"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Мое мнение оставалось прежним: Котрил опасается открытого противостояния. Даже потеря шести человек не подвигла его на решительные действия. Кто-то из влиятельных нобилей держит его за руку. На их месте я бы тоже осадил не в меру ретивого и неуправляемого дворянина. Не верилось и в некие феодальные права, позволявшие ему грабить честных торговцев под видом древних кодексов и уложений. За такие фокусы даже аристократа могут на плаху отправить. Значит, имеет место какая-то игра или обыкновенный сговор губернатора, нобилей и купцов. А Котрил — пешка, которую сдадут при первой же возможности, когда серьезная опасность нависнет над важными людьми. Знать бы, что здесь творится… Предположить-то можно: приморский провинциальный городишко стал прибежищем для накопления богатств. Пока королевский взор не обращает на него внимание, нобили занимаются контрабандой и держат местную экономику в своих руках. Слишком красивые у них дворцы, не по чину.
  
Шлюпка, в которой сидели четверо гребцов из экипажа «Тиры» и боцман Пегий, быстро пересекла Чернявку и ткнулась носом в заиленный берег. Пегий в пропотевшей косынке, повязанной на голове, шустро выпрыгнул наружу и поднялся к нам, отдуваясь. Денек и в самом деле был жарким.
— Все осмотрели, — доложил боцман. — Под каждым кустиком, деревом. Поляну исползали на коленях. Нашли костровище в десяти шагах от берега. Я не особо разбираюсь в таких вещах, но слишком оно старое. Давно пользовались. Уже залито водой или дождями. Короче, не разберешься…
Он сплюнул на землю и уперся кулаками в бока, приводя дыхание в норму.
— А какие-нибудь предметы нашли? — нетерпеливо спросил Ритольф. — Камешки необычной формы, деревянные амулеты, одежду?
— Одежду? — рассмеялся Пегий. — Нет, чародей, там пусто как в желудке голодной акулы. — Мы все осмотрели, как вы и просили: возле сожженного ивняка. Но есть кое-что интересное. След обнаружили. Колдун оказался очень осторожным. Сделал свое дельце и тихонько ушел. Я решил сначала обыскать берег. Ил очень хорошо оставляет свежие следы. Но ничего не нашел. И тогда заставил двух парней пройтись дальше по течению. Примерно в ста шагах от полянки, где колдовал вражина, нащупали-таки след. Следочек даже.
Пегий усмехнулся и показал пальцами размер этого следа.
— Не понял, — удивленно вздернул брови дон Ардио, внимательно слушавший боцмана. — Ребенок, что ли, нас извести хотел?
— Или миниатюрная девушка, женщина, — подсказал Аттикус. — Или карлик.
— Господин Ритольф, вот вам и первая зацепка, — посмотрел я на левитатора. — Не уверен, что мы сразу выйдем на мага, но хоть что-то…
— След свежий, — Пегий снова сплюнул. — Как вчерашний или утрешний. Отпечаток в иле не успел высохнуть, хорошо сохранился. Этот гаденыш шел через заросли ивняка, не приближаясь к берегу. Лодку он прятал далеко от поляны, думал, что самый хитрый. Но недооценил меня.
Пегий с довольной ухмылкой посмотрел на задумчивого левитатора.
— Ребенок, карлик или девушка, — Ритольф снял шляпу, что делал очень редко из-за шрама на лице, полученного во время боя «Дампира» с королевским флотом. — Очень интересно. Ребенка или подростка я сразу исключу. Управлять энергией кристалла в таком возрасте невозможно. Учеников-левитаторов подпускают к освоению гравитонов с двадцати лет, а до этого идет общая практика. Только к двадцати пяти годам левитатор что-то начинает представлять из себя. Есть, конечно, исключения, когда «приручать» гравитон позволяют лучшим ученикам. Мой сын…
Чародей резко оборвал фразу. Но я понял, о ком он говорит. Молодой корабельный левитатор по имени Анастар, с которым мне довелось ловить аксумских контрабандистов в Оксонии, никак не тянул на опытного мага, и тем не менее, ловко управлял кристаллами. Получается, мальчишка-то талантливый. А я ведь так и не рассказал Ритольфу о встрече с его сыном.
— Итак, мы имеем дело с восемнадцати— или двадцатилетним человеком с размером ступни примерно в девять-десять дюймов, — продолжил свои рассуждения Ритольф. — Как я сразу сказал, исключаем мальчика или подростка. Такое несоответствие размера и возраста человека вполне может быть. У каждого сугубо индивидуальные параметры тела и физического развития. И все же предпочтем подозревать мужчину или молодую леди с маленькой ногой, а также карлика. С трудом верю в последнего персонажа, но все-таки…
— Командор, поручи это дельце мне, — вызвался Аттикус. — Люблю с людьми разговаривать, авось нащупаю ниточку. Ритольф прав, нельзя ему открыто показывать свое любопытство, а мне привычно. Есть идеи.
— Хорошо, действуй, — разрешил я. Действительно, одному очень тяжело распутывать клубок тайн и интриг. Пусть соратники займутся. Правда, без Леона и Михеля. Они задействованы в охране строящегося особняка, а в свободное время заняты обучением штурмовиков. Остается Рич. Пожалуй, его привлеку к выполнению особых заданий, дам пару-тройку толковых парней из отряда.
Мы вернулись к особняку, где вовсю кипела работа. К моему удовлетворению старшина Викар, как только я примчался на Пустошь, собрал всю артель возле меня и поблагодарил за охрану и спасение жизней его людей. А затем под одобрительный гул артельщиков пообещал, что наш договор остается в силе, и к осени я уже стану жить в новом доме. Если надо, они и казармы для моих штурмовиков помогут поставить.
Короче говоря, Котрил не смог запугать старшину, но я опасался, что он еще нанесет подлый удар. Надо бы Викара взять под охрану, да пока нет лишних людей.
Я вернулся в город вместе с Аттикусом и сразу направился в таверну Грашара. Там была назначена встреча с виконтом Агосто, ждавшим моего ответа по найму «Тиры». Увидев нас, он махнул рукой, приглашая к столу. Мы подошли, приветливо поздоровались.
— Присаживайтесь, господа, — Ним кивнул на кувшин. — Вина? Я тут самовольно заказал обед, и Грашар обещал скоро принести запеченный кабаний окорок. Могу пока предложить выпить. Не знал, сколько человек придет, поэтому взял пять кружек. Вы же, господин Сирота, в одиночку не ходите.
— Вы предусмотрительны, виконт, — я усмехнулся и показал жестом Аттикусу, чтобы тот разливал вино. — Как видите, сопровождающих у меня становится меньше. Очень много дел, которые без помощи подчиненных выполнить невозможно.
— Правильно поступаете, Игнат, — виконт Агосто поднял свою кружку, призывая нас сделать то же самое. Мы охотно выпили, нагоняя аппетит. Сделав несколько глотков, молодой дворянин поинтересовался: — Я слышал, вы купили землю на Пустоши и вовсю поднимаете развалины баронского дома. Неплохая сделка, скажу, если не боитесь предрассудков.
— Плевать, — отмахнулся я, ощущая приторно-кисловатый вкус вина. Не «Искария», да и мы сейчас не аристократы. — Я повидал столько жуткого, что очередная чертовщина только раздражает тем, что мешает делу. Как только появится время, обязательно распутаю тайну, кто же пытается отваживать людей от Пустоши.
— Догадались, что все непросто с этими землями? — улыбнулся Ним. — Тогда настраивайтесь на долгую и серьезную борьбу с неизвестным противником. Кто-то уже давно хочет завладеть огромной территорией возле Чернявки.
— Хочет, но не может, — кивнул я, соглашаясь с виконтом насчет тяжбы. — Это явно не королевские чиновники, иначе бы давно заставили барона Домине отдать их в казну.
— Соображаете, Игнат. Моя мысль такая: это кто-то из нобилей Акаписа. У него есть влияние, деньги и прочие рычаги, которыми он пытается повернуть дело в свою пользу. Но Домине его презирает, поэтому и оформил сделку с пришлым человеком, как только узнал, кто вы такой.
  
— Осталось только выяснить, кто этот нобиль, — пробормотал я. Моя версия о союзе Котрила с нобилями косвенно подтверждалась.
Знакомая худощавая служанка принесла большой поднос с окороком, начиненным разными специями, и ойкнула, когда Аттикус шаловливо ущипнул ее за упругий зад.
— Давайте, господа, утолим голод, — предложил виконт. — Я тоже лишь недавно прибыл из Скайдры, до сих пор шатает от быстрой скачки в седле.