавать свои позиции. И в воздухе стало пахнуть весной. На улице ярко светило солнце. Хотелось снять шарф и растегнуть куртку. 
 Мы с чудом вышли из садика и он меня попросил:
– Мам, а можно я шапку сниму. Голову печёт.
– Нет, моя радость. Лучше не стоит этого делать. Простынешь. В садик не пойдём. Этого хочешь? - Он кивнул мне в знак  согласия. - Ах ты, хитрец-молодец. - Рассмеялась я и начала его щекотать. А сын мне:
– Мам, не щекочи меня, я лучше тебе песенку спою:
   Журчат ручьи,
   Слепят лучи,
   И тает лёд и сердце тает.
А после сын спросил:
– Мам, а почему сердце тоже тает. Это, как у Снегурочки сердце растаяло?
– Да, похоже. - Но не успела я ещё что-то добавить, как нас остановил окрик мужа. 
– Мила! -  Я хотела его проигнорировать. Но мелкий бросился к нему с криком:
– Папа! - Он побежал к этому предателю. Я думала, что он не узнает его. Но нет. Что поделать - родная кровь. Да и время же прошло. 
Святослав прижал сына к себе. И давай его спрашивать. 
– Вы где сейчас живёте? 
– Мы у тёти Даши. Она хорошая. А её дочка разрешила взять Плюшку. -  и добавляет - эта игрушка такая. 
Святослав очень внимательно слушает, что говорит сын. Или делает вид. Не пойму пока что. И меня взглядом словно какую-то моль пришпиливает к земле. Не понимаю. На меня чуть ли не волком, а к сыну воспылал любовью. Театр абсурда.
– Мы пойдём, Слава. Я не думаю, что мы снова будем вместе. Прекращай нас преследовать. 
– Мила, прости, я наслушался матери. 
– У тебя своих мозгов нет, что ты готов слушать других? 
– Вернись, пожалуйста. Я всё прощу.
– Нет, Святослав. Это мне надо опустить тебя.  - Я отобрала у него сына и мы пошли дальше. 
Зашли по привычке в парк.
     Я села на скамейке. Мой малыш пошёл кататься с горки. И на качелях. А я опять погрузилась в раздумья, стоит ли возвращаться к мужу. Хочу ли я этого? Навряд ли. Нет. Нет, ни за что. Какими бы пряниками меня не заманивали. Он уже предал нашу любовь. А была ли она? Любовь? Я  безгранично люблю сыночка. Большего мне не надо.  
– Мам, а почему мы с папой не живём? 
Умный у меня сын не по годам. 
– Что ж тебе сказать-то, моё чудо? - Прижала его к себе. - Пойдем домой. Ты весь мокрый. 
– А что у нас на ужин? 
– Блюдо из грузинской кухни. 
– А название? - Мне вспомнился анекдот, поэтому так и ответила. Но если я ему скажу, что блюдо называется"жричёдали", поймет ли он меня. Навряд ли. Зато повеселила себя. Хоть встреча с бывшим мужем забылась. Я землю буду грызть, но ни за что к нему не вернусь. Прежние отношения уже не вернешь. Нельзя склеить чашку. Я никогда никого не била, но как же мне этого хотелось в тот момент. По его смазливому лицу треснуть чем-нибудь тяжелым. И вдруг я резко поняла, ему нужны документы Глеба, чтобы получить квартиру. Я аж рассмеялась от своей догадки.
 
– Мам, а когда мы к папе поедем? - Ничего себе вопросик?  
– Скорее всего никогда, сыночек. 
– Почему? - И что тут скажешь сыну? Ведь не доказать мелочи, что папа бросил маму. Или точнее выставил. Он и не видел того безобразия, что пришлось наблюдать мне. До сих пор перед глазами та мусорка. И наши вещи валяющиеся в куче.
  
глава 17. Ошибки имеющие последствия.
 
"Некоторые ошибки просто имеют больше последствий, чем другие."
Джоджо Мойес. "До встречи с тобой"
       Когда уже стемнело и зажглись фонари, мы направились  с мелким в сторону дома.
        А там всё, что я съела в кафешке благополучно меня покинуло. Неужели та ночь могла иметь такие последствия? Зашла в кухню. Посмотрела на Дашу. Она подала мне сухарики и обычной воды. 
– Держи. Это поможет.  Подозреваю, что ты беременная. - Подмигнула мне Даша. - Тест дать? - Повертев его в руках, я пошла проверять, что мне принесла наша единственная близость с Давидом. Не может же такого быть?
Пойду-ка я протестирую наши подозрения. Мои глаза увеличивались от удивления вместе с тем, как проявлялись две полоски. Всё же беременная. 
– И что мне теперь-то делать, Даш? - Я показала ей результат. 
– Имя-то отца знаешь?
– Знаю, конечно. 
– Что собираешься делать? 
– Даша, ну ты ведь акушер-гинеколог, а такие вопросы задаёшь. Конечно, я буду рожать. Я почему-то уверена, что внутри у меня девочка.
– Ладно, уговорила. Придешь ко мне в консультацию. На учёт встанешь.  Завтра у меня вечерний приём. Идите отдыхайте. 
Уложила свою мелочь спать. Читала ему сказки. Спела раза три колыбельную “Зеленая карета”.
И закрыв глаза, сама словно погрузилась в себя.  Стала разговаривать с маленькой. Счастье в детях. И только в них. Мужчины приходят и уходят. А дети, смотря, как их воспитаешь, будут с нами.
    На следующий день, отработав смену и забрав сына, я пошла с ним к Даше в женскую консультацию.
Но мы так и не дошли.
                 Посреди улицы на перекрестке остановилась чёрный БМВ, как мне показалась, и нас затолкали в машину.
– Что вы творите? - обратилась я к шкафопободомному мужчине. Но ничего не услышала в ответ. Только ощутила, как мне в шею вогнали иглу. 
Приходила в себя я долго. Где я? Был мой первый вопрос. Тёмная комната. Без окон. В помещение не проникал ни один звук. Воздух в помещении был затхлым. Но в то же время было холодно. Видно, что работала вентиляция. Как бы не замерзнуть тут. Я хотела подвигать руками. Не получилось. Мои руки были связаны. Нет, я, оказывается, была пристёгнута к батарее наручниками. 
Я сидела в темноте ещё некоторое время, пока в помещение не зашёл мужчина. Включилась лампочка под косым потолком. И я смогла рассмотреть пространство, где я сейчас находилась. Да уж, в пространстве три на четыре мне было тесно и неуютно рядом с огромным незнакомцем. Эта комнатка использовалась для инвентаря: швабры, пылесос, какие-то моющие средства на полочках. Возле моего плеча с батареи свисала тряпка для мытья пола. 
      Мужчина мог бы быть красивым. Но всё портило его выражение лица. Сдвинутые брови на переносице. Недовольный изгиб пухлых губ. Не красил его и широкий, мясистый нос. Всё это в целом придавало лицу не очень приятное впечатление.
– Зачем вы меня похитили? - спросила и поморщилась. Я хотела сдвинуться с места, но не смогла этого сделать. Боль прострелила всё тело.
– Не хотел обижать вас, девушка. - Участие в его голосе было таким слащавым, что хотелось ударить по его наглому и противному фейсу. -  Зря мои люди так. - Он подошёл и расстегнул наручники. Я ударила его по лицу. - Заслужил. - ответил он потирая щёку и вставая. 
 
– Где мой сын? - срывалась я уже на крик.
– Давай так:  ты мне помогаешь, а я помогаю тебе… - Неприятие было какое-то к этому мужчине. Не могла понять, что именно мне в нём не нравилось. Скорее всего сама ситуация, которая напрягала. Но наверняка и то, что я не помнила, где мой сыночек.