Хранительница (СИ)
Дни мелькали калейдоскопом, один за другим, забылось наша учёба и поступление в Академию, хотелось обустроить гнёздышко, создать уют.
Очнулись от бесконечной круговерти, когда отец принёс известие, что в честь Перехода года император организует бал-маскарад. Желающие посетить его должны предварительно записаться, и Ротмир приглашает Элеонору отдохнуть от рутины и так сказать расслабиться.
- Подождите, а Переход года, это что? Новый Год? – влезла я в их разговор.
- Да, - улыбнулся отец, - наступает следующий 237год.
- А снег? – решила разузнать побольше о мире, пока предоставляется возможность.
На меня посмотрели с подозрением.
- Где ты раньше жила? – поинтересовалась с опасением Элеонора. - Если элементарного не знаешь.
- Я же Вам говорила, что очнувшись на алтаре в лесу, поняла, что многое не помню.
- Да, это объясняет некоторые моменты, - согласилась она. – Снег же, лежит в отдельных областях Империи, - протянула женщина, глядя на меня. - За Мёртвым лесом, в горах, - закончила резко.
-О-о-о, - не зная, что сказать, застыла я в удивлении.
(Мой лес – граница? Узнать бы, чего).
- Так откуда ты про снег знаешь? – допытывалась мать.
(Не понимаю. У неё сегодня что? Плохое настроение? Или праздники начались? Вгрызлась в хребет и не отпускает. Психует, что прервала разговор с мужем? И он молчит, притих).
- Помню, как игралась с ним, каталась на санках, – пришлось всё же ответить, а то пауза слишком затянулась.
- Так ты оттуда? Из-за Леса? – шокировано прошептала Элеонора.
- Не знаю. А что не так?
Родители как-то стушевались, притупили глазки и замолчали.
- Да говорите же! – нетерпеливо подталкивала к раскрытию тайны.
- Не шуми, - сжалился Ротмир. – Ничего страшного там нет. Поговаривают, что за ним проживают потомки богов.
- Ха-ха-ха. Бред. Какие потомки? Тропа есть. Обозы ходят. Торговля налажена.
- Так говорят люди, видевшие жителей Залесья, - пожал плечами отец.
(Ух, ты ж, божечки. Сто процентов такие же сказки ходят и про этот край. Детский сад какой-то).
- Ладно, - решила я закруглить эту тему, пока не начали копать глубже. – Получается, что здесь климат теплее, и снега не бывает. А бал это хорошо. Всё работа, работа. Мы тоже хотим развеяться. Правда, Дарина? – спросила подошедшую сестру, втягивая в диалог. - Как белки в колесе бегаем!
-Бал? Мы пойдём на бал? – с надеждой, неверяще пробормотала сестра.
- Конечно вы с нами, девочки, - со вздохом улыбнулась мама. – Но мальчикам рано, они остаются с няней.
- Это будет мой первый бал, - со слезами в глазах, прошептала Даша.
- И мой тоже, - почему-то с грустью в голосе, поддержала я разговор.
Сестричка выплёскивала восторг, у Элеоноры в глазах плескалась влага. Мне же представилась толпа народа в душном помещении. Сомнительного качества музыка и не изученные танцы. Но на безрыбье, как говориться и рак – рыба. Придётся приобщаться к здешней «богеме» и вливаться в общество. Раз хочу полноценно жить в этом мире.
С этого дня к нам зачастили портнихи.
Оказывается, здесь маскарад означал всего лишь наличие на лице кусочка материи, и не более. Женщины наряжались в модные платья, исключение составляли лишь девушки, которые обязательно должны быть в белом. Это что? В свои тридцать с хвостиком на Новый год я буду снежинкой? Никогда! Даже снежная королева меня не устраивает. Металась я по своей комнате, кляня всех подряд с этими правилами и рамками. Сестра вольготно расположилась на моей кровати и впитывала новые слова, как губка.
- Нет! Меня никто не знает, я буду в маске! Кто будет проверять, девица я там или нет? Они совсем сдурели!
Даша прыснула в кулак. Ей то что. Сама идея пойти на бал, и она на седьмом небе. Положено в белом, значит в белом.
Швеи уже вовсю занимались их платьями и отцовым костюмом, а я никак не могла решиться.
- Всё! Была, не была. Никто меня не остановит. Я пойду в зелёном и точка! Да, - встав напротив зеркала в героической позе, вполоборота, правая нога вперёд, руки в боки. – Трепещите! Ядовитый плющ идёт! Ха-ха-ха, - рассмеялась голосом тёмного властелина.
Как ни отговаривали меня все, была сама непреклонность и не сдавалась. Они что, по головам считать будут, мол, пятнадцать дочерей заявлено, значит, белых платьев будет столько же? Это уже полнейший маразм.
И вот настал день бала. Все нервничали и не могли скрыть этого. Глядя в зеркало, как заплетают и укладывают волосы сестры искусные руки нашей горничной Лерин, я видела нежнейший цветок, расцвет женственности. Белая воздушная юбка из множества слоёв ткани прекрасно гармонировала с вышитым золотом корсетом. В волосах, казалось хаотично запутались мириады нитей с кристаллами. Образ Даши дополняли мягкие кожаные туфли с золотой сеткой, браслеты на обеих руках и огромное ожерелье с бриллиантами, которое скрывало почти всю грудь. Диадема на голову и… настоящая королева. Да, сегодня она будет блистать. На её фоне, я, в своём зеленом, выгляжу как побирушка. Хотя и юбка такая же пышная, корсет с вышитыми растениями, узкие рукава искрятся от мельчайших драгоценностей. Украшения так же не уступают сестре, с одним лишь отличием, все мои камни – изумруды.
Сестру бил озноб, страх перед неизвестностью, ужас непринятия и неодобрения плескался в глазах. Искусав все губы, перешла к заламыванию пальцев. Если так и дальше будет продолжаться, то в зал войдёт нервное существо, накрутившее себя и шарахающееся от всех подряд.
Подойдя к ней вплотную и встав за спиной, взяла за плечи.
- Посмотри на себя. Какая ты красивая. Да там все побьются в желании подойти и пообщаться, познакомиться. Узнать, кто же скрывается за этой маской? Ведь, заявляя своим платьем, что невинна, даешь надежду молодым людям, стремящимся жениться.
- Какую надежду? – прошептала сестра, заворожено глядя на себя в зеркало.
- Завоевать, узнать, набиться в ухажёры, сделать своей, наконец.
Даша охнув, округлила глаза.
- Правда?
- Конечно, ты же красотка. Нежнейший цветок. Да будь я мужчиной, давно бы украла и заперла в замке, - пела я дифирамбы, добавляя уверенности девушке.
Она слегка улыбнулась, рассматривая себя в зеркало.
Свои волосы я попросила собрать в конский хвост. Изумруды - в уши, и мы готовы.
Отец выбрал неизменный черный, мать - бордо. Я заметила, что все оттенки этого цвета ей нравятся. Наши маски представляли собой саму изысканность. У сестры широкое плотное кружево, под которым «скрывалась» половина лица. С Ротмира я смеялась долго. Он взял отрез черной ткани с двумя прорезями и повязал её на голову, наподобие спущенной косынки, закрывая не только глаза, но и уши с носом. Весь верх по переносицу был скрыт. На голову - шляпу. Если б не телосложение кузнеца, был бы вылитый Зорро. Элеонора - что-то из бархата, похожее на крылья бабочки. Тоже неплохо. Такое объёмное сооружение полностью скрывает почти всё, видны остались только губы. В верхних крыльях сделаны прорези для глаз, нижние просто для красоты. Свою же маску я долго придумывала. Но буквально пару дней назад она мне приснилась. Объёмная, изящная, из множества красных лепестков. Пускай хоть что-нибудь будет в моём облике не зелёным.
В назначенный срок все собрались в холле. Жаль, что снимков здесь не делают, хочется запечатлеть этот момент для потомков. Всё-таки наш первый выход в свет.
- Папа, а давайте потом художника пригласим, чтобы он семейный портрет изобразил, - подкинула я идейку.
- В этих красивых нарядах и масках? – с полуслова поняла меня сестра.
- Да, только мальчикам нужно тоже придумать костюмы.
- Хорошее предложение, портретную галерею пора начинать обустраивать, - похвалила Элеонора.
Так, за разговорами, накинули плащи, и выдвинулись на улицу, где нас уже поджидал нанятый экипаж. Но не тут-то было. Едва меня завидели питомцы, как окружили со всех сторон. И правда, сама того не ведая, я неосознанно стала походить на них. Тело зелёное, голова красная. Они словно взбесились, поднялись в мой рост и раскачивались в разные стороны, не давая прохода. Уже пора загружаться в карету, а никакие уговоры не помогали.