Невеста Дьявола (ЛП)

У Алексея перехватывает дыхание от моих слов, его глаза темнеют от желания и чего-то более глубокого, первобытного. Он берет мою руку в свою, прижимая ее к своей челюсти, и наклоняется к моему прикосновению.
— Ты даже не представляешь, о чем просишь, Малышка, — пробормотал он, его голос стал грубым от эмоций. От его пристального взгляда у меня по позвоночнику пробегает дрожь, но я отказываюсь отводить глаза.
  
— Я точно знаю, о чем прошу, — смело отвечаю я, и мой пульс учащается, когда я встречаюсь с его взглядом. Воздух между нами трещит от напряжения.
Черт. Я сделала это, чтобы соблазнить его, но соблазняют-то меня. Это я схожу с ума от желания почувствовать его внутри себя.
Не разрывая зрительного контакта, Алексей медленно наклоняется, его губы оказываются в нескольких сантиметрах от моих. Тепло его близости пронзает меня насквозь, разжигая огонь глубоко внутри моей сущности.
Он нюхает меня, словно я кокаин, и ворчит.
— Ты так чертовски хорошо пахнешь, жена.
Прикусив губу, я тянусь к его галстуку и наматываю его на руку. Я притягиваю его еще ближе и шепчу:
— Держу пари, я буду чувствовать себя еще лучше с твоим членом внутри меня.
— Непослушная девочка, — дышит он мне в губы, и его теплый выдох вызывает во мне дрожь.
Боль между ног нарастает. Я хочу… хочу, чтобы он был внутри меня прямо сейчас.
Он прижимается своими губами к моим. Одна рука обхватывает мою талию. Он обхватывает мою шею, притягивая меня ближе, а затем его губы сталкиваются с моими. Его язык проникает в мой рот, захватывая меня. Желание, которое я копила в себе, вырывается наружу, и я отвечаю ему тем же, мой язык вступает в дуэль с его языком, а мои пальцы путаются в его волосах.
Он берет меня на руки, мои ноги обхватывают его талию, и он осторожно укладывает меня на пол. Он отстраняется на мгновение, полностью сосредоточившись на том, чтобы раздеть меня.
Его глаза не отрываются от моих. Он снова целует меня, на этот раз глубже и крепче, а его руки исследуют мое тело. Он вводит в меня палец, вызывая у меня стон, который заполняет всю комнату.
Я вся горю, желая, чтобы он заполнил меня всеми возможными способами. Он снимает одежду, обнажая свое точеное тело. Он весь в мускулах и чернилах.
Он располагается между моих ног, разрывая наш поцелуй, чтобы заглянуть мне в глаза, когда он входит в меня. Ощущения переполняют меня, наслаждение окутывает меня. Мы двигаемся синхронно, наши тела танцуют в идеальной гармонии. Каждый толчок, каждый поцелуй, каждый стон — это электризует и успокаивает.
Я вцепляюсь в его плечи, ногти впиваются в плоть, а я выгибаю спину, встречая каждый его толчок. Мое сердце бьется в ритм с его сердцем. Мое тело дрожит от потребности.
— Ты этого хочешь, Малышка? — Он врезается в меня мощным толчком.
Я вскрикиваю от того, как глубоко он вошел.
— Да, — дышу я. — Это то, чего я хочу. Трахни меня сильнее, Алексей.
Его глаза вспыхивают от голода, и он начинает двигаться быстрее, сильнее и глубже. Звук наших тел, шлепающихся друг о друга, наполняет воздух, пульсируя от силы нашей потребности.
Комната кружится от интенсивности нашей страсти, вкуса его губ и тепла его тела, обволакивающего мое. Моя грудь вздымается при каждом вдохе, а сердце бьется как барабан.
Я впиваюсь ногтями в его спину, прижимаясь к нему, и каждое движение подталкивает меня к краю. Каждый толчок, каждый поцелуй, каждый вздох — все это для него.
Алексей смотрит мне в глаза, его внимание полностью сосредоточено на мне. Его руки обхватывают мою талию, приподнимая и поворачивая меня, ставя на руки и колени. Он снова толкается в меня, меняя угол наклона, посылая волны удовольствия через меня.
Мое тело содрогается от каждой волны удовольствия, и я снова и снова выкрикиваю его имя. Моя кульминация нарастает, и я понимаю, что вот-вот достигну пика.
— Блядь, Алексей, — стону я, мое тело неконтролируемо дрожит. — Я сейчас кончу, — задыхаюсь я, интенсивность надвигающегося оргазма захлестывает мои чувства. Он стонет, подстраиваясь под мой темп, направляя меня к нашей общей кульминации.
Когда я достигаю вершины наслаждения, я чувствую, как напрягается его тело, и он всаживается в меня в последний раз, высвобождая свою собственную кульминацию. Сила его разрядки выводит меня из равновесия, и мы падаем на кровать, наши тела по-прежнему переплетены, а дыхание смешивается.
Я люблю тебя, — хочу сказать я. Слова уже на кончике моего языка, но я их не произношу. Вместо этого я поворачиваю голову, чтобы встретить его взгляд.
— А теперь ты возьмешь меня на вечеринку?
Выражение его лица ожесточается. Он не смотрит на меня, но хмурится и встает с кровати.
— Так вот в чем дело? Хотела заставить меня разрешить тебе пойти?
— Нет…
— Я пытаюсь защитить тебя, Ирина. — Его голос ломается. Впервые за все время он звучит разочарованно. — Ты знаешь, как я был напуган в тот день, когда тебя ранили? Я не могу этого допустить. Я не знаю, что бы я делал, если бы с тобой что-то случилось. Поэтому мой ответ такой же, как и два дня назад. Нет.
Он поднимает с пола свою одежду и начинает сердито уходить. И тут с моих губ срываются слова.
— Я люблю тебя, Алексей.
Он останавливается и медленно поворачивается, чтобы встретиться с моим взглядом.
— Ирина…
— Нет, дай мне закончить. Я знаю, что ты не любишь меня, но я пытаюсь защитить тебя так же, как ты защищаешь меня. — Мой голос срывается, а по лицу текут слезы. — Пожалуйста, позволь мне пойти, я не против, чтобы мне было больно. Я просто хочу быть рядом с тобой и оберегать тебя, потому что я люблю тебя.
В комнате воцаряется тишина, но именно выражение лица Алексея заставляет меня напрячься. На его лице нет ни намека на эмоции, ни признака того, что он чувствует ко мне то же самое.
— Ирина… — Он называет мое имя так, будто это борьба. — Блядь.
Он подходит к кровати и трогает мое лицо. Его глаза смягчаются.
— Я тоже люблю тебя, Малышка. Я тоже, блядь, люблю тебя. Ты даже не представляешь, как сильно.
Он наклоняется и приникает к моим губам. Его поцелуй глубок и наполнен эмоциями. Я закрываю глаза и целую его в ответ. И я желаю только одного: чтобы этот момент длился вечно.
  
21
 
АЛЕКСЕЙ
— Ты нервничаешь. — Говорит Ирина, протягивая мне руку и нежно сжимая ее. Я чувствую аромат ее цветочных духов, но даже этого недостаточно, чтобы успокоить бушующее внутри меня волнение. — Ты боишься, что мне будет больно?
— Да, — честно отвечаю я.
Наша машина останавливается перед белым чудовищем, где проходит маскарад. Я осматриваю здание, отмечая каждый угол с возможными путями отступления. Как бы мне ни хотелось, я не мог удержать Ирину от приезда. Не после того, как она излила мне свое сердце, не после того, как сказала, что любит меня и как боится потерять.
Я уже жалею о своем решении. С того самого момента, как я сказал «да». Я не могу избавиться от предчувствия, что сегодня все пойдет не так. Мне все равно, если я умру, я просто хочу, чтобы она была в безопасности.
— С нами все будет в порядке, — уверяет она меня. — И с нами, и с парнями. Мы все будем в порядке.
Я хочу верить этим словам, но я достаточно долго пробыл в этой тьме, чтобы понять, что все не будет хорошо только потому, что она так говорит.
— Если что-то случится…
— Не беспокойся обо мне, беги, — повторяет Ирина те же слова, которые я сказал, когда мы покидали наш дом час назад. Она хихикает. — Ты уже сто раз это говорил. Не думаю, что я забуду это, даже если буду умирать.
  
Я хмуро смотрю на нее.
— Ладно, я не умру. Ты такой король драмы. — Хихикает она.
Мне трудно понять, как она может быть такой веселой в такое время, но я не могу отрицать, как она прекрасна, когда улыбается. Я наклоняюсь к ней, беру ее затылок и целую. Когда я отстраняюсь, я натягиваю маску на лицо и говорю: