"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Следующий приказ: всё биологическое, что попадёт внутрь, использовать для собственного роста и развития. Тут он и стал фильтровать землю, выкачивая из неё практически всё на свете. И, кроме полезных ископаемых, после него стал оставаться ещё и чистый пляжный песок.
Третий приказ: укреплять стенки тоннеля по мере продвижения. Это избавило от забот и магических нагрузок большую часть моих фамильяров, да и мне развязало руки. Жора, а именно так мы решили назвать червя на коллективном собрании из-за его образа жизни, прогрызал тоннель, подтягивал тело, оставляя песок на месте хвоста, и начинал утолщаться, набухать, пытаясь спрессовать своё тело по максимуму. Это заставляло его твёрдую как камень кожу давить на землю с такой силой, что земля утрамбовывалась, а тело червя нагревалось и прожигало стенки тоннеля. Поэтому и важно было избегать места с большими скоплениями газа. Впрочем, при помощи Фомы мы могли вмиг переместиться к червю и сами укрепить стены другими методами.
  
С укреплением тоже поэкспериментировали. Первый способ: использовать корни да побеги энтов. Правда, их потом приходилось отрезать, чтобы освободить древесных строителей. Но в целом защита получалась очень даже достойная. Второй способ: создание полноценного коридора, укреплённого металлическими листами моего производства. В этой богатой на ману среде, не спеша следуя за червём, я успевал их создавать и с помощью Гри и остальных монтировать. Из минусов: червячок Жорка был ещё маленьким, так что приходилось делать всё едва ли не сидя. Позже, когда червь на пять часов остановился, чтобы пройти через эволюцию, эта проблема ушла: он разросся до двух метров. Нам же оставалось лишь отделывать либо круглые тоннели металлическими листами, либо же докапывать до прямых углов и уже затем укреплять.
В целом, это были первые попытки. Мы многое узнали, пробуя разные варианты. И после того, как червь масштабировал объёмы своего труда и сделал нам первый полноценный зал меньше чем за сутки, в котором можно без проблем хранить добычу с целого излома, включая туши тварей, я понял, что мы точно доведём этот план до ума.
Выбравшись наружу, мы трое суток без отдыха двигались, телепортируясь, в сторону Дантар Сонма, поселения моего брата, которое теперь лишилось своего идейного вдохновителя и защитника. Направление выбрано не случайно — так же, как и место ссылки моего брата в своё время. Изломов пруд пруди, потому война с мутантами, которые в целом сильнее, чем в других местах, идёт практически ежедневно. И всё из-за участка дороги, который практически вплотную приближается к побережью Охотского моря. Если твари прорвутся и устроят здесь своё царство хаоса, до Магадана и наших военных баз и городов на Камчатке мы тогда сможем добираться лишь морем да по воздуху. И такой расклад нас, людей, категорически не устраивает.
Других мест тоже хватало, но здесь и добычи много, и вражеские города плотненько засеяны в паре сотен километров от линии фронта. То что нужно, ведь я планирую маякнуть, чтобы потенциальных преследователей направить по ложному следу.
Я уже приметил себе одно подземелье с мутантами, близкое к передовой, но отправиться к нему не успел. Во время очередного привала перстень рода пробудился, и меня перенесло к отцу. Радость встречи омрачили мои новости об эвакуации родных и последующий рассказ об изменениях в мире, о знаниях, что я приобрёл, и о Домене Эфира, где уже не одну тысячу лет сидит в одиночестве дух предка.
Отец был, мягко говоря, в шоке от услышанного и не знал, чем мне помочь. И это действительно так. Всё, что я мог от него получить, — уже получил. И благодарен ему за это. В тот момент я просто получил возможность выговориться без стеснения в выражениях, и это принесло мне несказанное облегчение.
Я подошёл к стене комнаты с Законами Рода, чья задача была уберечь нас от угрозы, чтобы мы могли продолжать существование и сохранять магию в покое и стабильности. Только вот…
— Несмотря на все предосторожности, нас раскрыли, — вздохнул я и обратился к отцу: — Ты знаешь… Твоё убийство — это, по сути, дело рук врагов прошлого, что уничтожили однажды другие рода магов эфира. Стефания и род Романовых невольно были пешками. Сейчас они готовятся к войне с Орденом.
— Но таких одолеть… Даже они не смогут ничего противопоставить тем силам, о которых ты мне поведал. Что же ты планируешь делать?
— Я? Стать сильнее. Я догадываюсь, почему они так сильны, как и их лжебоги. Власть — это одно. Только вот они в какой-то момент упустили инициативу и частично погибли, после чего решили управлять миром из-за ширмы. Но эта ширма стала столь огромной, что за ней появились ещё одни манипуляторы, направляющие наш с тобой мир по пути прогресса. И сейчас мы находимся на рубеже очередной войны, которая определит на ближайшие восемьдесят или около того лет, кто будет заправлять государственными идеологиями, отдавать приказы императорам и так далее. Всё, что я могу, — это укрепиться в преддверии шторма.
— Мне тяжело сказать, насколько могущественными были Верховные Архимаги древности, но я помню твоего прадеда ещё живым и активным. Он был, пожалуй, сильнейшим из тех, кого я знал. Но даже он исчез однажды… Теперь я знаю, что он угодил в ловушку, но всё же… Власть магии для них, судя по всему, — не проблема.
— Сила многогранна. И магия — лишь одна из этих граней. Я хочу стать сильнее и в плане магии, и в плане тела. Это минимум. А вот максимум… Посмотрим, какие ещё грани мне покорятся. Технологии, артефакты, последователи… Могу лишь сказать, что ошибка лжебогов будет им дорого стоить… — Я указал на низ стены со свободным местом для записи очередного закона. — Ты, к слову, неправ, отец. Тут нельзя ничего записать. Там есть ещё один Закон Рода. Тайный. Он был нанесён на эту стену самым первым главой рода и сокрыт ото всех, кроме Верховных Архимагов на пике силы. Меня ждут на этом ранге, но, видимо, благодаря судьбе, генетике и твоим чудодейственным эликсирам моё развитие идёт иначе, чем у других людей. Я не буду описывать, насколько сложно мне было прорываться к шестому рангу. Могу лишь сказать, что у меня сто Колонн. И преодолеть преграду с уплотнением магии в моих каналах было до безумия сложно.
— Рвались каналы?
— Словно всё тело в лаву окунули.
— Понял… Сто колонн… Надо же. У меня было всего двадцать две, и я считался гением…
— Большой источник, множество каналов маны, их типов, разные векторы направлений потоков маны и эфира. Теперь ещё и врата, очищающие и уплотняющие ману, появились, а в самом источнике — огромная стена, соединяющая самые дальние Колонны по кругу.
— Обычно число стен равняется числу десятков Колонн. В твоём случае этих стен будет в несколько раз больше, чем у остальных людей. Соединить их всех будет долго и сложно. Заметил, как теперь действуют твои Колонны при выплеске маны в источник?
— Нет. Когда они были задействованы, я сражался.
— Понял. И в Сибири такая атмосфера, что опустошить источник намеренно тебе будет не так уж и просто… Ну, просто имей в виду, что теперь Колонны будут отдавать энергию не одна за одной, пока не ослабнут, а все разом. И не только они, а ещё и стены, которые тоже своего рода проводники и хранилища эфира. У меня во время последней битвы, к сожалению, Колонны и стены были все в трещинах. Не восстанавливали эфир после травмы. Надо быть осторожным, когда стараешься превзойти свой предел, не имея маны под рукой. Хорошо хоть, источник цел тогда остался, иначе я бы и ту сволочь не смог прикончить. Так-то хоть ушёл красиво.
  
— А им, кстати, хана. Дочь Грачевского не смогла смириться с поражением и в заговор вступила. Пытаясь убить меня, они умудрились убить человека князя Долгорукого. Идиоты… Их разведка Романовых уже на следующий день за горло взяла. Всех, до кого успела добраться, потому как я не стал оставлять подобное без ответа.
Мы с удовольствием провели эти часы за беседами, компенсируя то время, что не могли встречаться и общаться в прошлом. Конспирация и осторожность разлучили нас, но не оборвали связь отца и сына. Магия нашего мира и сила рода куда могущественнее, чем могут себе подумать некоторые.