"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Убивать никого, надеюсь, не надо? — спросила она после долгого молчания.
— По-хорошему, купцу надо очень крепко прижать хвост, — поморщился Котрил, — но там всего лишь артельщики с кучкой охраны. Напугай их до икоты, а дальше посмотрим.
Идея была не совсем хорошая, вернее, очень плохая. Озава держала в уме, что у Сироты есть маг, и потому старалась обезопасить себя со всех сторон. Она заранее, за день до намеченной атаки, приехала в небольшое пастушью деревеньку, находившуюся между Чернявкой и Холмом Блудниц, каким-то чудом нашла лодку, заплатив за нее половину «короны», и переплыла на другой берег реки.
  
Следы своего пребывания она старалась максимально запутать, поэтому еще сотни две ярдов шла пешком, пока не увидела развалины особняка и копошащихся на стенах артельщиков. Озава спряталась в ивняке и внимательно следила за происходящим. Работы шли до позднего вечера, даже в то время, когда солнце нырнуло за далекие холмы, и прекратились с наступлением бархатистых сумерек.
Озава крепко сжимала в руках кристалл гравитона, подаренный ей Котрилом, и задумчиво разглядывала текущую под илистым обрывом воду. Это был совершенно другой камень, с девятью гранями, но тоже приличного качества и с хорошими потоками энергии. Девушка чувствовала, как в нее впитывается сила, излучаемая гравитоном, и перерабатывала ее для дальнейших действий. Она уже решила, что за сюрприз преподнесет для людей Игната Сироты. Сомнения и колебания отброшены. Ей дано конкретное задание, и не выполнить его — значит, разозлить Рэйджа. А разозлить сеньора — значит, лишиться гравитона и дальнейших перспектив рангового роста.
Действовать Озава начала в тот момент, когда время перевалило за ту черту, за которой люди уже с трудом сопротивляются сну. Это относилось к страже, которая должна была увидеть магию во всем своем ужасающем великолепии и создать панику. Чего и хотел хозяин чародейки.
Создание «холодного пламени» не заняло у девушки много времени. Энергии для вытягивания плазменных шаров из гравитона хватило с лихвой. Правда, для четкого контроля за ними нельзя было переусердствовать. Или три-четыре больших сиренево-фиолетовых сгустка, или десяток мелких. Озава выбрала количество для наилучшего восприятия.
И начала свою магию. Она вытягивала из энергетического поля, гудевшего вокруг нее словно туча комарья, сгустки плазмы и ласково оглаживала их ладонями, создавая форму шара. Достигнув нужных размеров, шар отлипал от рук и взмывал вверх, медленно крутясь по невидимой окружности.
Создав целый рой жутких в ночном небе чародейских «сюрпризов», она легким движением руки послала их через Чернявку, а сама обессиленно прислонилась к дереву, желая отдохнуть как можно дольше. Когда вспыхнула Пустошь, девушка внимательно следила за тем, в каком направлении распространяется огонь, мертвящий, всепожирающий и наводящий ужас на людей, спрятавшихся за каменными стенами особняка. И это радовало Озаву. Она не хотела гибели людей, что бы там не утверждал Котрил. Ее наниматель был еще той сволочью, прикрывающейся дворянским титулом. Но… девушку останавливало одно: возможность изучить энергию гравитонов и поднять свою магическую силу с помощью кристаллов. А то, что эти кристаллы у Котрила есть, Озава чувствовала всеми фибрами своей души, кончиками пальцев и кожей.
Магическая атака не прошла даром. Но совсем не так, как ожидала Озава.
Люди Игната Сироты всерьез взялись за поиски человека, сотворившего подобное. И Озава впервые испугалась, когда услышала, что новоявленных сыщиков интересует, есть ли в Акаписе женщина-чародейка или низкорослый мужчина, пусть даже и карлик. Получается, она где-то наследила на берегу Чернявки, что следопыт из команды купца сумел по ним понять, кого надо искать, быстро сузив круг поисков.
А потом к ней в дом заявился долговязый молодой мужчина с выдуманной историей про какое-то проклятие, отнявшее у него силу, ту самую, о которой не принято открыто рассуждать в обществе. Озава сразу узнала в нем помощника господина Сироты, частенько с ним появляющегося в городе. Имя тоже запомнила — Аттикус. Но вида не подала, что ей известны такие детали. То, что он врет про исчезновение мужской силы, Озава и так поняла. Все у того было в норме. Значит, хочет вынюхать, не она ли сожгла вересковую пустошь на землях Сироты.
Самое смешное, что нельзя открыто попросить помощь у Котрила. Люди сразу заподозрят о ее связях с Рэйджем. Разве что посадить парочку человек во дворе и постоянно следить за посетителями? Но и это не выход. Озава полюбила свой уютный небольшой домик с двориком, и пускать туда псов сеньора не хотела. Однако своего нанимателя предупредила, что ее, возможно, ищут. Пусть сам принимает меры. Котрил пообещал защитить девушку.
Вечер выдался теплым и тихим. С моря дул легкий бриз, остужая нагретый за день воздух, насыщенный запахами водорослей, соли и травы, покрывшей густым зеленым ковром близлежащие холмы. К городу еще спешили запоздалые подводы, в порту заканчивали работу грузчики, торопливо сгружая с последних барок бочки, ящики и огромные тюки на причалы. На небе быстро таяли закатные краски, золотистая дорожка растворялась в темных водах гавани. Скоро совсем стало темно, зажглись фонари на стенах лабазов, возле таверн и кабаков, откуда нарастал шум серьезной пьянки. Народ отдыхал.
Озава вышла из «Драной кошки» с корзинкой, наполненной продуктами. Она не любила готовить, хотя в Шелкопадах приходилось самой стоять возле печи, что не прибавляло ей любви к кухне. Зато здесь девушка нашла решение проблемы. Хозяйка вышеназванной портовой таверны милостиво согласилась за несколько золотых крон в месяц снабжать чародейку не только готовым ужином, но и продуктами, из которых ленивая девица могла наскоро приготовить для себя и гостей что-то вкусное. В знак признательности Озава зачаровала почти все горшки и ценную посуду из стекла тетки Самиры, не запросив за это ни гроша. Установив, таким образом, доверительные отношения, обе женщины остались довольны друг другом.
Сойдя с крылечка, Озава неторопливо зашагала по дороге в сторону поселка, уже окутанного непроглядным бархатом ночи. Кое-где светили фонари для портовой стражи, но чем дальше девушка удалялась от оживленной гавани, тем тише и тревожнее становилось вокруг. Тревожнее от того, что откуда-то доносились пьяные голоса, а с их обладателями она совсем не хотела встречаться.
Впрочем, это не пугало чародейку. С ее-то возможностями проучить нахальных мужиков не составляло труда. Местные бандиты девушку не трогали после одного случая, когда парочка идиотов из портовой шайки Окурка решили зажать в темном уголке незнакомую и бесстрашную девицу. Озава сначала спалила обидчикам все волосы на голове с помощью «холодного пламени», а потом пожаловалась Котрилу. Если не проучить наглецов — такие вещи будут повторяться.
Незадачливые бандиты исчезли из Акаписа навсегда. Тел их не нашли, хотя все причастные были уверены в их смерти. А вот Окурок самолично пришел к дому Озавы и попросил прощения, уверяя ее в том, что ни один «ночной брат» не позволит себе более подобных выходок.
Озава ему не слишком поверила, но до сегодняшнего вечера у девушки не возникало проблем. Они могли начаться сейчас, потому что чародейка явственно слышала торопливые шаги за своей спиной. И тяжелое мужское дыхание. Причем, не из одной глотки. Кто это мог быть, Озава не хотела думать, поэтому пошла быстрее. До дома оставалось совсем немного, шагов сто. Уже показались знакомые силуэты приземистых хижин и сараев, когда преследователи почти догнали ее.
  
— Куда же ты так бежишь, козочка? — мужской голос со странным акцентом раздался за спиной, и плечо резко обожгло болью. Пальцы у незнакомца оказались словно из железа отлитыми. — Ну-ка, поставь корзинку на землю, побеседуем.
— Кто вы такие? — убежать не представлялось возможным, потому как вокруг Озавы кругом стали трое плечистых, крепких мужиков. От них несло ромом… и морем. Это были матросы с какого-то купеческого корабля или со шхуны «Ленивая чайка», которая вчера встала на рейде Акаписа. Странный корабль, бороздящий моря там, где остальные поостерегутся просто так болтаться на виду летучих флотов. Пираты, скрывающиеся под видом авантюристов, коих развелось в последние годы великое множество. Рыскают по торговым путям, что-то ищут, кого-то перевозят, предлагают разные услуги. В народе их называют «проводниками», хотя более верное слово — контрабандисты.