Машенька для Медведевых (СИ)

А вот тут уже говорю и понимаю, что вру. Потому что такое не забывается. То, что сделали со мной эти двое… то, какими они были… нет, я никогда не смогу вытравить из головы их образы.
Пытаюсь представить на месте Медведевых Жору, но от этого становится ещё противнее. Наверное, у меня какая-то психологическая травма, раз я теперь к жениху отвращение испытываю…
— Правильно-правильно, — кивает Алексей Павлович. — Маша… ты девушка добрая, честная. Всё у тебя наладится. Эти оболтусы на самом деле не маньяки. Ещё приедут извиняться, вот увидишь. Думаю, запала ты им в сердце, раз они так о тебе заботились…
Краска приливает к щекам, и я снова спешу спрятать лицо, чтобы доктор на заметил моего лихорадочного румянца.
— Приехали, — останавливается возле знакомого подъезда.
— Спасибо вам огромное… — лепечу смущённо.
— Ну всё, хватит уже, я же сказал, что благодарить не за что, — Алексей Павлович, кажется, тоже смущается. — Вот, держи моя визитка, если что, звони. Если Медведевы опять проблемы устроят, мы с тобой вместе управу на них найдём, — он широко улыбается, а я выхожу из машины.
Алексей Павлович трогается с места, и какое-то время я молча смотрю в след его удаляющейся машине.
Потом нехотя оборачиваюсь к подъезду. Очень не хочу туда идти. Но… мне просто необходимо это сделать. Как пластырь с раны отодрать. Чем быстрее — тем менее болезненно.
Делаю глубокий вдох и достаю ключи из сумочки.
Если честно, надеюсь, они мне не понадобятся. Вдруг, Жора дома? Созвониться с ним я не могла — телефон сдох. После всего пережитого первый, кого мне нужно увидеть — тот, перед кем я виновата больше всего. Понимаю, что, скорее всего, наша свадьба будет отменена. Кто теперь, вообще, захочет взять меня в жёны?
Поднимаюсь на лифте с тяжёлым сердцем.
Звоню в дверь. Никто не отвечает. Звоню ещё раз — снова тишина…
Тогда я открываю ключом, который месяц назад дал мне Жора.
Похожу вперёд, и…
Замечаю знакомые ярко-красные туфли в коридоре.
Это же Алькины… А что она тут делает?
  
Глава 49
 
Маша
Делаю шаг вперёд.
Всё происходит словно в замедленной съёмке.
Из приоткрытой двери доносятся характерные ритмичные звуки. Удары дерева по стене…
Женский стон.
Потом голос Жоры:
— Твою мать!
Он хрипит и как-то странно булькает, а потом всё затихает.
— Иди проверь, кто там в дверь наяривал, — раздаётся голос моей подруги.
Ожидаю почувствовать боль в сердце, но… почему-то не ощущаю ничего, кроме тупого онемения…
— Хорошо, лапулечка, сейчас!
Смешок Жоры и то же прозвище, которым он называл меня.
К горлу подкатывает тошнота. Пальцы сильнее сжимают ремень сумки.
Дверь распахивается быстро.
Я просто стою посреди коридора.
Жора поднимает на меня взгляд, и… меняется в лице.
Сперва краснеет, потом бледнеет, а потом выдаёт осипшим голосом:
— Маша..?
Он стоит передом мной в одних трусах, и я оглядываю его худощавое тело.
После Медведевых он выглядит хлюпиком, хотя раньше казался мне вполне мужественным.
— Жора, — приподнимаю одну бровь.
— Маша… — зачем-то снова повторяет он.
Мой жених выглядит напуганным. По его лбу стекает одинокая капля пота.
— С Алькой, значит? — складываю руки на груди.
Вопреки ожиданиям, ревность меня совсем не мучает. В груди растекается тупое разочарование сродни тому, что чувствуют дети, когда взрослеют и понимают, что Деда Мороза не существует.
— И давно это у вас? — мой голос спокоен. Хоть я и оглушена, но пережитое за последнюю неделю закалило меня. Раньше я бы точно разревелась. А теперь, вот, — ни слезинки. Видимо, я все их попросту выплакала.
— Маш… я…
Жора складывает руки на груди, нелепо переступая с ноги на ногу.
— А ты не тушуйся, Жор, — внезапно из спальни выходит обмотанная в простынь подруга. — Говори, как есть.
— Аль, замолкни! — рявкает он на неё.
— А почему это я должна замолкать, а? Машка твоя по мужикам таскалась! Я же тебе сказала! Чего ты перед ней оправдываешься? Лучше бы невестушку свою спросил, где она пропадала!
 
Жора снова меняется в лице, теперь переводит на меня свой негодующий взгляд.
— Маш, а где ты была?
Я игнорирую его слова. Сейчас меня волнует только наглость Алевтины.
Внезапно пелена падает с моих глаз.
Она мне никакая не подруга!
Я дико смотрю на неё и делаю шаг вперёд.
Потом размахиваюсь и даю ей звонкую пощёчину.
Предательство подруги словно последняя капля в чаше моего терпения.
— ААА! — верещит она, отступая за спину Жоры. — Тварь! Ты тварь, Машка!
— Что ты им сказала?! — рычу на неё. — ЧТО?!
Теперь-то мне становится понятно…
Алька специально наплела Медведевым с три короба! Хотела от меня избавиться, чтобы увести моего жениха! Вот же зараза!
— Кому «им»? — лепечет она. — Ты совсем свихнулась? Я не понимаю, о ком ты?!
— Полицейские к тебе приходили! — меня трясёт от гнева. — Что ты им про меня сказала?!
— Никто ко мне не приходил! Припадочная! Совсем с ума сошла?!
— Да я тебя сейчас… — кидаюсь на неё, не помня себя от злости.
Никогда раньше я не участвовала в драках. И уж тем более не нападала первой, но сейчас из меня рвётся что-то дикое, и я с трудом могу это контролировать!
— Маша! — Жора хватает меня за талию, удерживая на расстоянии от Альки. — Успокойся! Маша! Да что с тобой?!
Отбиваюсь от него, пока перепуганная Алька убегает в комнату.
— Сука! — кричу ей в след. — Я до тебя ещё доберусь!
— МАШ! — Жора не выдерживает. — Объясни, что случилось?
Тяжело дыша, отхожу к двери.
Смотреть на него тошно! И за этого человека я замуж хотела выйти!?
— Скажи, Жор, — спрашиваю, чувствуя, как горят щёки. — А почему ты меня не искал? Меня четыре дня не было! Телефон отключен! Неужели ты обо мне не беспокоился?
Конечно, всё это — риторические вопросы. Понимаю, что он не беспокоился, потому что провёл это время в постели с моей лучшей подругой!
Жора смотрит на меня ошарашено. Чешет макушку.
— Мне Алька сказала, что у тебя другой появился… Богатый папик, что ты к нему сбежала…
Его голос ломается, плечи понуро опускаются.
— И ты ей поверил? — стискиваю зубы.
— Я… — взгляд поникает. — Прости, Маш, я… просто ты всегда была так холодна со мной… вот я и подумал…
Закатываю глаза.
О, Боже. Какой кошмар. Он, вообще, мужчина? Невеста якобы сбежала, а он и выяснять ничего толком не стал?
Желание находиться тут дальше нет никакого.
Снимаю с пальца кольцо, которое он подарил мне, и бросаю ему в лицо.
— Видеть тебя больше не хочу.
Рвусь к двери, а Жора за мной.
— Маш! Ну Маш! Прости меня! Погоди ты! Погоди! Что с тобой случилось-то? Может, помощь какая нужна? Маш…
Он продолжает кричать мне в спину, пока я мчусь по лестнице вниз, перепрыгивая через две ступени.
Эта встреча прошла ещё хуже, чем я представляла себе.
Противно, гадко на душе.
Но… с другой стороны, где-то внутри я ощущаю странное удовлетворение.
Будто человек, слишком долго читавший ненавистную книгу, я, наконец, добираюсь до последней страницы и с облегчением захлопываю её.
  
Глава 50
 
Маша
Первым делом, когда возвращаюсь домой, хочется навести тут порядок.
Достаю большие чёрные пакеты для мусора и сгребаю с полок вещи Альки. Без разбора кидаю их в пакеты. Получается полная неразбериха, но мне всё равно!
Хочется убрать из жизни и мыслей весь ненужный хлам!
Внутри всё кипит от гнева на подругу. Как она могла так со мной поступить?! Просто уму не постижимо! Я относилась к ней как к сестре! Жалела Альку с самого детства. Из-за пьющих родителей, она всегда была похожа на беспризорницу, и поэтому я часто делилась с ней вещами, едой, и даже собственной комнатой!