"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— Где ваши телохранители, господа фрайманы? — намеренно называя так шкиперов, спросил я. Великая честь для пирата. Не каждому дан такой «титул» на архипелаге. Таким образом я мгновенно ставлю этих людей на одну доску с Плясуном. Иногда лесть необходима. С ее помощью можно найти себе союзников.
— В южном углу, — мотнул головой Рыжебородый в сторону длинного коридора, ведущего в примыкающие к блокгаузу фортификации. — Дай слово, Игнат, что не убьешь парней.
— Даю слово, Эктор, — кивнул я. — Гусь, Коготь! Заблокируйте этот коридор. Там есть дверь. Подоприте брусом и останьтесь присматривать. Если кто задумает сломать ее, предупредите о последствиях.
— Через окна не полезут?
— Бойницы узкие, жопы застрянут.
— Понял, командор! — кивнул Гусь и бросился вместе с молодым штурмовиком, у которого на лбу было отчетливо вытравлено клеймо. Коготь получил его на пересылке за свои воровские делишки. Ладно, что не душегуб. Этим сразу отсекают правое ухо и заковывают в кандалы. Воров-рецидивистов клеймят.
Я прикинул диспозицию. Знаю, что Джейрис Прохвост, Линди Малыш и Тибисс Плешивый верны Плясуну, и Эскобето точно обозвал их самыми тупыми и не видящими дальше своего носа людьми. Остальные умеренно осторожны, и, если возникнет ситуация, при которой нынешний командор может полететь со своего трона, они своего не упустят. Например, Эктор Рыжебородый — амбициозный капитан, ум совмещает с коварством, а не наоборот. Вот и сейчас он повернулся к Плясуну и прогудел:
— Как это понимать, командор? Ты послал Шура убить Игната? Да этот парень мне состояние принес на прошлогоднем ристалище! И за ним никаких темных делишек не тянется. Может, расскажешь нам?
— Он за нашими спинами шептался с лордом Торстагом, — Плясун уперся кулаками в столешницу. — Мне доложили, что Игнат встречался несколько дней назад с королевским советником. Прямо здесь, на моем острове! Наверное, много чего интересного рассказал про нас.
— Так мы с дарсийцами, вроде, не враждуем, — пожал плечами шкипер корвета «Черный Гриф». Этого парня я знал плохо, но Эскобето утверждал: в случае мятежа он примет сторону Рыжебородого. — За это просто так не убивают. Может, дело совсем в другом?
Его взгляд остановился на сидевшей Тире. Девушка была бледной, но признаков страха не показывала. Она положила руки на колени и молча созерцала происходящее. Шкипер «Черного Грифа» понятливо усмехнулся.
— Что ты имеешь в виду, Хорсли? — рыкнул Плясун. — Здесь, на полу, катаются головы наших братьев, а вы целовать убийцу будете? Чего молчишь? Говори, что знаешь, а не держи язык в заднице!
— Слухи разные ходят, — уклонился от ответа Хорсли. — Наедине с тобой я бы поговорил, но не сейчас…
— Слухи о Тире? — оскалился Плясун, выдергивая из-за пояса пистолет. Щелкнул курок. Если выстрелит — ему хана. Не в том положении командор, чтобы самолично решать вопросы жизни и смерти.
— Ты сам сказал — не я, — Шкипер Хорсли не пошевелился, мрачно смотря на командора. — Хочешь застрелить? Но тогда не доживешь до утра. Мои люди раскатают форт по бревнышкам.
— Бунт решили устроить? — Плясун зашипел подобно лесному коту. — Или с Эскобето за моей спиной договорились? А ведь я чуял запашок, чуял!
— Эй, господа! — решил я загасить разгорающийся конфликт. — Вообще-то я пришел к Плясуну с претензией. Даже головы его корешей принес, чтобы обвинить командора в заговоре против меня.
— Ты меня обвиняешь? — изумился Плясун.
— Я тебя обвиняю в покушении на меня, — подтвердил я. На это и был расчет. Пусть вольные братья не думают, что все затевается из-за Тиры. Девчонка не должна получить ни единого пятнышка подозрения. Корсары не дерутся из-за баб. Их на архипелаге достаточно. А вот за свою честь — с великим удовольствием! Собираясь на Рачий остров, я решил провернуть тот же трюк, что с Римардо — убийцей Элис. Если мне суждено убить Плясуна и взять на себя командование флотилией — никто не посмеет ткнуть пальцем в мою сторону, что я грохнул командора только из-за бабской юбки. Обольщаться не стоит. Не все, живущие на Рачьем, болваны. Догадаются. И тем не менее, традиции соблюдать нужно. — А эти головы будут моим подтверждением. Так что, готов умереть, Плясун?
И тут за столом произошло какое-то оживление. Линди-Малыш, Прохвост и Плешивый схватились за кортики, но на них тут же направили свое оружие остальные шкиперы.
— Не балуй, — предупредил Рыжебородый, держа на прицеле своего пистолета замершего Линди. — Игнат честно поступил, как и положено по нашему вольному закону. Шур и в самом деле был знатной скотиной, и я охотно верю парню. Так что Игнат имеет право на поединок. Дождемся утра, братья?
— Нет, сейчас, — возразил я. — Во дворе форта. При свидетелях. Выводите всех, кто сейчас находится здесь. Будем драться при свете фонарей или костры разожжем. Господа фрайманы, расскажите своим людям, что здесь происходит. Я вызываю на поединок Лихого Плясуна за то, что он послал своих псов отрезать мою голову якобы за связь с госпожой Тирой Толессо. Это наглая ложь.
— Я убью тебя, мальчишка, — прошипел Плясун. — Будем драться на палашах и ножах!
— Условия? — Эктору Рыжебородому не нравилось происходящее, но следовало соблюдать правила дуэли.
— Бой до смерти! — выкрикнул Плясун, в порыве злости сбрасывая со стола посуду. — Если побеждаю я — твоя голова будет торчать на частоколе до тех пор, пока вороны не обклюют твою мерзкую рожу, Игнат! Убьешь меня….
— Я стану командором флотилии Рачьего, — спокойно ответил я. — И «Тира» переходит в мои руки.
И усмехнулся. Мое требование было двусмысленным. Я намеренно не уточнил, какую Тиру имел в виду: бриг или девушку. Было интересно, сообразят ли корсары? Догадливый нашелся.
— Уточни, Игнат, — потребовал Хорсли.
— Бриг «Тира», — улыбнулся я, не глядя в сторону девушки. Знаю, что сейчас она гневно раздувает ноздри. Нет, малышка, было бы глупо ставить на тебя в этот момент. Нам нужен корабль. А тебя я всегда успею защитить. — Флагман перейдет под мое управление, как и весь остров.
— Не всем это понравится, — хмыкнул смуглый шкипер с гладким лицом — аксумец Озман. Тоже из колеблющихся. Вроде бы поддерживает политику Плясуна, но при определенной ситуации может качнуться в другую сторону. Хитер, пронырлив и жутко расчетлив.
— Хватит! — заорал Плясун и пошел к выходу. Остановился возле меня и тихо прошипел на ухо: — Думаешь, я не догадался, какими ты картами играешь? Девку решил у меня отбить? Так я тебя быстро прирежу, чтобы не мучился. А Тире подарю твою голову на нашу с ней свадьбу.
— Отлично сказано! — я выплюнул окурок прямо ему под ноги. — Говоришь, палаш и нож? Пошли, командор, повеселим народ на ристалище.
Глава 10. Лазутчики
Призрак с трудом разлепил глаза и со стоном приподнял голову. Вчерашний огненный аксумский ром давал о себе знать болью и барабанным боем в висках. Какая-то сволочь поселилась в мозгах и самозабвенно выстукивала марш императорских войск. Еще мальчишкой Призрак частенько смотрел на проходившие мимо его дома колонны солдат с барабанами, и ему нравилось, как маршируют ровные ряды, колышутся штандарты на ветру, зычно покрикивают офицеры, поддерживая порядок. Грозно покачиваются стволы тяжелых аркебуз, тяжело ступают по мостовой мощные копыта тягловых лошадей, звенят шпоры кавалерии…
Застонав, Призрак скинул тощие ноги на пол и огляделся по сторонам. Забыл с вечера закрыть ставни окна, и теперь яркое солнце заливает комнату. Мудрец храпит на противоположной стороне, зарывшись в одеяло.
— Чтоб тебя, — проворчал молодой штурмовик, и пошатываясь, подошел к столу, где стоял кувшин с водой. Припал к теплой влаге, жадно высасывая остатки, перевел дух. — Где моя одежда? А… Вот она.
С трудом нагнувшись, Призрак собрал с пола штаны, рубаху, кафтан и жесткую куртку-робу. Где-то должны были быть сапоги. Какого черта они делают возле дверей, он не понял. Кидал в кого-то?