"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Как догадалась?
— Это первое, что пришло на ум. Хотя я не слышала о том, чтобы хоть кто-то, кроме редких дарований и сильнейших магов со невероятной волей, Архимагов прошлого и настоящего, мог сопротивляться силе псиоников.
— У меня нет другого выбора. Либо я научусь спокойно блокировать воздействие псиоников так, чтобы они этого даже не замечали, либо кто-то из нас сдохнет. Только вот за смерть псионика меня колесуют, не смотря ни на титул, ни на статус… Лишь отсрочу свою смерть. Так что давай, колдуй ещё что-нибудь.
  
— Хорошо… Отвернись и считай до десяти вслух. Как закончишь, оборачивайся, — предложила Юля, и я выполнил её просьбу.
Обернувшись вновь к ней, заметил к своему удивлению сразу две своих помощницы.
— А теперь попробуй отгадать, где я настоящая, — проговорили обе Юли совершенно синхронно.
— Ну, это легко. Вот это ты, — указал я пальцем на ту Юлю, которая выглядела более живой. — А то мираж, иллюзия.
— Босс… — улыбнулись девушки и покачали головами. — Я же не успела даже сказать, что это испытание будет подобно тесту со своими наградами за успех.
Обе Юли внезапно начали стягивать с себя майки, оставаясь в купальниках.
— Так, стоп. Такая награда мне не нужна. Если я прав, значит, оставляй всё как есть.
— В этом-то и дело… — ответила одна из рыжих и, щёлкнув пальцами, развеяла мираж, — что ты не прав. И зная, как ты к этому относишься, я буду снимать с себя по одному предмету одежды каждый раз, когда ты ошибаешься. Но если вдруг угадаешь, я надену этот предмет одежды обратно. И чтобы замотивировать ещё больше… — коварно улыбнулась плутовка. — Если победа за мной, то могу, вместо того чтобы снять с себя одежду, потребовать снять один предмет одежды с тебя… И ты уж поверь мне, я буду делать всё возможное, чтобы победить и оставить тебя в одних носках, босс.
— Вот же плутовка… Хах, а мне нравится! Идёт!
— Только вот есть ещё фактор удачи… Если трижды угадаешь либо поймёшь, где я настоящая, тогда усложню задание.
— Согласен, — кивнул я и начал разгонять эфир по телу, большую часть перекачивая в мозг, ведь, как всем известно, именно через него псионики влияют на своих жертв.
Посмотрим. Быть может, наполненный эфиром мозг будет лучше сопротивляться этой коварной магии…
* * *
Три часа спустя.
— … девять, десять.
Я повернулся к Юле и напряжённо замер, смотря на усложнённый вариант очередного теста, созданного её бурной фантазией.
Риск был огромным. Я остался в одних носках и трусах, да и Юля имела всего лишь один предмет одежды на себе — тёмно-зелёную нижнюю часть купальника. На лбу выступил пот, когда наши взгляды столкнулись. Наступил судьбоносный момент нашей дуэли.
Юля была хороша. Она дурила меня, как только могла, стремясь к абсолютной победе. Я же сопротивлялся как мог. Я уже прекрасно ощущал моменты, когда мана Юли, заряженная её дикой техникой, которую она изучила самостоятельно, накрывала меня и въедалась в мозг, формируя зрительную, тактильную, слуховую галлюцинацию. Она даже пару раз на обоняние моё пыталась повлиять, но ей не хватало опыта, так что я чётко начинал ощущать фальш во время этих её попыток, выхватывая очки.
Мы оба практиковались. Правда, успехи Юли были выше моих. И сейчас я смотрел на четырёх полуголых девушек, что сидели в позе для медитации, закрыв глаза, и ждали моего вердикта.
Я должен подойти и коснуться плеча настоящей. Ошибусь — и рука пройдёт мимо, развеяв мираж, а я, скорее всего, лишусь последнего предмета одежды на мне, не считая носков, на которые Юля наложила иммунитет. А я, дурак, согласился…
Внешне четыре девушки выглядели одинаково. Они дышали размеренно, полностью повторяя движения оригинала. Лёгкий сквозняк из-под закрытой двери шевелил волосы сразу и на оригинале, и на иллюзиях.
Пытаться отыскать настоящую органами чувств бесполезно. Я это уже давно понял. Надо искать её, используя собственную универсальную магию эфира, а не надеяться на удачу и попытки подловить плутовку.
— Ну что, решай, господин. Я жду. Мы все ждём. Найди меня, или же предстанешь предо мной в том виде, который я ещё никогда не видела.
— Хех… — ухмыльнулся я. — Ты устала. Твои иллюзии не так хороши, как в самом начале. Они не идеальны, так что не думай, что я совсем уж невнимательный.
Я отсёк две иллюзии из четырёх. Волосы на их голове двигались из-за сквозняка не так, как должны были — против ветра.
Оставалось ещё две Юли. Одна сидела ко мне спиной, а вторая — лицом.
«Просто угадывать нет никакого смысла», — решил я и присел, закрывая глаза.
Зрение мне тут уже не поможет, а вот магия — должна. Проблема лишь в том, что у меня нет никакой подходящей техники. Придётся её создать по наитию прямо сейчас, даже если это меня полностью опустошит. И если я провалюсь — значит, провалюсь. И пусть получает свою победу. Заслужила. А я буду думать, пока восстанавливаюсь, как преодолеть эту преграду.
Преграду… Я сидел и пытался уловить отголоски её заклинания, наложенные на меня. Но всё, что я ощущал, — это уже приевшееся свербение в мозгу. Самый первый и явный признак того, что мной пытаются манипулировать.
Я могу ограничить ментальную магию, её влияние. Это я делал уже не раз с регентшей и сегодня с Юлей. Это было моим спасением в паре случаев, когда я оказывался на грани. Выглядело это как щит, который почти что полностью укрывал моё сознание от влияния чужеродной магии. Но было у этой техники целых два существенных недостатка.
Первый: псионик чувствовал, что не может пробиться через мою защиту. Это ощущала и регентша, после чего я экстренно убрал защиту, стал манипулировать своими эмоциями, так как именно их Стефания и считывала.
Юля тоже ощущала моё сопротивление, но, как показала практика, в этом случае она просто усиливала напор, продавливала мою защиту и формировала иллюзию, а я получал такой ментальный удар, что перед глазами всё плыло… Это второй минус жёсткой защиты. Я становился каким-то совсем слабым и совершенно не контролировал себя и свои мысли, будучи опустошённым магом с рухнувшей защитой от ментальной атаки.
В общем, жёсткую защиту я буду тренировать завтра. А сегодня нужно найти другой способ, который должен помочь мне защититься не явно, а незаметно для псиоников.
— Ну и долго мне ждать? Я уже жду не дождусь своего триумфа… — произнесла Юля, но я её проигнорировал.
Нужно что-то более элегантное. Не такое прямолинейное.
— Знаешь, кажется, я кое-что придумал… Только маны совсем мало, восстановлю немного и попытаюсь… — произнёс я, цепляясь за одну мысль, связанную с моими фамильярами.
Я ощущаю их. Между нами идёт «эфирная нить», накачивающая их изменённый монстроисточник моей энергией. Я могу эту самую нить оборвать, расширить или уменьшить. Я могу ощутить, где мои фамильяры, и понять, если их что-то беспокоит. Даже общаться с ними могу, но тут всё зависит от интеллекта, а также строения и работы их мозга. Это магия? Да! Один из её нюансов. Такое вот направление, используемое для контроля и взаимодействия с фамилярами. А какое это направление магии?
Вот тут-то и кроется удивительный ответ. Всех химерологи, маги природники, все эти призыватели и берущие монстров под контроль псионики используют разные типы магии, которые объединяет одно — ментальный контроль. Он разный. Но он есть у каждого, кто работает с фамильярами.
Разделение магов по стихиям и аспектам, безусловно, есть. Но вместе с тем всегда имеют место небольшие исключения из правил. Всегда можно найти среди удивительных родовых техник какую-нибудь, которую нельзя соотнести с основным направлением магии.
  
Вот взять, например, какого-нибудь мага земли. Один может призывать песчаную бурю. Второй способен изменять ландшафт. Третий создаёт из своей маны или преобразует из земли, обычных кусков грунта, металлические штыри. И всё это магия земли. Но вся она — разная. Песчаная буря, например, будет иметь связь с магией воздуха. Изменение ландшафта, возможно, имеет особенности магии пространства. А вот создание металла — это прерогатива магов, способных изменять состояние химических элементов. А это уже магия преобразования.