"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Незамысловатый план отбросил все наши сомнения. Можно сколько угодно гадать, но без сбора объективных данных я сам себе создам головную боль. Вдруг никто и не собирается грабить и разорять постоялый двор? Завтра утром мы раскланяемся со случайными знакомыми, с которыми пришлось переночевать под одной крышей, и уйдем вверх по Рокане. И навсегда забудем друг о друге.
Мы вернулись в трактир. Там уже вовсю шло веселье. Экипажи странных суденышек столпились вокруг стола и азартно подбадривали криками двух игроков, вздумавших покидать кости. Даже Аргай со своими двумя помощниками поддался искушению, разглядывая катающиеся по столу кубики с потертыми гранями, что увеличивало фактор случайности в ту или иную сторону до абсолютных величин.
А вот Боссинэ и его собеседников в зале не оказалось. Мы встали рядом с Аргаем и увлеклись зрелищем. Хотелось развеять скуку, прежде чем идти спать.
Я обратил внимание, что не каждая комбинация являлась выигрышной или проигрышной, только определенные парные числа, а значит, шла игра в барбут — весьма популярный среди моряков, будь то пираты или обычные матросы купеческих кораблей, способ заработать денег. Здесь таилась еще одна хитрость, которую не зная, неопытный игрок мог серьезно проиграться. Например, пока кости в воздухе, бросающий мог сказать «вари», то бишь «наоборот». В этот момент все выигрышные комбинации становятся проигрышными, и наоборот. Так что без доли везения или авантюризма играть в барбут лучше не стоит.
Судя по отчаянно взвывшему игроку, сидевшему к нам спиной, удача не помогла. После его броска упали кости один-один. А это и был проигрышный вариант.
— Надо было крикнуть! — его похлопали по спине и вытолкали со скамейки.
Эта пара игроков рубилась друг с другом очень долго. Ни одна из нужных комбинаций упорно не хотела выпадать. Азарт уже висел густым облаком над столом, с краю высился столбик из щербатых и потемневших монет. Банк рос с каждым новым броском. Даже знаменитое «вари» не помогало.
— Не иначе морской дьявол заглянул к нам на огонек, — громко произнес молодой сухощавый парень с бледным вытянутым как у крысы лицом. — Словно хочет кому-то куш отдать.
На него сразу же зашикали и пожелали провалиться в выгребную яму, если он еще раз упомянет Кракена. Пожилой, но еще довольно крепкий моряк с седой неопрятной щетиной с размаху врезал по затылку излишне говорливого товарища, словно мало было ему напутствий от других.
— Не упоминай всуе дьявола из бездны, если не хочешь навлечь беды, — назидательно произнес он и почему-то бросил взгляд на виконта, скрестившего руки на груди. — Сударь, я вижу на вашем лице интерес. Не желаете ли сыграть?
— Меня мама ругала за игру в кости, — усмехнулся виконт. — А я мальчик послушный, ее советы и уговоры, как и розги, запомнил на всю жизнь.
— Я же сразу понял, что вы умеете кидать кости, — моряк с щетиной почему-то решил любым путем затянуть Нима в игру. Возможно, хотел, чтобы его товарищи ободрали виконта как липку. — Не желаете показать свое умение?
— Боюсь вас огорчить, сударь, — ни один мускул не дрогнул на лице дворянина. — Когда я заберу все деньги из ваших карманов, вы будете кричать, что я обманом завладел банком.
В ответ раздался веселый смех. Речные бродяги стали уверять его, что скорее благородный господин опустошит свой кошелек, ибо нет лучше игроков на Рокане, чем они.
— Виконт, даже не вздумайте, — прошипел Аргай, стоявший рядом с нами. — Эти наглецы только и ждут момента, чтобы вас ограбить. Знаю я, каковы их намерения!
Ним Агосто как-то странно усмехнулся и стянул с рук перчатки, что послужило знаком для зрителей. Все зашумели в предвкушении серьезной игры.
— Вы хорошо подумали? — я тоже не был в восторге от идеи своего второго нанимателя. Слишком уж виконт показался мне самонадеянным. Да здесь не авантюризмом пахло, а обычным безумием. На хрена ему сдались эти кости? В подобных случаях на статус игрока здесь не смотрят. Начнет Ним проигрывать, занервничает, сорвется — и самое легкое, что случится, нам накостыляют по шее.
— Абсолютно, — кивнул Агосто и спросил у щетинистого моряка: — Когда я могу сесть за стол?
— Да вот сейчас Аминторе профукает последние гроши, и пожалуйте, — ухмыльнулся как-то уж нехорошо этот пожилой волчара.
Ждать пришлось недолго. Проигравший со злым ворчанием поднялся с лавки, и тут же толпа расступилась в сторону, давая виконту возможность занять его место.
— Каков будет банк? — поинтересовался Ним. — Так же по четвертинке или сразу по два серебряных гроша?
— Можно и золотым рискнуть, — вякнул кто-то из зрителей.
— Милейший, за ставку в золотой я обдеру вас до исподнего, а мне этого не хочется, — хладнокровно произнес виконт. — Итак, кладем в банк по два гроша. Сами потом благодарить меня будете.
Он первым положил в очерченный мелом круг две потертых серебрушки, и выпрямил спину, как будто готовился не к киданию костей, а к изящной дуэли на шпагах.
— Победитель кидает первым, — объявил условие низкорослый соперник с короткой шеей, едва не вросшейся в плечи, отчего выглядел несколько несуразно. К тому же рябое лицо с тонкими бровями и маленькими ушами создавали странную ассоциацию с каким-то сказочным существом, умеющим только пакостить.
— Ради бога, я не собираюсь оспаривать правила, — ответил виконт. — Давайте начнем побыстрее, а то я чертовски устал за день, хочу отдохнуть.
Глава 7. Такие разные игры
Рябой в ответ только ухмыльнулся; загреб кубики и кинул их в оловянный стаканчик, весь потертый от хватавших его многочисленных пальцев. Затряс, переворачивая и так, и этак, пока не убрал ладонь, чтобы выбросить кости.
У каждого игрока есть свои приемы, отточенные до автоматизма, считая их наиболее приемлемыми в любой ситуации: кто-то аккуратно кидает так, чтобы кубики ложились рядышком, словно примагниченные друг к другу, другие швыряют их остервенело, чтобы получился большой разброс, иные умельцы умудряются выбрасывать их так, что они долго крутятся на гранях, пока не лягут в некой последовательности. Но в одном все уверены: именно такой способ позволит сорвать куш.
Соперник виконта дернул рукой, которой держал стаканчик, и кости выкатились на стол, лихо прокрутились на гранях и застыли в комбинации два-три. Что означало пустой бросок, и право переходило к Агосто. У него ни один мускул на лице не дрогнул. Ни злорадной улыбки, ни облегчения. Показалось, он очень внимательно смотрит на движение потертых матовых кубиков, словно пытается разглядеть в незамысловатой и подверженной случайным механическим воздействиям траектории какую-то закономерность.
Скрипнув зубами от досады, рябой напряженно уставился на руку виконта, взявшего кубики и подкинувшую их вверх. На мгновение замерев Ник сжал их, прикрыл глаза — и закинул в стакан. Начав размеренно трясти его, Агосто успел с усмешкой оглядеть замершую возле стола компанию своего соперника и неуловимым движением выкинул кости. С сухим стуком они прокатились по деревянной поверхности, крутнулись на гранях и замерли, показывая три-четыре.
Пронесся разочарованный гул. Виконт был на грани проигрыша. Рябой от расстройства шарахнул кулаком по заляпанному жиром столу. В банк пошли еще по две монеты от игроков. Снова загремели кубики в стакане. Матрос ощерился и неожиданно, в момент броска выкрикнул:
— Вàри!
Игральные кости шлепнулись на стол, снова совершив кульбит на гранях, и помещение огласилось дикими воплями. Выпала комбинация два-один, по сути своей проигрышная. Но рябой успел произнести заветное слово, которое позволяло превращать поражение в победу. Таковы правила, и виконт об этом знал. Он только усмехнулся и произнес:
— Неплохо!
— Сударь, ваше положение довольно плачевное! — произнес щетинистый. — Нужна сильная пара, чтобы перебить удачу Тибо. Но если она к нему прицепилась, то уже не отпустит.