Офисный магнат 2 (СИ)
Я киваю. Но как сложно быть твердой в моем уязвимом состоянии! Когда хочется поддержки, хочется, чтобы любили. Радовались вместе с тобой предстоящему чуду – появлению на свет ребенка. А вместо этого – проклятия в адрес его отца. Разве маленькая Тася виновата в том, что ее папу не любят?
– Так, я помогу тебе убрать посуду, а потом мы повесим гирлянду. Пирожные оставим, выпьем чай у камина, посмотрим что-нибудь новогоднее.
– Ой, гирлянда заждалась! – спохватываюсь я. – И свечи, которые передала Вера, надо на камин поставить!
Столовая наполняется суетой.
– Никак не могу понять, почему столовая нравится тебе больше, чем гостиная? – собирая пустые тарелки, недоумевает Виктор.
– Не знаю. Гостиная слишком огромна. Как в музее мраморных скульптур. А здесь уютно.
– Как в музее?
Я смеюсь.
– Прости, если обидела. Просто когда я одна дома, большое пространство меня пугает. А в столовой уютно. И еще этот вид из окна. Как на самой красивой картине, только в реальности.
– Может, нам купить обычный дом? С садиком, ухоженным газоном.
– А так можно?
– Почему нет? Башня – мой проект. Я его создатель, и мне казалось логичным оставить себе верхний этаж. Дом есть в Италии, он остался от мамы.
– Не говори мне про Италию… Я так скучаю по дому твоей мамы!
– Там всего три комнаты!
– Там волшебно! Чего только стоит терраса и вид на холмы. А оливки, которые падают с деревьев, как у нас абрикос или вишня! А их крепкий кофе и десерты! Я бы переехала туда навсегда.
Открываю коробку с искусственными свечами и мечтательно улыбаюсь.
– Тебе будет там скучно, – распутывая гирлянду, посматривает на меня Виктор.
– Ни в коем случае! Габриэлла научит меня готовить ризотто. А может, позовет помогать в ее салоне свадебных платьев. Мое платье я так и не получила.
– Прости, что с церемонией все вышло так скомкано.
– Вить, я счастлива, что так вышло. Скоро на свет появится Тася, это самое главное.
– Как только она немного подрастет, мы поедем в Италию и устроим там пышное венчание. Габриэлла подгонит платье, и ты будешь самой красивой невестой в Тоскане.
– Обещаешь?
Он откладывает коробку с гиряндой и берет меня за руки. Голубые глаза пронизывают острым взглядом.
– Даю слово.
– Тогда поцелуй меня.
– С удовольствием.
Его губы с нежностью касаются моих. По сердцу разливается тепло. Виктор прав – я теперь Янковская. А значит, никаких метаний из стороны в сторону. Что бы ни случилось в его жизни, я должна быть на его стороне.
Глава 5
Полумрак. Жалюзи плотно прикрывают окна. Кабинет с роскошной кожаной мебелью, использовавшейся Анатолием Янковским для своих дел, не пострадал. Клуб сгорел не полностью. Толстый Рустам в дорогом костюме вертит четки в пухлых пальцах. Виктор с непроницаемым лицом стоит у стола, скрестив руки на груди. Пока вся страна веселится, у них с Рустамом свой новогодний корпоратив.
– На кого ты работаешь, Никита?
Виктор с презрением смотрит в глаза репортера, У того стучат зубы. Правый глаз заплыл, лицо в крови. Молодой, зеленый. Вчерашний студент журфака.
Охранники Виктора знают свое дело. Они умеют отлично работать с неугодными людьми. Вот и этот зеленый гаденыш расколется. Вряд ли его выдержки надолго хватит, к боли он не привык. А с методами Янковских еще не знаком. Что ж, все бывает в первый раз.
– Не хочешь говорить?
Трясется, но молчит. Во взгляде глупая отвага.
Виктор улыбается. В глазах плещется ледяное презрение.
– Думаешь, я тебя отпущу отсюда? Нет, не отпущу. Тебя будут бить, пока не скажешь. Выбьют зубы, сломают нос. А потом примутся за ребра. Они будут больно хрустеть, по одному. Мои парни умеют их пересчитывать. А знаешь, почему, Никита? Потому что твоя статья – полная чушь. И эту чушь прочла моя беременная жена. Ей нельзя нервничать. А ты заставил ее волноваться. Может, с ребер и начнем?
– Нет! Нет, пожалуйста! Скоро новый год…
– Свой новый год ты в любом случае встретишь на больничной койке. Не хочешь быть обездвиженным, скажи сразу, на кого работаешь.
– Вы… вы не имеете права… я буду жаловаться! Я напишу заявление в полицию!
– Да?
Виктор обошел стол и выдернул из папки чистый лист. Схватил журналиста за шиворот и подволок к столу.
– Вот тебе лист бумаги. Вот ручка. Пиши! Пиши, сука!
С силой ударил его лицом о стол, и на белый лист начала капать кровь.
– Еще не передумал?!
– П-п…перед-думал…Пожалуйста…
Всхлипывание. Жалобное поскуливание. Растирание кровавых сопель по лицу.
– Кто тебя нанял?! Говори, или я тебе все кости переломаю!
– Один олигарх из Москвы…
– Что за олигарх?!
– Н-не знаю… Он… сказал, что хорошо заплатит за серию статей о вашей деятельности… п-потому что его отец умер в тюрьме…
Виктор выпрямился. На лбу пролегла некрасивая складка. Вот откуда ветер дует. Стасик никак не успокоится.
– Если ты напишешь еще хоть одну статью, порочащую мое имя, тебя найдут со свернутой шеей. Или сбросят с верхнего этажа одной из новостроек. Понятно?
– Простите! Я не знал… простите…
– Я не шучу, Никита! Отныне за твоей деятельностью будут следить мои люди! А как выпишешься из больницы, наваяешь несколько хвалебных статей о будущем комплексе «Черный Ангел». Я буду ждать.
– Я напишу! Обязательно напишу…
– Уберите его отсюда.
– Да, босс.
Охранники подхватывают журналиста за шиворот и волокут к выходу.
Рустам идет к бару. Достает бутылку отличного виски, два стакана. Скоро коричневая жидкость плещется на дне стаканов.
– С наступающим, Виктор.
– С наступающим.
Первая порция виски уходит мгновенно, и Рустам снова наполняет стаканы.
– Скучаю по старым временам, – вздыхает он. – Как весело здесь было при твоем дяде!
Виктор берет стакан. Непонимающе пожимает плечами.
– Так что тебе мешает сделать ремонт?
– Слишком много денег надо вложить, чтобы клуб снова заработал.
– Я одолжу тебе денег. Отдашь как-нибудь. Как сможешь.
– Нет, Виктор. Я так не могу. Слишком щедрый подарок.
– Разве не ты помог мне вырваться из города, когда нас с сестрой заказали?
– Ты оплатил мои услуги.
– А теперь предлагаю помощь. Рождественский подарок.
– Только если ты будешь получать процент с клуба.
– Я не против. Прибыль никогда не бывает лишней.
– За это и выпьем. С наступающим!
– С наступающим.
Они выпили виски.
– Мои люди пробьют этого Прохорова. Но его валить надо, Виктор. Он же тогда руку к твоему аресту приложил. Спелся с Артуром, хорошо заплатил, кому нужно. А теперь, когда тебя выпустили, снова копает. С такими людьми разговор должен быть короткий.
– Я использую другие методы.
– Твои методы не работают. Неужели не ясно?
– Пока рано. Возможно, он сам откажется от своей затеи.
– Виктор! Мой метод тебе известен. Мертвый враг – самый лучший враг. Советую тебе взять его на заметку. А там, как знаешь.
– Сейчас не то время. Моя дочка вот-вот появится на свет. Я не хочу никаких смертей.
– Женщины делают нас уязвимыми. У твоего дяди разговор с врагами был короткий. Советую перенять его манеру ведения дел. Иначе проиграешь. В нашем городе только так.
– Я подумаю об этом. Впереди рождество, у меня будет много времени на размышления. Но пока пробьем его футбольный клуб. Надо сделать так, чтобы со Стасом Прохоровым разорвали все контракты на будущие сезоны. Пусть почувствует себя дерьмом, с которым не хочет иметь дела ни один уважающий себя тренер. А пока выпьем за твой будущий ночной клуб.
– За клуб, – оживился Рустам. – За восстановленный добрый клуб с девочками, готовыми пуститься во все тяжкие в любой момент.
– Никак не угомонишься?
– Ты поймешь меня позже. Лет через десять, когда твоя юная женушка перестанет будоражить воображение, – отрывисто расхохотался Рустам и снова разлил виски.